Школа любви - Дороти Шелдон

В высказывании звучал явный намек на то, что миллионер еще не решил, удостоит ли он именно фирму «Джойс, Мередит и Гарднер» чести представлять его интересы в суде. Но это для Фэй казалось сейчас не самым важным. В данный момент она думала о боли и унижении, которые, должно быть, переживала в эту минуту миссис Уэстмор.

— Только не пытайся запугать меня, Роджер. Тебе всегда было свойственно не замечать и не ценить лучшего из того, что имеешь. — Изо всех сил, пытаясь не выдать своих эмоций и оставаться спокойной, миссис Уэстмор с достоинством удалилась.

Несколько минут все молчали. Тишину, становившуюся все более напряженной, нарушил Саймон:

— А я и не подозревал, что вы все еще живете вместе.

Уэстмор ухмыльнулся.

— Не вместе. В совершенно противоположных частях имения. Она не намерена уезжать отсюда, и заявляет, что все еще любит меня. Но мне-то известны ее настоящие мотивы: мадам не хочет, чтобы ее обвинили в том, что она развалила семью. По ее мнению, все здесь принадлежит ей. Это чертово место превратилось в сумасшедший дом! — Уэстмор вскочил на ноги, в ярости опрокинув кресло, на котором сидел. — И я просто мечтаю, чтобы кто-нибудь помог мне выбраться из этого дерьма, причем без ущерба для моего кошелька!

Продолжая бормотать что-то себе под нос, Уэстмор размашистыми шагами направился к особняку, собака потрусила за ним.

— Черт возьми. — В голосе Саймона отчетливо прозвучала досада. Он провел рукой по волосам. — У него прямо-таки взрывной темперамент! Очень бы не хотелось терять этого клиента.

— Если делом все же займемся мы, то, как тут ни старайся, в суде его жена будет в любом случае выглядеть более достойно. Мы ведь не сможем контролировать Уэстмора.

Вообще-то, по мнению Фэй, вздорный старик был просто недостоин любви такой женщины, но свои эмоции и возмущение она держала при себе. За семь лет работы адвокатом Фэй прекрасно научилась владеть собой. Вот и сейчас внешне она оставалась абсолютно спокойной, скрывая чувства под маской равнодушия и беспристрастности. Ведь Саймон — один из ее боссов, продемонстрировать перед ним свою слабость было непозволительно.

— Мы очень многого не знаем, — задумчиво проронила Фэй. — А что, если у миссис Уэстмор есть любовник?

Саймон удивленно повел бровью. Фэй привлекли к этому делу только потому, что хотели задействовать именно женщину, способную ближе узнать жену клиента и использовать полученные сведения в своих интересах. Но в складывающей ситуации поведение Фэй Баркли удивляло его. Не проявив ни капли сострадания к миссис Уэстмор, она полностью сосредоточилась на нуждах клиента. Какой профессионализм! Саймон должен был с восхищением отнестись к деловым качествам Фэй, но ему почему-то была неприятна холодность, сквозившая в рассуждениях его напарницы.

— А если не жена, а именно муж пытается обмануть нас? — предположил он, с любопытством ожидая ее реакции.

Фэй пожала плечами.

— Все зависит от власти. У кого больше власти, — в данном случае это деньги и право распоряжаться имуществом, — тот и побеждает.

В этот момент Саймону показалось, что в глазах Фэй мелькнула искра душевного тепла. Быть может, стена равнодушия даст трещину, и женские эмоции возьмут верх над расчетливой трезвостью рассуждений? Но нет, он ошибся: в следующее же мгновение Фэй взглянула на Саймона сосредоточенно и серьезно. Эта женщина непробиваема!

— Мы должны постараться использовать ее нежелание расторгать брак в своих интересах, — произнесла Фэй деловито. — И нужно убедить Уэстмора в том, что разработанная нами стратегия поможет ему выиграть.

— Она пока не хочет развода. В любой момент, почувствовав себя оскорбленной, миссис Уэстмор может тоже нанять адвоката, и он вступит с нами в борьбу. Об этом не следует забывать.

