Вы друг друга стоите - Сара Хогл

– Собирался, но слышал, что она уже нашла другое место.

– Да она его терпеть не может. – Я уже вытащила телефон. – Брэнди! – визжу я, стоит ей поднять трубку. Леон только смеется, слушая, как я прошу ее бросить все и приехать в «Барахолку».

В дверь она вбегает уже через несколько минут. В пижаме «Золотых девочек», шлепанцах и с шикарной подводкой на одном глазу. Леон вытягивает из ящика еще два бейджика: на одном написано «БРЭНДИ», на другом – «МЕЛИССА».

Брэнди прикалывает свой на рубашку, а второй выбрасывает в мусорку. Леон вопросительно поднимает бровь.

– Поверить не могу, что мы снова будем работать вместе! – восклицает она, чуть не плача. – Мой босс просто кошмар, вы даже не представляете. Согласно моему пятилетнему плану, от переезда меня отделяет еще три года, так что выиграть в лотерею нужно прямо сейчас.

Леон выглядит довольным, узнав, что на борту его готовящегося к плаванию корабля будут два знакомых лица.

– Только должен предупредить, рестораном я еще никогда не управлял. И вообще никаким бизнесом. Но моя тетя управляла, и она к нам присоединится. Есть вероятность, что все пойдет не так успешно, как я надеюсь, так что вы тоже рискуете. И вначале я смогу платить вам только самый минимум…

– Мне все равно, – перебивает Брэнди.

Я согласна.

– Я обожаю это место. И что бы ты ни придумал, хочу быть частью этого. – Чем больше я думаю об этом, тем отчетливее становится картинка в воображении. У окон расставлю большие, покрытые мхом камни, на стену повешу каноэ. Может, получится придать месту атмосферу Аляски – Брэнди понравится. Завтра первым делом пойду в сад собирать палочки – из них сплету миниатюрные деревья и развешу или украшу ими подвесные фонарики. Без чучел енотов не обойтись.

– Поверить не могу, что ты в самом деле на это решился, – говорю я. – Просто… слов нет. Ты молодец, Леон! – Хлопаю Леона по плечу, а затем добавляю: – Данкан.

– Ты запомнила!

– Да, да, – отмахиваюсь я, но он улыбается. – Как машина?

– Лучше, чем твоя, – саркастично хмыкает он. – А как дом?

– Волшебный. Передать не могу, как я рада, что Николас его купил.

– Сработало?

Не уверена, что правильно понимаю.

– Сработало что?

– Дом, – отвечает он. – Николас говорил, что дом должен тебя спасти. «Она стоит всех усилий» – так он сказал. «Стоит рискнуть, даже если это обернется провалом».

У меня открывается рот.

– Так и сказал? Ну… да. Наверное, сработало. По крайней мере, мне кажется, что да. – Когда Николас сделал тот неожиданный ход и купил дом, сказав, что это спасет нас, я была готова все бросить. А Николас не сдался, и я чувствую новый прилив нежности и признательности.

– Что? – пихает его Брэнди. – Я что-то пропустила?

– Николас теперь нам нравится, – сообщает Леон. Она хмурится, но он торжественно кивает. – Нравится. Он хороший парень.

Она окидывает меня подозрительным взглядом.

– Ты уверена, что счастлива с ним? Иногда я сомневалась, но не хотела говорить, вдруг ошиблась.

– Уверена. – Я даже моргаю, осознав, что это правда. – Правда, искренне счастлива, – признаю я, и тут же охаю, потому что Брэнди стискивает меня в объятиях.

– Тогда хорошо. Раз нам теперь нравится Николас, я тоже буду милой. Устроим двойное свидание, одну из тех вечеринок с вином и рисунками. – Вот одна из причин, почему я обожаю Брэнди. Она всей душой болеет за счастье других. – Николас как Ванс. Я говорила, что он офтальмолог?

– Много раз, – улыбаемся мы с Леоном.

– Они смогут сойтись на обсуждении медицинской страховки, пожаловаться друг другу на пациентов и все такое.

Леон наблюдает, как я прикалываю бейджик на рубашку, чтобы сочеталось с рубашкой Брэнди.

– Судя по твоей одежде, ты будто знала, что в итоге будешь здесь работать, – указывает на мою шапку он. – Очень по-глубински. Сложно поверить, что Николас ни на что тебе не намекал.

– Не намекал. Правда, посоветовал заехать в «Барахолку».

– Ха. Хитрец.

Не знаю, какое сообщение теперь отправить Николасу: либо «Как ты мог не рассказать мне о таком», либо «Благослови тебя Господь, добрый человек».

– Просто гений преступного мира, – соглашаюсь я. – Вообще-то, я решила, что такая одежда подходит для собеседования, на которое я и ехала и которое теперь нужно будет отменить… – Лезу в сумочку за анкетой. – Когда, ты сказал, открытие?

– Не позже апреля. Может, в марте, если все пойдет успешно. Ты к тому времени еще будешь искать работу?

– Я в деле, – на автомате отвечает Брэнди.

До этого еще несколько месяцев, и двадцать шестое января, дата, которая для меня означала конец отношений с Николасом, к тому моменту давно пройдет. Сейчас я уже так не думаю. Теперь я представляю, как придет апрель, а я все еще буду жить в том домике в лесу.

– Да, я подожду.

Он пожимает руку Брэнди, а потом мне.

– Добро пожаловать на борт!

Брэнди смотрит на анкету у меня в руке, хмурится и присматривается повнимательнее.

– Я бы на твоем месте номер Мелиссы в поле «рекомендации» не указывала.

– А я и не…

Она указывает на номер, по которому работодатели обращались проверять рекомендации:

– Это номер Мелиссы.

– Нет, это… – Я листаю список контактов и так и замираю. Она права. Я хотела указать номер Мэлвина Ховарда и перепутала его с Мелиссой. – Вот черт. Я указала этот номер в резюме, которые рассылала.

У Брэнди отвисает челюсть.

– Нет.

– Да.

– Боже, Наоми, нет! – Она закрывает рот руками, пытаясь задавить смех. – Ох, прости, я не должна смеяться. Это ужасно. Мне так жаль, правда.

Единственное, почему я сейчас могу смеяться вместе с ней, – моя новая работа.

– Смех сквозь слезы. – Я делаю вид, что всхлипываю. – Не хочу считать, что Мелисса сознательно мешала всем моим попыткам, но мне бы очень хотелось так думать – было бы здорово переложить вину за все отказы на нее.

– Мелисса просто ужасна. Ради тебя я пойду в «Творим вместе» и все там перемешаю на полках. За год по местам не разложит.

Я обнимаю ее.

– Как далеко зашла моя милая маленькая протеже.

После отмены собеседования мы поиграли в «Что выберешь – то или это?» и «Что это за пятно?», причем в последнем случае ответ почти всегда «Зак», потому что он обожал тайком трясти бутылки с газировкой и передавать нам. Брэнди рассказывает, что он очень занят во Флориде, создает новую религию. Именно что-то такое Зак бы и сказал, а вот правда это или нет – нам гадать самим. Загадка, а не человек.