Ключ доблести - Нора Робертс

— Мои друзья…

— Дружба? Еще одно заблуждение смертных, такая же фальшь, как удача. Они бросят тебя, когда ты проиграешь, а другого и быть не может. Твоей руке не суждено повернуть ключ.

Кейн выпрямился и шагнул к Зое. Голос его вводил в транс, блестящий амулет продолжал раскачиваться.

— Я тебе даже немного сочувствую. Знаешь что? Предлагаю компенсацию. Что из того, что Ровена и Питт так безрассудно привнесли в твою жизнь, ты желаешь сохранить? Свой бизнес, этот дом и мужчину? Выбирай что-то одно, и я сделаю тебе подарок.

Кейн ее гипнотизирует. Зоя чувствовала, как сознание покидает ее, ощущала холодный туман, липнущий к коже. И холод, ужасный холод… Так легко поддаться этому вкрадчивому голосу, согласиться… Пальцы были холодными и непослушными, но Зоя стискивала кулаки, пока не почувствовала, как ногти впиваются в ладони.

Невероятным усилием воли она оторвала взгляд от амулета и посмотрела в лицо Кейну.

— Ты лжец! — тяжело дыша, Зоя с трудом встала. — Лжец и обманщик.

Кейн ударил ее. Она ничего не видела — просто как будто ледяные иглы вонзились в кожу. Не думая, движимая одной лишь яростью, Зоя прыгнула вперед и вонзила ногти ему в лицо.

Шок и изумление промелькнули на один короткий миг в его глазах. Зоя успела заметить кровь, проступавшую на расцарапанной щеке.

Затем ее отбросило к стене дома, прижало порывом ветра, такого холодного, что она видела кружащиеся в воздухе кристаллы льда — почему-то черные.

Кейн возвышался над ней, огромный, в развевающемся черном плаще, с окровавленным лицом.

— Я могу убить тебя силой мысли.

«Нет, не может, не может. Иначе уже убил бы. Он лжец, — лихорадочно повторяла Зоя. — И хвастун. Но он может причинить мне боль». И действительно, невыносимая боль разрывала ей грудь.

— Возвращайся в ад! — крикнула она. — Тебе здесь не место!

— Когда все закончится, у тебя ничего не останется. А я добавлю к своим трофеям твою душу.

Ветер вдруг стих — словно кто-то щелкнул выключателем. Зоя опустилась на четвереньки, жадно глотая воздух. Все тело сотрясала дрожь.

Какое-то время она растерянно смотрела на пол веранды, пытаясь собраться с мыслями. Потом подняла голову и увидела, что ночь сменилась туманным утром. В предрассветной дымке на опушке леса стоял олень со сверкающей, словно золото, шкурой. Глаза красавца горели зеленым огнем. Ошейник с драгоценными камнями ярко блестел.

Туман сгустился, превращаясь в непроницаемую завесу, а когда рассеялся, оленя уже не было.

— Я не сломалась, — громко сказала Зоя, обретаяв звуках собственного голоса уверенность.

Кейн обманул ее, украл несколько часов драгоценного времени, но не сломал. Зоя встала, посмотрела на свои руки и увидела под ногтями кровь. Его кровь.

— Я его достала! Достала этого сукина сына!

По щекам потекли слезы. Всхлипывая, Зоя вошла в дом. Перед глазами все поплыло. Ей показалось, что она слышит чей-то крик, угрожающее рычание, звук удара. Потом краски и звуки провалились в черную пустоту.

Туман, окутавший веранду, накрыл и кровать, на которой спал Брэд. Стиснул его в холодных объятиях. Брэд повернулся в поисках тепла и комфорта, в поисках Зои.

Но он был один.

В темноте. В лесу, пропитанном запахами гнили и наполненном ветром. Брэд не видел тропинки — только уродливые силуэты деревьев, узловатые и скрученные, словно порождения кошмара. Шипы дикого терновника рвали одежду, впивались в кожу, словно зубы какого-то чудовища. Он чувствовал запах собственной крови, собственного холодного пота. И еще чего-то. За ним охотились. Какое-то движение в кустах, тени.

«Это не просто охота, — подумал он, пытаясь обойти терновник. — Это попытка напугать. Преследователям нужен мой страх, а потом уже смерть».

Спасайся. Шепот поднимался откуда-то из глубины мозга, ласковый, успокаивающий. Спотыкаясь, Брэд вышел на поляну.

Это не твоя битва. Иди домой.

Конечно. Он так и сделает. Вернется домой. Ошеломленный и растерянный, он побрел на слабый свет. Потом побежал. Вой хищника словно подталкивал его в спину.

Свет лился из двери, и Брэд, облегченно выдохнув, устремился к ней. Тяжело дыша, он стоял на пороге своего нью-йоркского кабинета. Кровь с исцарапанных рук капала на блестящий дубовый паркет.

За широкими тройными стеклопакетами он видел панораму города — небоскребы, пронзавшие утреннее небо.

Блондинка в элегантном черном костюме подошла к нему, одарив ослепительной улыбкой.

— С возвращением, мистер Уэйн.

— Благодарю. Почему здесь так холодно? Навстречу уже спешил его помощник Майкл.

Неизменные красные подтяжки, в руках дневник деловых встреч.

— Вот расписание на сегодняшний день, мистер Уэйн. Кофе на столе. Думаю, нам пора начинать.

— Да, конечно…

Он чувствовал запах кофе и лосьона после бритья, которым пользовался Майкл. Слышал телефонные звонки. Растерявшись, Брэд поднял руку, рассматривая кровь, выступившую на проколотой ладони.

— У меня кровь.

— Ничего страшного, мы поможем. Входите. Вам нужно всего лишь войти.

— Нет, — он покачнулся. Тошнота подступала к горлу, пот заливал лицо. — Не войду. — Ухватившись за дверной косяк, чтобы не потерять равновесия, Брэд оглянулся в темноту. — Это не настоящее. Всего лишь еще…

Он прислушался. Кто-то кричит. Зоя… Резко повернувшись, Брэд бросился прочь от двери.

— Вы там умрете! — завопил Майкл ему вслед, и через секунду дверь с грохотом захлопнулась. Звук был словно выстрел.

Брэд нырнул в темноту, окликая Зою. Он ничего не видел, отчаянно продираясь сквозь терновник, сквозь непроницаемую черную пелену.

Он не сможет ее найти — никогда. То, что прячется в темноте, убьет их обоих, потому что он не держался за нее.

Ей нужны только твои деньги. Богатый отец для ее незаконнорожденного сына.

— Чушь собачья!

Измученный, ослабевший, Брэд опустился на колени. Он позволяет собой манипулировать, позволяет себе поверить в ложь.

Хватит. Он вскинул голову и сжал кулаки.

— Это не настоящее. Ничего этого нет. Я в своем доме, черт возьми! И она тоже здесь.

Брэд проснулся, хватая ртом воздух. Остатки голубого тумана постепенно рассеивались. Рядом с кроватью стоял Мо и рычал, словно волк.

— Успокойся, приятель! — Брэд протянул руку, чтобы погладить собаку, и вздрогнул от боли, пронзившей ладонь.

Повернув руку, он увидел свежую кровь, сочившуюся из нескольких порезов. Кое-что было настоящим.

Вздохнув, он провел окровавленной рукой по волосам и тут же спрыгнул с кровати.