— Вот именно! — оживленно подхватила Фэй.

Теперь Саймон понял, почему ей удалось достичь успеха. Да ведь она по-настоящему любит выискивать мельчайшие подробности и определять пути достижения нужного результата. Он тоже чувствовал прилив энергии и энтузиазма каждый раз, когда удавалось успешно завершить дело.

— Итак, что вы предлагаете, мисс Баркли?

— Я думаю, мы должны первыми начать атаку. А сделать это мы сможем только в одном случае — если возьмем ситуацию под контроль. Я позвоню Маннингему и попрошу узнать, как можно больше о миссис Уэстмор. Посмотрим, есть ли темные пятна в ее безупречной репутации… А вы тем временем можете заняться мистером… то есть Роджером. С вами, я думаю, он будет более откровенен. Мужская солидарность, взаимопонимание…

Саймон не мог сдержать улыбки. Чем больше Фэй увлекалась своей мыслью, тем больше начальственных ноток звучало в ее голосе. Саймону это нравилось.

— Будут еще какие-нибудь указания, мэм?

Фэй вдруг густо покраснела. В считанные секунды ее бледные щеки стали багровыми. А оказывается, в ее венах течет горячая кровь, обрадованно подумал Саймон. И это все та же уравновешенная, благоразумная, возможно, постоянно подавляющая в себе нормальные человеческие эмоции мисс Баркли!

Да, подумал Саймон, мне определенно нужно познакомиться с какой-нибудь особой. Мне не хватает сексуальной разрядки.

Другого объяснения своему внезапному интересу к этой весьма необычной сотруднице он найти не мог.

— Простите, мистер Гарднер, я не уверена, что ход моих мыслей абсолютно верен, — сказала Фэй.

— Почему же? Я бы сказал, вы на правильном пути. Будет совсем неплохо, если к делу подключится человек, способный разведать что-то о жизни миссис Уэстмор. Когда клиент увидит, что мы делаем для него все возможное, это произведет на него должное впечатление. Уверен, что смогу заставить его принять решение воспользоваться именно нашими услугами.

— Правда? То есть это было бы здорово! — На этот раз Фэй не скрывала радости и удивления.

Саймон понимал ее реакцию. Его партнеры Джойс и Мередит, окажись они на его месте, скорее всего, повели бы себя иначе. Но Саймон Гарднер никогда не отклонял хорошие предложения, даже если они исходили от адвоката, занимающего в его фирме самую низшую ступеньку иерархической лестницы. Высказанные Фэй идеи отличались здравостью и совпадали с мнением Саймона. Наверное, мы неплохо поработаем вдвоем, подумал Саймон.

— Можете приступать к осуществлению своих планов.

Она в ответ чуть наклонила голову и устремила на Саймона внимательный взгляд. Саймон не осмелился отвести глаза и нарушить установившийся между ними контакт. Фэй первой, как уже много раз за сегодняшний день, порывисто отвернулась, как будто чувствовала за собой какую-то вину. Она выглядела сейчас провинившимся ребенком, задумавшим попросить прощения.

Сколько же противоречий уживается в этой странной женщине. Саймону казалось, он никогда не сможет понять Фэй Баркли. Возможно, именно это и привлекает его. Ведь она прочно обосновалась в его мыслях: ему интересно знать, какие чувства испытывает Фэй, о чем думает… Казалось бы, зачем все это нужно Саймону Гарднеру, молодому преуспевающему красавцу? Фэй выполняет свою работу, причем со всеми обязанностями справляется достаточно неплохо. Разве имеет какое-то значение то, что происходит в ее душе? Почему ему так хотелось узнать, присущи ли мисс Баркли женские слабости, способно ли ее сердце подарить кому-нибудь тепло и радость? И зачем, черт побери, он стремится понять, поселилась ли в сердце этой женщины хоть капля сострадания к несчастной миссис Уэстмор, которую он, Саймон Гарднер, собирается беспощадно «потопить» на предстоящем бракоразводном разбирательстве?