Сладкое наваждение - Сандра Филд

— Ты приглашаешь меня на обед? — Люк размял плечи. — Отлично. Я поеду за тобой, Келси, только захвачу бутылку вина из погреба. Сильвия Гриффин задолжала мне. Пожалуй, возьму пару бутылок. Знаешь, надеюсь не скоро увидеть это поместье.

— Даже спорить не стану, — усмехнулась девушка и заторопилась к машине.

Люк прибыл на десять минут позже, чем Келси. За это время она успела зажечь свечи на кухне и в столовой и накрыть на стол.

Келси передала Люку штопор, чтобы тот откупорил бутылку. Вино оказалось потрясающим; отпив из своего бокала, девушка решила ни о чем не думать, а просто наслаждаться вечером.

Но сначала нужно приготовить обед. Келси облачилась в фартук и начала колдовать у плиты. Не в силах усидеть на месте, Люк ходил взад-вперед по кухне. Он заметил календарь благотворительной организации на стене.

— Это очень хороший приют, — произнес он отстранение

— Откуда ты знаешь? Ты был там?

— Да, — сам не зная почему, признался Люк. — Во время путешествия в Гонконг.

— Значит, между сделками с недвижимостью ты заехал в приют в Камбодже?

— Я же говорил, что был в Камбодже, когда Сильвия умерла. Поэтому до меня не могли дозвониться.

— Ты поддерживаешь приют?

— Я оплатил его строительство. А представители благотворительной организации ведут дела.

Келси оторвалась от своего занятия.

— Сколько еще приютов ты построил, Люк?

— Несколько. В разных местах.

— А точнее?

— Двадцать четыре. Только не пытайся сделать из меня святого.

— Святой Лука уже есть — отозвалась Келси. — Пост занят. Ты не святой. Ты — богатый человек, которому не все равно… который вкладывает деньги в недвижимость.

— Пей свое вино, — посоветовал Люк и тут же сменил тему: — Могу я помочь тебе и почистить картошку?

Келси подала ему нож, глядя на него другими глазами. С теплотой и одобрением. Она жертвовала деньги в фонд этого приюта уже давно. Сердцем девушка всегда болела за детей, которые были лишены родителей.

— Мешки для мусора в крайнем ящике.

Она стояла перед ним в бесформенном фартуке, с закатанными рукавами, а на подбородке у нее прилип кусочек панировки для рыбы. Люку отчаянно хотелось поцеловать ее. Добавить в свою копилку еще один страстный поцелуй, от которого по спине бежали мурашки.

Мужчина поспешно достал мешок и принялся чистить картофель. Простое занятие возымело странный эффект. Призраки прошлого, преследующие его с тех пор, как он приехал в поместье Гриффинов, почти отступили.

Но эта домашняя сценка была для Люка в диковинку.

Когда еще он был так расслаблен и спокоен? Когда ему хотелось красиво говорить хотя бы с одной из своих пассий?

Ответ был короток и ясен: никогда.

Завтра Люку предстояло вернуться в Манхэттен. Забудет ли он тогда о Келси Норд?

Через десять минут карточка была брошена в кастрюлю.

— Кетчуп и тартар в холодильнике. Можешь отнести их в столовую. Уксус, соль и перец на полке. — С видом эксперта Келси жарила рыбное филе.

На холодильнике магнитом были прикреплены две фотографии. На первом снимке трое мальчишек окружали сестру, все четверо счастливо улыбались. На втором — пожилая пара, тоже с радостными лицами, стояла, обнявшись, на пороге дома.

— Мои родители, — пояснила Келси. — Глупо, но я до сих пор скучаю по ним. — Ее лицо смягчилось. — Они были женаты больше двадцати лет, когда погибли, и любили друг друга все сильнее день ото дня. В каком-то смысле хорошо, что они ушли вместе…

Не найдя нужных слов, Люк взял соусы и вышел. Проходя через гостиную, он заметил, что там все такой же хаос. Картины Келси влекли его как магнит. Глядя на них, он вдруг подумал, сможет ли переспать с Келси, а потом уехать, даже не оглянувшись? Нет. Эта девушка отличалась от дамочек, подобных Кларисс и Линдсей. Она была эмоциональна и необыкновенно чувственна.

Люк должен заняться с ней любовью. Но на чьих условиях? И чего ему это будет стоить?

Он уже почти добрался до столовой, как вдруг его взгляд привлек листок с текстом, написанным ярко-красным маркером. Заглавие гласило: «Список свободы». Люк бегло просмотрел записи: «Поступить в школу искусств. Путешествовать. Написать шедевр. Заняться безудержным сексом».

Мужчина остановился как вкопанный. Последнее было перечеркнуто и заменено на «Закрутить роман». Значит, Келси хочет роман с безудержным сексом. Может, она специально оставила список на виду, чтобы он прочел его?

— Обед готов, Люк! — позвала Келси из кухни. — Иди и возьми.

Иди и возьми… о да, подумал мужчина и вернулся в кухню.

Рыба была великолепна, как и картофель, приправленный уксусом и солью.

— Почему ни один мужчина в Хадли не предложил тебе руку и сердце? — искренне удивился Люк. — Ты красивая, у тебя отличная фигура и готовишь ты божественно.

— Ты забыл о троих мальчишках в придачу. Да и нормальных мужчин в Хадли практически нет.

Неудивительно, что Келси мечтает о безудержном сексе. Люк полил рыбу лимонным соком.

— Я наткнулся на твой список в гостиной.

— Мой список? — В ее глазах отразилась паника — Я случайно оставила его на виду. Люк, ты же не читал его?

— Ты оставила, а я прочел. — Люк очаровательно улыбнулся. — Трудно было пройти мимо написанного таким ярким маркером. У меня к тебе предложение. Вообще-то это касается нас обоих.

На бледном лице Келси заалели щеки.

— О боже… Я хотела забрать список наверх, а потом, должно быть, забыла…

— У меня есть дом на одном из Багамских островов, — продолжал Люк, все еще улыбаясь. — Мой хороший друг Рико Альбениц прилетает туда на несколько дней. Ты слышала о нем? — Келси кивнула, и тогда Люк продолжил: — Я позвоню ему сегодня вечером. А завтра мы полетим на Багамы, и ты сможешь взять у него пару уроков.

— У Рико Альбеница? Он даже не взглянет в мою сторону. Он же знаменит!

— Он сделает это. Если я попрошу.

— Бизнес?

— Рико — мой друг.

— Прости, — пробормотала Келси. — Но…

— Я не закончил. Пока мы будем на Багамах, закрутим роман. Понимаешь? Путешествие, безудержный секс и шанс рисовать. Ты сможешь одним махом вычеркнуть из своего списка три пункта.

— Как выгодно!

— Это называется тайм-менеджмент.

— Говоришь, как бизнесмен.

Люк склонился к ней.

— Ты хочешь меня, Келси, а я хочу тебя. Никогда раньше я не желал ни одну женщину так сильно. Ты не в моем вкусе. И я должен был бы развернуться и уехать. Поверь, я никогда не обсуждал с девушками свою мать, приюты и не сравнивал своих подружек с жемчужинами. Черт знает, почему я делаю все это с тобой. Но в одном нет сомнений: я не успокоюсь, пока мы не окажемся в одной постели.