Греческие каникулы - Ребекка Уинтерз

Когда Ник облачился в халат, медсестра открыла дверь и жестом поманила его в угол палаты. Женщина, одетая в халат и маску, как и он сам, сидела рядом с инкубатором и сквозь отверстие в нем нежно гладила ребенка. Она сидела спиной к Нику, и он мог видеть лишь волосы цвета меда, стянутые на затылке шелковым шарфиком. Она пела с такой любовью, с какой это делать могла бы только родная мать.

Тронутый ее отношением к ребенку, которого она даже не знала, Ник почувствовал какое-то щемящее чувство в груди, когда подошел к инкубатору и взглянул на ребенка.

— Деми…

Братья столпились вокруг инкубатора, слезы радости катились по их щекам. Деми посмотрела на них и начала плакать, она не узнала их в масках и испугалась.

Женщина погладила ее ручку, сказала что-то тихим спокойным голосом, и малышка успокоилась. Хотя слова были английскими, девочка отреагировала на нежность, с которой они были произнесены.

Через минуту женщина отпустила руку девочки и встала. Когда она повернулась к братьям, Ник обнаружил, что смотрит ей прямо в глаза, такого удивительного фиолетово-синего цвета, какого бывают только цветы в Микенах. И эти глаза были полны слез.

— Миссис Майерс? Я Ник Анджелис, — сказал он. — А это мои братья, Сандро и Козимо. Как я понял, именно вас мы должны благодарить за то, что нашли нашу племянницу до того, как стало слишком поздно.

— Я просто оказалась первой, кто вышел в патио, — приглушенно ответила Фрэн. — Когда я услышала плач, то подумала, что это котенок. Я чуть не упала в обморок, когда увидела, что в кустах лежит ребенок. Как ее зовут?

— Демитра, но мы зовем ее Деми.

— Красивое имя. — Он услышал, как женщина сделала глубокий вдох. — Не могу выразить, как я сочувствую вашей потере, мистер Анджелис. Но я рада, что вы нашли дочь ваших сестры и зятя. Она самый прекрасный ребенок из всех, кого я видела, — произнесла она дрожащим голосом. — Уверена, если вы снимете маску, она вас узнает.

— Кажется, вас в маске Деми не боится.

— Это все потому, что я говорила с ней с тех пор как ее привезли сюда. — Фрэн была рада, что на ней была маска, скрывшая румянец, заливший ее щеки. — Я не могла допустить, чтобы она осталась совсем одна. Детям нужна мама. А она была очень напугана.

Не каждая женщина имеет такой сильный материнский инстинкт, и Ник предположил, что у миссис Майерс есть собственные дети, поскольку она замужняя женщина.

— Леандрос сказал мне, что вы здесь проводите свой отпуск. И я ценю вашу бескорыстную заботу о Деми больше, чем вы можете себе представить. Ради нее наши родители смогут продолжать жить дальше.

— Это правда, — согласились его братья, прежде чем высказать свою благодарность.

— Я надеюсь, вы понимаете, что наша семья в неоплатном долгу перед вами?

Молодая женщина покачала головой:

— Какую еще награду можно желать, кроме воссоединения этой маленькой девочки со своей семьей? У всех вас очень похожие глаза, сразу видно, что она принадлежит семье Анджелис. Правда, насчет ртов и носов я пока ничего не могу сказать, — хрипло добавила она.

Несмотря на все ужасы минувших суток, ее замечание заставило Ника улыбнуться. До тех пор пока он не вошел в палату и не увидел, с какой нежностью эта женщина заботится о дочери Мелины, он думал, что у него больше никогда не будет причины для улыбки.

Фрэн немного отступила назад:

— Что ж, джентльмены, я оставлю вас наедине с племянницей. Когда вы заговорите с ней, она точно узнает вас по голосам.

Ник вовсе не был уверен в том, что Деми не заплачет в ту же секунду, как миссис Майерс покинет палату.

— Куда вы пойдете?

— Вниз, присоединюсь к Келли.

— Пожалуйста, не уезжайте пока из больницы. Нам нужно поговорить.

— Поскольку я гостья семьи Петралия, я не могу быть уверена насчет наших дальнейших планов.

— В таком случае я спущусь вместе с вами. Мне нужно позвонить родителям и рассказать им новости, которые вдохнут в них жизнь. — Ник повернулся к братьям и рассказал о своих планах, прежде чем уйти вместе с ней.

Оказавшись снаружи, он снял маску и халат, Фрэн сделала то же самое. Ник был ценителем женской красоты, и, хотя она была замужем, он не мог себе отказать в том, чтобы как следует не разглядеть ее.

Под медицинским халатом обнаружилась изящная стройная фигура, облаченная в изумительный белозеленый наряд, подобранный с большим вкусом. Она обладала классической красотой, и черты ее лица более чем соответствовали ее потрясающим глазам. Словом, у Ника перехватило дыхание.

— Каков вердикт? — небрежно поинтересовался он после того, как и она изучила его.

Он увидел, как порозовели ее щеки, но она не отвела взгляда.

— Мне довелось видеть вашу фотографию на обложке журнала, когда я летела в самолете.

Ник скрипнул зубами от одного только упоминания об этом.

— Если хотите начистоту, позвольте сказать, что я рада, что Деми унаследовала семейные черты.

Он ожидал, что она скажет что-то о его репутации. Но все ее мысли были о Деми.

— Наверное, ваша сестра была настоящей красавицей, раз произвела на свет такую очаровательную дочку.

Ник достал бумажник и показал фотографию:

— Это было снято на тридцатый день рождения Мелины, два месяца назад.

— Какая прекрасная семья, — тихо сказала Фрэн, рассматривая фотографию. — Деми очень похожа на мать.

У Ника пересохло в горле от нахлынувших эмоций.

— Да, она будет продолжать жить в Деми, — сказал он.

Фрэн всегда считала, что Леандрос был настоящим лакомым кусочком для любой женщины, но Николос Анджелис оказался единственным в своем роде. Несмотря на морщинки, которые пролегли на его лбу от горя, он был самым привлекательным мужчиной из всех, кого она когда-либо видела. Фотографии не могли полностью передать его мужественную красоту.

Кроме внешней привлекательности у него была аура человека, привыкшего отвечать за свои поступки. Человека, которому все по плечу.

Надежды Келли, что Фрэн встретит здесь великолепного мужчину королевских кровей и влюбится в него с первого взгляда, до сих пор казались ей смешными. Но она не могла не признать, что Николос Анджелис был потрясающим воображение мужчиной.

Стоя рядом с ним, Фрэн думала о том, что в нем по меньшей мере шесть с лишним футов литых мышц. Он был одет в грязные костюмные брюки и голубую рубашку с закатанными до локтей рукавами. Братья примчались в город, как только услышали о торнадо. Естественно, они бросили все и полетели в Салоники на поиски родственников. Они не спали уже много часов.

Нику необходимо было побриться, но с проступившей щетиной он выглядел даже еще более мужественным. Его волнистые черные волосы были такими густыми, что хотелось запустить в них пальцы. Прежде чем дверь открылась, Фрэн еще раз украдкой посмотрела на него.