Сердитая сеньорита - Китти Лонг

Дурак, дурак, дурак! О чем я только думал, когда прижимал к себе женщину, находящуюся в состоянии шока?

Питер открыл кран в гостевой ванной и попытался обмыться водой из раковины, потому что не знал, как хозяйка воспримет присутствие незнакомца в своем душе.

Почти всю ночь он пролежал без сна, желая вернуть назад время и все исправить. Пусть даже ее губы оказались точно такими же нежными, как он и думал. Что-то было в этой женщине, что заставляло его желать прикоснуться к ней. К ее волосам. Коже. Губам…

Ну и кашу я заварил! Если бы прошлой ночью Анхела добежала до дома Норманна Синклера, ничего бы не случилось. И зачем мне понадобилось вмешиваться? Хотя, с другой стороны, это позволило мне остаться в доме Анхелы, а это удобное прикрытие…

Нет, конечно, прикрытие прикрытием, но, похоже, пора возвращаться в машину, иначе придется отправляться к Стивену с признанием поражения.

Питер безжалостно тер лицо, пытаясь прогнать ненужные воспоминания. Не стоит думать о том, какой мягкой и нежной была Анхела в его объятиях…

Никогда не следует увлекаться женщиной, замешанной в деле. Шесть лет назад он в этом убедился на собственном опыте…

Ну и дурак же я был. Свято верил Деборе, а она думала лишь о том, как бы вытянуть из меня побольше информации.

Питер аккуратно сложил полотенце. Это увлечение стоило работы ему и Рикардо. После того, как забрали их оружие и удостоверения, наступило время бесконечного отпуска. В конце концов Рикардо помогли родные, устроили на хорошее место дома, в Испании, а Питер нашел спасение в работе детектива, работая то в родной Англии, то во Франции, то даже в Испании, благодаря тому, что с детства совершенно свободно говорил по-испански, а в его французском звучал лишь очень легкий акцент.

Можно смотреть на Анхелу де ла Крус, ее оливковую кожу и иссиня-черные волосы, подумал Питер, глядя в зеркало. Это не возбраняется. Но прикасаться нельзя ни в коем случае. Я профессионал и думать должен только о работе, тем более что я так мало знаю об этой девушке.

Детектив повесил полотенце и стал быстро одеваться. Надевая штаны, он не заметил, как выронил свой тяжелый складной нож, услышав доносившиеся из кухни звуки льющейся воды, а потом звяканье посуды. Божественный запах свежесваренного кофе стал наполнять дом.

Ну вот, и старайся быть тихим и незаметным. Слава Богу, Анхела ранняя птичка, подумал Питер. Надо с ней поговорить.

Конечно, лучше было бы уйти отсюда, но ведь Стивен не будет платить за несделанную работу. А я не привык отступать даже там, где большинство бы уже сдалось. Надо спасать ситуацию.

Покаяние иногда помогает. Так я и поступлю, решил Питер.

Он тихо вошел в кухню. Анхела стояла к нему спиной, глядя, как закипает кофе.

Да, такая короткая джинсовая юбка просто не в силах скрыть великолепие сильных и гладких ног. И конский хвост ей идет. Это плохо. Зато мешковатая футболка скрывает грудь, это хорошо.

Ага, рядом с плитой стоит одна-единственная кружка. Держу пари, что она вовсе не для меня.

Настало время каяться.

— Анхела…

Девушка посмотрела через плечо, и ее щеки залила краска. Она поспешно отвернулась.

— Доброе утро, — невнятно пробормотала она с опущенной головой.

— Я хотел бы извиниться за то, что произошло прошлой ночью.

Ее плечи слегка приподнялись в жесте защиты.

— В скольких фильмах я видела, как парень просыпается утром и произносит именно эти сакраментальные слова! Вас что, этому в школах учат?

— Не знаю, может быть, кого-нибудь и учат. Но я имел в виду то, что сказал. Я воспользовался твоим испугом. Если ты захочешь, чтобы я ушел, я это сделаю.

— Разве твоя ночевка на кушетке была тем, что можно назвать «воспользовался»?

Анхела наполнила кружку и стала осторожно отхлебывать горячий кофе.

Питеру показалось, что дела обстоят не так уж плохо.

— Ты знаешь, что я имел в виду вовсе не это.

— А, так ты о том, что я бросилась в твои объятия? — На щеках девушки опять проступил румянец, но она постаралась игнорировать это. — Это мне стоит извиниться перед тобой.

Вот этого хода он не ожидал.

— Ты была в состоянии шока, и это вовсе не извиняет того, что я поцеловал тебя. Прости. Это больше не повторится.

Уж я об этом позабочусь.

Плечи девушки слегка опустились. Общаясь с огромным множеством людей, среди которых были и подозреваемые, и жертвы, Питер научился читать язык тела. Но в этот раз было непонятно, значило ли это разочарование или облегчение.

Пришло время сменить тему.

— Надеюсь, что тебя больше ничто не испугает. Но я все же хотел бы остаться на случай, если вдруг все-таки что-нибудь случится.

Анхела иронически подняла брови.

— Ты так просто не сдаешься, верно? Мадонна, почему я окружена мужчинами, которых невозможно выгнать?

К удивлению и облегчению Питера, с этими словами она сердито распахнула дверцу кухонного шкафа и достала оттуда кружку с логотипом «Сегуро Банко».

— Я бы не имел успеха в своей работе, если бы быстро сдавался. Но я действительно уйду, если ты этого захочешь, сердитая сеньорита.

Сердитая сеньорита фыркнула и подала ему кофе.

А потом придумаю что-нибудь, чтобы вернуться. Правда, пока еще не знаю что.

Приняв кружку с кофе, он с наслаждением отпил глоток.

— Надеюсь, он этого стоит, — задумчиво сказала девушка.

Питер поперхнулся.

— Кто?

— Твой неверный муж. Или жена. Короче, тот, за кем ты следишь.

Тьфу, Питер, стыдно быть таким нервным!

— Жена. Да, дело этого стоит. Но в ответ на ваши услуги я воздам вдвойне. — Тут он шутливо расшаркался. — Бесплатные услуги по охране, а также любая помощь, которая может понадобиться.

Анхела почему-то покраснела.

— Хорошо-хорошо, ты можешь остаться. Но помни о том, что я делаю ремонт. Не путайся под ногами.

— Не буду. Теперь об окнах твоей спальни…

— В этом доме множество окон. Почему тебе понадобились именно эти?

— Они наилучшим способом подходят для моих целей.

— Просто прекрасно.

Анхела пробормотала что-то насчет мужчин в женских спальнях, но, поскольку она сделала это, отвернувшись к плите, Питер почти ничего не расслышал.

— Я не буду мешать и ничего не испорчу. Все, что мне нужно, это окно.

— Ладно. Но если мне вдруг что-нибудь не понравится, тебе придется уйти.

— Согласен. Как я уже говорил, ты даже не будешь замечать моего присутствия.