Время Заката - Екатерина Владимировна Флат

— Алекс, я устала, — возразила я в надежде на проблеск у него милосердия. — Я очень хочу отдохнуть и поспать.

— Я тебя надолго не задержу, — милосердие у него, увы, не проснулось.

Деваться было некуда. Я прошла, присела в кресло и приготовилась стойко выносить какую-нибудь вариацию на тему «Кира, почему с тобой так трудно?».

Но Алекс не спешил пускаться в подобные речи или задавать вопросы. Прошел к минибару, налил себе бокал вина. Предложил мне, но я отказалась. Мрачно ждала, когда же начнется вынос мозга.

Долго ждать не пришлось. Алекс присел на край своего стола напротив меня и произнес без каких-либо эмоций:

— Через четыре дня наша свадьба.

Угу. Я в курсе.

Так и не дождавшись моего ответа, Алекс продолжил тем же тоном:

— Через четыре дня ты станешь моей женой.

И неприятно пристальный взгляд на меня.

Я все-таки не выдержала:

— Ты что конкретно от меня сейчас ждешь? Поздравлений и соболезнований?

Он усмехнулся, отставил бокал на стол.

— Я жду от тебя искренности, Кира.

— Моя искренность тебе уж точно не понравится, — я мило ему улыбнулась.

— Ну почему же. Смотря какая искренность. Та, в которую так хочется верить тебе. Или настоящая.

А, ну да. Я же на самом деле от него млею, но сама себе в этом не хочу признаваться.

— Алекс, у меня сейчас нет ни сил, ни желания выяснять отношения, — я устало вздохнула. — Что теперь-то не так? Ты же получил, что хотел. Я тихая и спокойная, не перечу и не ругаюсь, даже сбежать не пытаюсь. Я смирилась со своей участью.

Алекс вмиг помрачнел.

— Мне не нужно твое смирение, Кира.

Я ничего не ответила, хотя очень хотелось высказаться. По-прежнему избегала его взгляда. Прекрасно понимала, что Алекс от любой мелочи может сорваться. Но в то же время не покидало смутное, ощущение, что он чего-то ждет. Причем, в данный момент не от меня.

И тут же в такт моим мыслям внизу, в холле особняка, раздался громкий голос графини. Как она так быстро приехала? Карета бы не успела за это время проделать путь до дворца и обратно. Наверное, Анна Викторовна просто наняла экипаж.

Судя по интонации и громкости, она была то ли очень испугана, то ли возмущена. Мы с Алексом тут же поспешили в холл.

— Какой ужас! — восклицала графиня. — Какой все-таки ужас!

— Что случилось? — хмуро спросил Алекс.

— Это просто настоящий кошмар! Покушение! Покушение на короля! Прямо на балу! — Анна Викторовна чуть не захлебывала эмоциями. — Сразу после такого чудесного салюта, вспышка боевой магии! Никто сначала ничего не понял, но стражи успели отреагировать! Защитили Его Величество! Он не убит, но немного ранен. А вот злодей успел сбежать! И вы представьте! Нет, вы только представьте! Сразу же определили, что боевая магия там была с изъяном! Короля пытался убить уникальный маг!

У меня даже дыхание перехватило. Уникальный маг?.. Но ведь наверняка в Лейне есть еще уникальные, кроме моих друзей. Только почему же такое нехорошее предчувствие…

— Так, успокойся, не нервничай, — Алекс приобнял свою бабушку за плечи. — Все же обошлось, так что не стоит переживать. Королевские стражи свое дело знают, разберутся с этим покушением.

— Я не переживаю, я просто возмущена! — не унималась графиня. — Это же сколько надо наглости: напасть на короля прямо на балу! — продолжая по пути возмущаться, она направилась к лестнице на второй этаж.

Мы с Алексом остались в холле вдвоем. Встретились взглядом. Тотальное спокойствие и невозмутимость в его карих глазах… А меня как молнией пронзило! Он знал! Демоны изнанки его побери, он прекрасно знал!

За доли секунды в голове сложилась мозаика. Орден Заката за что-то не любит уникальных магов. Скорее всего, дело именно в магии эдарингов, если судить по агрессивной реакции на меня тех жутких сущностей в храме.

Вполне вероятно, что смену королевской династии и общее презрение к уникальным магам в свое время тоже устроил Орден. Но и этого им показалось мало…

Так вот о каком глобальном замысле говорила мне Мирабель! Покушение на короля — это тот маленький камешек, который, покатившись вперед, обрушит за собой целую лавину! Ведь уникальный маг напал! Уникальные маги вконец обнаглели! Пора с ними окончательно разобраться! А дальше вариаций много и все они довольно плачевны…

И именно потому хотели убить меня. Орден наметил этот замысел, а Алекс тормозил его осуществление, несмотря на все доводы. Не зря же Дом мне сказал: «Твоя смерть нужна тем, кому неподвластен он». Я даже догадалась, почему именно Алекс медлил. Чтобы меня спасти. Вот только сейчас это ни разу не умилило. Он рассчитывал добиться меня, сделать своей женой, даруя тем самым полную неприкосновенность. А потом, пожалуйста, можно начинать и гонения на уникальных магов.

Вот его соратники и хотели меня убрать, зная, что именно из-за меня он тянет. А потом, видимо, появился какой-то веский повод действовать скорее, и Алекс не мог уже медлить. Тогда и кончилась его игра в благородство и доброту. Ну и, возможно, тут еще сыграло свою роль, что он меня с Рефом увидел.

А теперь, пока суд да дело, я, по его замыслу, уже стану графиней, и никто даже не посмеет заикнуться в мой адрес, что я вообще-то тоже уникальный маг.

И с бала он потому меня так спешно увез, чтобы при поиске стражами возможного злодея я бы в число подозреваемых не попала. Ведь если известно, что напал уникальный маг, будут выяснять, кто именно из уникальных присутствовал на балу. А у меня стараниями Алекса есть железное алиби.

Все эти озарения как оглушили. Я схватилась за перила лестницы, чтобы не упасть от внезапной слабости. А Алекс все это время не сводил с меня внимательнейшего взгляда. Наверняка он понял, что я обо всем догадалась. И теперь ждал. Только чего? Скорее всего, благодарности, что он так обо мне позаботился. Уберег от грядущей опасности. Угу, только вообще-то он сам эту опасность и создал. И ладно я вне подозрений. Но как же другие уникальные маги?! Как же наш факультет?..

По-прежнему крепко держась за перила, я начала подниматься по лестнице.

— Ты ничего не хочешь мне сказать? — мрачно поинтересовался Алекс, явно разочарованный, что не дождался благодарности.

Это был очень сложный для меня момент. Слишком много гнева и презрения жаждали выплеснуться словами! Слишком многое я