Нарушаю все правила - Эми Эндрюс

– Ты вовсе не обязана соглашаться, – пробормотал Остин, когда мать уже направилась к дому.

Би потерлась щекой о его плечо, приятно ощущая кожей нагретую солнцем рубашку.

– Все нормально. Мне самой этого хочется.

– Даже больше, чем «натирать тебя мазью»?

Би ухмыльнулась, найдя в его словах крайне непристойный подтекст.

– Это можно сделать и попозже.

– Попозже станет больнее.

– Ну, значит, тебе придется обходиться со мной нежнее.

Остин игриво пошевелил бровями:

– Я сделаю все так, как ты захочешь.

О да! В этом она нисколько не сомневалась.

– Мы ненадолго заглянем.

С заднего крыльца открывался поистине восхитительный вид, и Би почувствовала неодолимое желание его запечатлеть, а также предать бумаге величественную простоту этого деревянно-каменного дома. Увековечить в пастельных тонах тот чарующий момент, когда солнце спускается к горизонту, отбрасывая на землю длинные тени. Впрочем, торопливо отмахнувшись от этой мысли, Би вновь погрузилась в приятную домашнюю атмосферу семейства Купер с ее незатейливыми разговорами, приливами и отливами веселья. Она с удовольствием отдала должное чаю со льдом, приготовленному Маргарет.

Естественно, в ее адрес посыпались разные неизбежные вопросы, но, словно чувствуя, что с этой гостьей требуется особая деликатность, «копали» они не слишком глубоко, оставляя Би возможность самой вволю расспрашивать их о ранчо, о семействе Купер и о Криденсе.

– Так ты, значит… рисуешь поздравительные открытки? – уточнил Брайан Купер, когда карусель разговора в очередной раз провернулась к ней.

Это был красивый и статный мужчина – с виду настоящий хозяин ранчо, загорелый и с обветренным лицом. Из тех, кого обычно изображают продающими тракторы и джинсы Levi’s. С живой, искренней улыбкой и низким раскатистым смехом. Глядя на него, нетрудно было представить, каким станет Остин в зрелые годы.

Что казалось вполне неплохой перспективой.

– Именно, – подтвердила Би.

Пару дней пораздумав над решением, Би в среду поговорила с Ким и окончательно приняла предложение. Так что теперь в мозгу у нее стали бурлить новые идеи в связи с Greet Cute, и – как брошенный наугад дротик, воткнувшийся в определенную точку на карте, – Би восприняла это как знак судьбы.

– Я и не представлял, что есть такая работа. Думал, теперь все это делается на компьютере.

– Делается, – согласилась Би, – но участие дизайнера все равно необходимо. Некоторые делают открытки от начала до конца на компьютере, применяя кучу всевозможных инструментов и программ. Другие фирмы, работающие больше под заказ, – такие как Greet Cute, – предпочитают использовать оригинальные работы художника, переводя их в цифровую графику.

– Понимаю, – кивнул Брайан.

– И ты можешь все это делать прямо из дома? – уточнила Маргарет.

– Да, меня привлекли как внештатного дизайнера. Все, что мне нужно для работы – это ноутбук, сканер и доступ в интернет.

– И тебе дают что-то вроде технического задания? – спросил Брайан.

– Пап, Беатрис создала собственную серию открыток, – вмешался Остин. – Называется: «С приветом, Сумасбродка Би». – Он поглядел на Би: – Покажи-ка им логотип.

Она послушно нашла в телефоне фото логотипа и пустила мобильник по рукам.

При виде этого рисунка с маленькой вздорной пчелкой Ким пришла в бешеный восторг и предложила назвать новую серию саркастических открыток «С приветом, Сумасбродка Би» (написав там именно «Bea», а не «Bee» – «пчела»), а само изображение пчелки ставить на задней сторонке карточки под логотипом Greet Сute. Они с Ким еще так и сяк поиграли со шрифтом и с расположением этих нескольких слов на картинке, пока наконец не сошлись на окончательном варианте дизайна, который сейчас и рассматривало семейство Купер.

– Похоже, народ от такого не на шутку разжужжится, – улыбнулся Брайан.

Би рассмеялась, сразу вспомнив, как Остин ворчал насчет пристрастия отца к игре словами. Долгие годы работы в рекламе тоже сделали из нее королеву-матку жалящих каламбуров.

– Это будет держать меня в художжжественном тонусе, – отозвалась она.

Он мрачно покивал:

– Да уж, тужжжить не придется.

– Придется на всякий случай принимать витамин Би с жжжелезом.

– А если потребуется дополнительный стимул для творчества, могу одолжить альбомы «Би Джиз».

Би сделала вид, будто обдумывает предложение, а ее мозг тем временем лихорадочно подыскивал звучный ответ:

– Спасибо, но я скорее поклонница Би-йонсе.

Брайан помотал головой, прикидываясь весьма разочарованным.

– Ну ты прям пыльцой мне мозг запорошила!

Клэй, который, как и прочие члены семьи, с интересом наблюдал их стремительную словесную пикировку, точно финал турнира «Большого шлема», шумно вздохнул и с выражением: «Какого хрена?!» – посмотрел на Остина.

– Мало нам было одного?

Остин совершенно невозмутимо хохотнул:

– Почему нам? Это мой медок.

Тогда Джилл прихватила ладонью мужнино колено:

– По-моему, твоего братца заворожжжили.

– И ты туда же? – возмущенно выдохнул Клэй.

– Да ладно тебе, сынок, не тот вопрос тебя волнует. – Для вящего эффекта Брайан выдержал театральную паузу, вскинул голову и с чисто гамлетовской интонацией изрек: – «Ты с Би или не с Би» – вот в чем вопрос.

Тут уже он, не выдержав, от души расхохотался, и Би с готовностью засмеялась тоже, потому что это было поистине великолепное завершение их словесного матча. В ее жизни никогда такого не было. Этого ощущения взаимной симпатии и душевного комфорта в приятном домашнем кругу, этого теплого ощущения семьи. И ей это пришлось глубоко по сердцу.

– О господи!!! – простонал Клэй, закатив глаза, и с надеждой повернулся к матери: – Может, хоть ты сумеешь его остановить?

Но Маргарет помотала головой:

– Ты ж знаешь своего отца, Клэй. Уж лучше все оставить, как у «Би-тлз». Как говорится: «Let it bee».

Пару мгновений она выдержала серьезное лицо, после чего все же прыснула смехом, вызвав новую волну хохота. Даже Клэй расплылся в кривой ухмылке, видимо, решив, что если победить их не выйдет, то можно просто присоединиться к общему веселью.

Душа у Би как никогда была переполнена радостными эмоциями, к которым ей еще следовало привыкнуть.

Глава 23

Услышав легкий смех Беатрис, Остин, сидевший в «Лесорубе» на высоком табурете, довольно улыбнулся. С тех пор как месяц назад она приняла предложение Ким, все дни его подруга создавала совершенно волшебные открытки с Сумасбродкой Би, а по ночам творила магию совсем иного рода. За исключением воскресений. Воскресные дни они проводили на ранчо с его семьей.

А по средам Беатрис занималась линейными танцами в «Лесорубе».

Сидел он с краю барной стойки, рядом с небольшим танцполом, на котором сейчас около десяти человек внимали тренеру по танцам Перл. Это была энергичная женщина за