Мой босс Дьявол! - Сабина Реймс

— Это моя девочка. — Лайла улыбнулась, и повела меня в мини-кафетерий обустроенный на этаже. Мы расположились на диванчиках. Кто-то достал выпивку из под столов, и включил негромкую музыку. Здесь действительно было уютно и весело. Мэтью удивил меня и сделал действительно потрясающий коктейль фиолетового цвета с долькой апельсина и зонтиком для украшения. Черт знает, где он достал зонтик, но мне было приятно.

Сотрудники подходили и приветствовали меня, кто-то протягивал руку, и я с гордостью пожимала её в ответ. Никто не подозревал, что за этим, казалось бы, простым жестом, скрывается нечто важное для меня. Я чувствовала себя обычной девушкой, которая устроилась на классную работу после окончания университета. Будто и не было в моей жизни ничего страшного. И снова, я считала, что обязана этому моему дьяволу в галстуке.

В какой-то момент, когда все стали собираться, я подумала о Ричарде. Был ли он дома? С девушкой, которая шантажирует его и которая, возможно, носит его ребенка. Я несколько раз за день проверяла телефон, ожидая, что он напишет, узнает, как я устроилась, но ничего не было. Что если, они с Марианной помирились и играют в счастливую семью в его особняке? Что если, я надоела ему, и это был легкий способ избавиться от меня?

Мы с Лайлой ждали лифт. Она странно нервничала и оглядывалась по сторонам, как я предположила, выискивая Мэтью, который пошел за своими вещами к столу.

— Между вами, ребята, что-то происходит? — Этот вопрос удивил меня. Я никогда не лезу в чужую жизнь, пока человек, сам не захочет открыться. Но видимо алкоголь и вечер в хорошей компании развязали мне язык.

Лайла не выглядела удивленной моим предположением. Видимо я не первая, кто замечает их взгляды.

— Мы целовались. Трижды. — Сказала она с легкой улыбкой. — Но не думаю, что это может быть чем-то бОльшим. Каждый раз мы были пьяные.

Я усмехнулась. — Почему?

Лайла пожимает плечами. — Когда я пришла сюда работать, Мэтью был первый, кто заговорил со мной, и я думаю, что всегда была во френдзоне.

— Может тебе стоит прямо спросить у него? Что если, он тоже думает, что ты видишь его, лишь другом, поэтому не делает шагов? Тем самым, вы оба теряете время. — Понятия не имею, откуда взялась эта храбрость и гениально-философские мысли нет, но я твердо решила, что тоже должна кое, что выяснить, прежде чем пойду домой.

— Разве ты не знаешь. — Лайла шепчет, словно хочет рассказать тайну. — В Strage Interprice не разрешены отношения между сотрудниками.

О, я очень хорошо об этом знаю.

— Ну и что? Никто не узнает. — Прости, Ричард. Эти правила мне никогда не нравились.

Прежде, чем Лайла успела ответить, подошел Мэтью и обнял её за плечи. Жест мог показаться дружеским, но сейчас мне стало очевидно, она для него больше, чем друг. — Ну что, девочки, идем домой?

— Вы езжайте, я хотела подняться на сорок девятый, забрать кое-какие вещи со своего старого стола.

— О, в понедельник жду от тебя удивительный рассказ о том, как ты попала в архитекторы, после должности ассистента генерального директора. — Сказала Лайла, пока Мэтью нажимал на кнопку.

— Конечно. — Я улыбнулась и помахала им.

Лайла бросила косой взгляд на Мэтью, затем слабо мне улыбнулась, когда двери кабины закрывались. Я буду рада, если у них, что-то получится. Мэтью и Лайла однозначно смотрелись бы очень странно. Низенькая бледнолицая девушка с ярко-рыжими волосами и высокий мулат с дредами. Но разве это не любовь? Когда две противоположности притягиваются и создают нечто прекрасное.

В ту секунду, как я ступила на сорок девятый этаж, моя храбрость куда-то пропала. Пространство было погружено в кромешную темноту и тишину. Лишь огни ночного Нью-Йорка и слабая полоска света из под двери босса, освещали это мрачное место. Я еще раз ощутила какими разными были два этажа одно и того же здания.

Не дав себе возможности передумать, быстро направилась к двери генерального директора. Без стука, я широко распахнула дверь и влетела в логово дьявола. Мои волосы были слегка растрепанны, а щеки красные от алкоголя и смеха, но я чувствовала, какая бешеная энергия из меня сейчас струится.

Ричард, который мирно работал за своим столом, чуть не подскочил на месте от моего вторжения. Его волосы к концу дня, как обычно взъерошены, рукава черной рубашки закатаны до локтей (к слову, я впервые вижу его в черной рубашке, и это до невозможности горячо), шоколадные глаза расширились от удивления.

— Алиса? Что ты здесь делаешь?

Я не стала отвечать. Если он скажет мне уйти, я сделаю это и больше никогда не вернусь. Мне нужно убедиться, что я все еще принадлежу ему, а он мне. Другого шанса не будет. Пока адреналин вперемешку с алкоголем еще бурлит в моей крови, я коварнее, чем когда-либо.

Бросив сумку в сторону — я, медленно, не отводя от него взгляда, стала расстегивать свою рубашку.

— Господи, Алиса… — Мурлычет он, проводя рукой по лицу, и откидывается на спинку кожаного кресла.

Я принимаю это, как знак продолжать, поэтому скидываю туфли в сторону, расстегиваю брюки и, спустив их до щиколоток, отбрасываю в сторону, слегка пошатнувшись. Возможно, это выглядит нелепо, но мои губы растягиваются в улыбке, когда я вижу блуждающий взгляд Ричарда по моему телу. Дьявол в моих руках и это самая сладкая победа. Его ресницы трепещут, когда глаза опускаются вниз к моему кружевному белому бюстгальтеру и трусикам в тон.

Мгновенно, его лицо меняется с удивленного на похотливое. Мне кажется, что Ричард вот-вот набросится на меня и это немного пугает. Я думаю, что делать дальше. Должна ли я подойти к нему, сбросить всё со стола и попросить, чтобы он взял меня, как в прошлый раз.

Видимо Ричард чувствует мои сомнения, потому, что говорит.

— Что случилось, маленькая мышка? — Он говорит это тихим, возбужденным голосом, потому что точно знает, как это действует на меня. — Ты пришла поиграть, но забыла правила? Или может, испугалась?

Ткань черной рубашки натягивается на предплечье, когда он опускает руку под стол и трогает себя. Боже.

— Сними с себя нижнее белье и встань на колени.

Не просьба. Приказ, который я послушно выполняю. Его улыбка скользит по моим изгибам, а теплый шоколад в глазах, сменяется темнотой. Меня пугают его изменения, но я чувствую, как