Эффект Рози - Грэм Симсион

У входа в здание я встретил мужчину примерно моего возраста, который подошел с другой стороны, держа в каждой руке по стакану кофе. Он улыбнулся мне в ожидании, когда я наберу код на входной двери. Университетские лаборатории и компьютерные классы устроены таким же образом, и на обязательных для посещения курсах по безопасности нам рассказывали именно о таком сценарии.

– Давайте я подержу один стакан, чтобы вы могли набрать код, а меня тогда никто не обвинит в нарушении правил безопасности, – предложил я.

– Не беспокойтесь, – сказал он. – Игра не стоит свеч.

И пошел прочь.

Создалось впечатление, что я предотвратил попытку кражи со взломом. Но, если я не позвоню в полицию, этот человек может вернуться, чтобы воспользоваться несознательностью других жильцов. Вдруг он окажется убийцей, насильником или нарушителем многочисленных правил внутреннего распорядка, действовавших в доме. А в здании находилась Рози!

Я уже достал из чехла на поясе мобильный, чтобы набрать 911, и тут подумал о другой возможности. Акцент незнакомца показался мне знакомым, равно как и употребленное им выражение про свечи и игру.

Я окликнул его.

– Вы в гости к Джорджу?

Мужчина вернулся.

– Была такая идея.

– Вы можете позвонить в домофон. Он живет на верхнем этаже.

– Я знаю. Хотел постучать в его дверь.

– Лучше позвонить. Тогда, если он не хочет вас видеть, он не станет открывать.

– Точно.

Я принял верное решение. Стоило помнить, что Джордж – рок-звезда, пусть даже и в прошлом, и его могли преследовать охотники за автографами и всякие праздношатающиеся личности.

– Вы фанат Dead Kings?

– Не сказал бы. Мне их хватило в детстве. Джордж – мой отец.

Я плохо распознаю лица, а склонность людей находить сходство там, где его нет, объясняется их боязнью упустить его. Но тонкое лицо и длинный крючковатый нос незнакомца действительно напоминали Джорджа.

– Вы наркоман?

– Мне кажется, таких, как я, здесь принято называть излечившимися от зависимости. Меня зовут Джордж.

– Тоже Джордж?

– Собственно говоря, Джордж-четвертый. Все началось с прадеда. Таким образом, мой отец – Джордж-третий. Вы с ним знакомы?

– Совершенно верно.

– Мы похожи, верно? Джордж-третий такой же сумасшедший. А я Джордж-четвертый, наследный принц. Так меня и звали в семье – Принц.

Я по-прежнему не исключал того, что человек, выдающий себя за Принца, был всего лишь изобретательным охотником за автографами. Но я знал, что в случае необходимости смогу защитить Джорджа – при условии, что незнакомец не вооружен.

Принц засмеялся.

– Вы мне не доверяете.

– Мы находимся в Америке, – сказал я, надеясь, что это прозвучало достаточно строго, и подверг предполагаемого Джорджа-четвертого обыску. Он был чист.

Джорджа то ли не было дома, то ли он не отвечал. На часах было 19:36, а на то, чтобы добраться до ресторана, требовалось тридцать пять минут.

Оставить Принца в здании без присмотра я не мог.

– Предлагаю позвонить вашему отцу.

– Не беспокойтесь. Послезавтра меня уже здесь не будет. Зашел просто так, на удачу.

– Если он не захочет вас видеть, это будет то же самое, как если бы вы сейчас просто ушли. Вы не встретитесь.

– Это вовсе не то же самое. Но давайте, звоните.

Джордж не ответил.

– Я пойду, пожалуй, – сказал Принц.

– Может, я пошлю Джорджу СМС?

– Скажите ему, что он не виноват. Каждый сам отвечает за свою жизнь.

Я не хотел, чтобы Принц уходил. У меня создалось впечатление, что Джордж сожалеет о том вреде, который нанес своему сыну, и ему было бы приятно услышать непосредственно от него, что он, Джордж-третий, не виноват. Но я не видел очевидного способа удержать Принца в здании, не оставаясь в нем самому или не нарушив правила безопасности.

– Я рекомендую вам зайти еще раз попозже.

– Спасибо. Может быть, я так и сделаю.

Я точно знал, что Принц говорит неправду. Возвращаться он не собирался. Для меня странно быть совершенно уверенным в чем-то, не располагая необходимыми доказательствами. Вероятно, подсознательно я обрабатывал какую-то информацию. Продолжая размышлять об этом, я постучал в дверь собственной квартиры.

Мне открыла Рози. Она накрасилась и надушилась, надела новое платье, которое облегало ее изменившуюся фигуру, и выглядела невероятно привлекательно. Рядом с ней стоял Джин.

Рози улыбнулась.

– Привет, Дон, ты что здесь делаешь? Я думала, что Джин ведет меня ужинать.

Рози улыбнулась вновь.

– Все верно, Джин ведет тебя ужинать. Мне просто надо было проверить пиво. Но никаких признаков протечек нет. Инспекция окончена.

Я бегом вернулся к лифту и успел просунуть ногу в дверь прежде, чем она закрылась. Джин последовал за мной.

– Какого черта, Дон? Куда ты собрался?

– Ситуация чрезвычайная. Я занят. Рози думала, что ты поведешь ее в ресторан. Значит, ей не надо ничего объяснять.

– Я не поведу Рози в «Момофуку Ко».

Времени на споры не было.

Лифт остановился на первом этаже, я выскочил на улицу, огляделся и увидел Принца, который ловил такси. Я подбежал как раз вовремя, чтобы оттащить его от открытой дверцы автомобиля, и не отпускал, пока таксист не уехал.

– Какого черта?

Для выражения удивления Принц использовал тот же оборот, что и Джин.

– Хочу пригласить вас поужинать. В «Момофуку Ко», лучший ресторан в мире. Там мы подождем возвращения вашего отца.

Я понял, что чувствует Принц, когда Рози открыла мне дверь. Мне стало больно, я понял, что теряю ее и что жизнь теряет смысл. Это было необычайно сильное чувство, которое порождало нелогичные умозаключения, но такое состояние было временным. Я переживал нечто подобное в молодости, когда оказывался на краю бездны под названием депрессия, но находил в себе силы отступить от него. Я увидел, что Принц находится именно в таком состоянии. Он оказался на краю бездны. А до этого он сказал, что послезавтра его здесь уже не будет.

Когда я решил догнать его, я полагался на те навыки, которыми владею хуже прочих. Возможно, при этом я упустил последний шанс спасти свой брак. Я был уверен, что Рози или Джин сказали бы мне, что я все понял не так. Но риск, связанный с возможной ошибкой, был слишком велик.

Я перестал держать Принца.

– Прежде чем мы куда-нибудь пойдем, вы должны объяснить, что происходит, – сказал он. – Кто вы такой?