Думая о тебе - Джил Мансел

— Джем? — Когда Джинни открыла входную дверь в десять часов вечера и увидела свою дочь, она решила, что у нее галлюцинация.

— Мама! — На мертвенно-бледном лице Джем застыло выражение горя; на щеках следы слез. Она упала в объятия матери.

— Родная моя, что случилось? Скажи мне! — Глядя в открытую дверь, Джинни заметила у подъезда такси и водителя, который шел к ним по тропинке.

— Все хорошо, дорогая? — У таксиста было доброе лицо. — Вы приехали и теперь в полной безопасности. Ведь вы дома. — Он смущенно посмотрел на Джинни. — Она плакала, когда я подобрал ее на станции. У нее совсем не было денег. Простите, с вас четырнадцать фунтов, мэм.

Потеряв от страха дар речи, Джинни как-то удалось сообразить, что от нее хотят, и найти кошелек на кухне. Двумя минутами позже она закрыла входную дверь и снова обняла дочь, которая теперь рыдала навзрыд.

Господи, лишь бы она не была беременна.

— Это из-за Руперта? — осторожно спросила Джинни немного позже, когда рыдания затихли, и теперь Джем лишь тихонько всхлипывала.

— Да-а-а. — Она кивнула, затем печально покачала головой: — Но это не все… только часть…

— Хорошо. Дорогая, ты дома. Не волнуйся, что бы это ни было, мы разберемся.

Джем вытерла глаза рукавом свитера.

— Не нужно. Я уже разобралась сама.

«Она убила его?»

— Что ты сказала?

— Все кончено. Я больше не вернусь назад. Никогда.

Что-то в ее спокойном тоне насторожило и испугало Джинни, и она почувствовала, как волосы зашевелились на голове от страха. Неужели она действительно убила этого подонка?

— Джем, ты должна рассказать мне, что случилось.

Что она может сделать для собственной дочери? Позвонить в полицию? Или защитить ее, увезти в Аргентину, чтобы уберечь от ответственности?

Да, Джинни знала, что так и сделает. Никто не заслуживает тюрьмы из-за убийства Руперта.

— О, мама, все было так ужасно. Руперт встречался с кем-то еще. Я застала их сегодня. Это Каро, его бывшая герлфренд. Ты ее видела, когда заезжала к нам.

— Я помню. — Джинни тогда очень не понравилась эта Каро. — Но что ты сделала?

Джем рассказала ей все. Когда выяснилось, что она не лишила жизни этих двоих, Джинни еще крепче обняла дочь.

— Дорогая, ты вовремя закончила эти отношения. Все будет хорошо. Но как они выберутся из ванной?

— Через окно, я думаю. Он слезет вниз по трубе голый и позвонит кому-то из соседей, чтобы впустили его. — Она замолчала и вытерла нос. — Жаль, что нельзя снять это на видео.

Шутка — это хороший знак. Джинни погладила дочь по голове и дала ей чистый платок.

— Подожди, будет и у тебя хорошая полоса. И потом, у тебя ведь есть друзья? Джем, родная, не надо плакать, когда они услышат, что ты сделала, то будут на твоей стороне.

— Нет, не будут, не будут! — Зарыдав снова, Джем уткнулась в плечо матери.

— Нет, будут!

— Не будут. Потому что я не вернусь назад. Потому что у меня больше не осталось друзей. Все ненавидят меня… они делают…

— Как ты можешь говорить так! А Люси?

— Тоже ненавидит, — причитала дочь, уткнувшись в мягкую кофту Джинни. — Она ведь встречалась с Рупертом. Но когда он выбрал меня, она обиделась и переехала.

О Господи! Оказывается, она многого не знала. Решив не отступать, Джинни напомнила:

— Но ведь есть Дэви!

— Ха! Он тоже сторонится меня. Они теперь лучшие друзья с Люси. Когда она уехала от нас, то стала жить у него. — Уткнувшись в плечо Джинни, Джем продолжала: — Мне больше негде жить. Я сегодня потеряла работу в пабе. А в пятницу мой руководитель вызвал меня к себе в кабинет и сказал, что он страшно разочарован, так как я провалила свою работу. Он думает, что я не сдам экзамены. И он прав, я действительно не сдам. Так что какой мне теперь смысл держать экзамены? — всхлипнула Джем. — Я не знала, что делать, но после того, что случилось сегодня, мне больше не о чем беспокоиться. Потому что я приняла решение. Я не вернусь назад. В этом нет никакого смысла, мне все опостылело там. И я больше не хочу жить в Бристоле.

— Родная, ты не можешь…

— Могу. — Решительно кивнув, Джем сжала руки Джинни. — Я попыталась учиться в университете, но из этого ничего не вышло. И поэтому я решила, что теперь буду делать то, что мне нравится.

Отправится путешествовать в Австралию? Танец живота в Таиланде? Улыбнувшись, Джинни сказала:

— И что же это?

— Я хочу найти работу. — Джем сжала ее руки повыше локтей, ее глаза светились, когда она улыбнулась. — Здесь. В Портсилвере. И я хочу жить с тобой.

— Что, простите? Я не расслышала. — Пожилая дама, сидевшая за столиком номер четыре, терпеливо прикоснулась к руке Джинни, когда та проходила мимо. — Вы не вернули мне мою кредитную карточку.

О Господи!

— Что вы ищете? — Финн подошел к ней через две минуты, когда она рылась в сложенных стопкой меню и пачке документов.

— Кредитку миссис Блэк. — Джинни лихорадочно начала рыться в корзине для бумаг. — Она дала ее мне, а я потеряла.

— Первое правило кражи кредитных карточек, — заметил Финн. — Старайтесь не позволить владельцу увидеть, кто украл ее.

— Господи, куда я могла ее деть? — В отчаянии Джинни всматривалась в букет белых роз на стойке бара.

— Кончайте паниковать. — Открыв кассу, Финн достал потерянную кредитку. Оказывается, она преспокойно лежала среди десяток.

Джинни почувствовала, как лоб покрылся испариной.

— Извините, голова идет кругом.

— Я уже заметил.

Черт, он заметил это тогда, когда она принесла десерт вместо закуски, которую ждали гости за столом номер одиннадцать.

— Они не возражали, — оправдываясь, сказала она. — Просто посмеялись, и все.

— Я знаю. Это не критическая ситуация. Я просто сказал, что вы немного не в себе.

— Я даже очень не в себе, — возразила Джинни.

— Хотите поговорить?

— Да, пожалуй. — Джинни кивнула, благодаря за предложение. В ее голове все так перепуталось, что ей необходимо было услышать мнение другого человека, которому она могла доверять.

— Послушайте, десять минут третьего. Вы можете зависнуть до трех? — спросил Финн.

— Когда кто-то говорит мне, что я должна где-то зависнуть, я чувствую себя орангутангом, повисшим на ветке.