Мой первый, мой истинный - Марина Эльденберт

Она легонько толкнула меня, и я упала на кровать. И проснулась, до конца не осознавая: этот дикий сон – плод моего воображения, или я действительно говорила с первой жрицей? А если и говорила, то ждала более подробных инструкций вместо «ты сама все знаешь». Если бы я все знала, не обращалась бы «наверх»!

Я смахнула раздражение, тратить силы на него было сейчас бесполезной затеей, и поняла, что мне в любом случае придется встречаться с Атласом. Хотя бы для того, чтобы спросить у него, чего он хочет на самом деле.

Моя проблема была в том, что вождь запер меня в храме. То есть просто попросить о встрече с Атласом я не могла. Как и договориться об этом с Дэем. Уверена, муж смог бы устроить любую встречу, ведь он недавно собирался организовать мне побег. Но не станет, потому что упрямый и мою безопасность ставит выше здравого смысла. А Ева четко дала понять: думай не умом, а сердцем.

Никто, кто желает мне добра, не станет помогать мне встретиться с Атласом Никросом. Но на следующий день я вспомнила, что среди джайо есть те, кому на меня наплевать. По крайней мере, я знаю одну такую волчицу.

Помимо жриц-людей почетную роль помощницы при храме могли занимать и волчицы. Также волчицы просто помогали с уборкой и организацией храмовых церемоний. Они могли вызваться добровольно, и, если их выбирали, это считалось большой честью. Обычно этот выбор делала Сараси, но сегодня она задержалась, и его пришлось делать мне. Каково же было мое удивление, когда среди желающих убираться в храме я увидела бывшую Дэя!

План в голове созрел мгновенно. Если я не могу полагаться на помощь друзей, то могу использовать своего единственного врага. Юмали с самого начала не скрывала, что я ей не нравлюсь, а вот Дэй – нравился. Волчицу даже не смущало, что мой истинный определился со своим выбором, она всячески пыталась меня подставить. Как недавно, когда растрепала всем про наш разговор с Дэем и перекрутила мои слова. В общем-то, она добилась своего. Тогда что Юмали здесь делает?

Потому что ей мало закрыть меня в храме. Уверена, она хотела бы, чтобы я исчезла с островов. Я хорошо помнила, как она пыталась меня душить. Пусть даже это было в моем видении.

Я выбрала Юмали и спустя пару часов подошла к ней. Волчица как раз расставляла цветы возле алтаря.

– Мне было видение, что ты помогла мне сбежать, – сказала я без расшаркиваний.

Сараси оказалась права: джайо не доверяли мне, но они верили в мою силу. Волчица выпучила глаза, шарахнулась в сторону и чуть не сбила с алтаря блюдо с фруктами. Только благодаря скорости вервольфов успела его подхватить.

– Почему я должна тебе помогать? – прошипела она.

– Не знаю, – я пожала плечами. – Они ничего не объясняют. Просто показывают картинки будущего. Ты поможешь мне сбежать.

Настороженный взгляд Юмали сменился на озадаченный.

– А если нет? – поинтересовалась она, воровато оглядываясь. Но мы были здесь одни, я об этом позаботилась.

– Тогда я ошиблась в своем видении.

Я повернулась к ней спиной и сделала вид, что ухожу. Тогда она перехватила меня за руку и прорычала:

– Я помогу.

«К этому можно и привыкнуть, Сараси», – подумала я. К манипуляциям. Но я не собиралась ими злоупотреблять, только в таких моментах и с такими, как Юмали.

Конечно, я здорово рисковала, когда просила ее. Эта волчица могла, например, просто сдать меня вождю. Не смертельно, но охранять меня стали бы лучше, и сбежать вряд ли бы получилось. А могла – утопить меня в океане. Но я верила, что Юмали не станет меня убивать. По крайней мере, не своими руками. Еще я верила, что предки все-таки отправят парочку видений, если мне будет угрожать смертельная опасность!

Пока они молчали.

Я сильно нервничала, но, как оказалось, зря. Юмали вернулась в храм через пару часов после заката и провела меня какими-то узкими коридорами, которыми я ни разу не ходила. Я все время использовала дар, поэтому было сложно сосредоточиться на дороге, а еще волчица явно видела лучше, я же шла практически в темноте. Мы вышли за пирамидами и прошли сквозь высокую траву. Однажды только остановились, когда Юмали меня перехватила, пропуская каких-то вервольфов, пробежавших где-то вдали. Но ходила волчица бесшумно, неудивительно, что мы с Дэем тогда ее не заметили.

Спустя полчаса Юмали вывела меня на пляж, не такой красивый, как был тот, где мы с Дэем любили друг друга, с совсем тонкой кромкой песка и с большим количеством огромных камней. За одним из таких камней пряталась небольшая лодочка. Ее я заметила первой, а затем уловила движение за спиной.

Отпрыгнула в сторону, оказавшись по колено в воде. Чтобы увидеть Шана. Его лицо заросло густой щетиной, отчего парень даже при скудном лунном свете казался старше. Юмали я не боялась, но от Шана у меня по коже побежали мурашки, а моя решимость всем рискнуть очень сильно поколебалась.

– Значит, Дэй был прав, – произнесла я, глядя ему в глаза. – Это все-таки ты привел Атласа к джайо.

Он сжал губы в тонкую линию.

– Разве ты не знала? – насмешливо выплюнул Шан. – Разве тебе не сообщили об этом предки?

– Зачем? – спросила я. Хотела сделать это спокойно, но не смогла вытравить из голоса разочарование. Стояла и смотрела на парня, который мне когда-то очень понравился, и понимала, что у нас с ним ничего бы не получилось. Просто потому что полностью гнилое яблоко даже в пирог не используешь, и я это знала. Знала, что он гнилой. С самого начала.

– Чтобы Дэй почувствовал то, что чувствую сейчас я.

– Это сделает тебя счастливым?

– Хватит болтать, Иззи, – отмахнулся он. – Иди в лодку. Тебя ждет встреча с отцом.

– А что скажет твой, когда узнает правду?

– Все подумают на тебя, Иззи, – уверенно заявил Шан, подхватывая меня и опуская в покачивающуюся на волнах лодочку.

– Все, кроме Дэя, – напомнила я. Кажется, до меня донеслось рычание Юмали. Но, когда я оглянулась, волчицы на пляже уже не было.

Как ни странно, чем дальше мы отплывали от острова, тем спокойнее мне становилось на душе. Во-первых, я теперь точно знала, что не я привела Атласа на архипелаг. Во-вторых, Дэй остался на