Сразу и навсегда - Джилл Шелвис

Потом в его поле зрения появилась Анна в инвалидном кресле, ловко объезжающая угол. Трудно поверить, что кто-то такой крохотный мог двигаться так быстро, но Джош уже знал: двадцатиоднолетнюю сестру недооценивать не стоит ни в коем случае.

Она изобразила восьмерку между двумя диванами и обеденным столом и набирала скорость. На ее коленях визжала от сладкого ужаса мини-копия Джоша. При этом Тоби растянул рот в улыбке.

Танк со звонким восторженным лаем летел по их следам, вернее, колесам, так быстро, как позволяли короткие лапы.

На несколько секунд Джош словно прирос к месту, пораженный глубокой непонятной болью в груди. Которая исчезла в тот момент, когда Анна слишком резко свернула, пошатнулась и опрокинула кресло, вывалившись вместе с Тоби.

– Черт! – буркнул Девон, нажимая большим пальцем на какую-то кнопку в телефоне.

Идиот хронометрировал гонку!

Джош промчался мимо, к барахтавшемуся клубку из рук и ног.

– Не двигайся, – приказал он Анне, отрывая от нее Тоби. Повернул мальчика и взглянул в лицо, такое похожее на его собственное, хоть и лишенное выражения усталости и цинизма, которые стали для него неотъемлемы.

Тоби ухмыльнулся и обхватил шею отца. Настроение малыша часто менялось, но любил он со свирепостью, от которой у Джоша всегда перехватывало дыхание. Он крепко обнял Тоби. Тот залаял.

Джош вздохнул, поставил его на ножки и нагнулся над Анной. Которая не пошевелилась. Он не обманывал себя. И не питал заблуждений относительно того, что способен контролировать сестру. Она не будет лежать смирно только потому, что он прикажет.

– Анна.

Он осторожно отвел влажные волосы с ее мокрого лба.

– Поговори со мной.

Она открыла глаза и громко рассмеялась.

– Это было классно!

Тоби задрал голову и весело залаял в потолок.

Джош присел на корточки и потер ладонью лицо:

– Тоби пора спать, Анна. А ты могла покалечиться.

Она поползла к креслу.

– Была там, делала то, купила футболку.

Джош поднял ее. К ним неспешно подошел Девон, хотя для Джоша всегда было загадкой, каким образом тот способен ходить, когда джинсы сползли так низко, что оголено ползадницы. Он поднял кресло, а Джош усадил в нее Анну.

– О, расслабься, – пробормотала та, когда брат, подбоченившись, встал перед ней, и дернула Тоби за ухо.

– Эй, красавчик, пора спать, договорились?

– Тяф-тяф, – ответил Тоби и пошел в коридор.

Джош схватил его за подол толстовки со сценками «Звездных войн».

– Умывался сегодня с мылом?

Тоби сморщил нос и почесал в затылке.

Джош воспринял это как «нет».

– Значит, пойди и умойся. И зубы почисти пастой.

– Тяяяяяяф, – медленно протянул Тоби с оскорбленным видом.

Но Джош знал, что главное – не отступать.

– Иди. Я сейчас буду.

Мгновение – и Тоби из грустного превратился в радостно-взволнованного, потому что если отец придет, значит, расскажет историю. Сейчас он выглядел маленьким, таким чертовски болезненно-маленьким, что в груди у Джоша опять заныло.

Прийти домой и свалиться в постель от усталости – одно. Прийти домой, забраться в постель вместе с сыном и провести вместе несколько минут, прежде чем оба отрубятся, – еще лучше.

– Выбирай книгу, – велел он.

– Тяф!

Достаточно было одного взгляда Джоша, чтобы Девон исчез. Пусть он полный лузер, но ничего не скажешь, лузер сообразительный.

Анна проигнорировала брата и откинула назад волосы. Она крохотная, всегда была такой. Но отнюдь не хрупкая. Никогда! И обладает трогательной красотой Белоснежки.

И темпераментом Круэллы де Вил.

Пять лет назад автокатастрофа лишила ее возможности ходить. Ей крупно повезло остаться в живых, хотя шестнадцатилетнюю девочку было трудно в этом убедить.

– Если не можешь уложить его в постель вовремя, позвони мне, – бросил Джош. – Я приеду и сам все сделаю.

– О, прекрасно! – выразительно закатила глаза Анна. – По-прежнему пыжишься от злости!

Она выехала в прихожую и схватила со скамьи сумочку.

– Все еще дуешься на меня за то, что не согласился на твою поездку в Европу? – предположил он.

– Пять с плюсом!

Она схватила жакет с низко прибитого крючка.

– Всегда знала, что сообразительности тебе не занимать. «О, этот доктор Скотт так проницателен! Блестящий ум»…

Анна отвернулась.

– Жаль, что не всем в семье передались твои способности.

– Никто этого не утверждает.

– Но все думают.

Она принялась рывками просовывать руку в рукав жакета под беспомощным взглядом Джоша. Если он предложит помощь, Анна откусит ему голову. Он не единственный Скотт в семье, который ненавидит попадать в зависимое состояние.

– Так докажи, что они ошибаются, – произнес он вслух.

– Слишком много труда, – пожала плечами Анна.

– Анна, ты не можешь до конца года слоняться вместе с Девоном по Европе.

– Почему? Потому что у меня такая насыщенная жизнь? Потому что у меня вообще есть жизнь?

– У тебя есть жизнь, – раздраженно бросил он. – Ты занимаешься в двухгодичном колледже…

– Да. Кулинария и писательское мастерство. Кстати, мой учитель по писательскому мастерству сказал, что я определенно не должна бросать работу, которой зарабатываю на жизнь.

– Ты можешь делать все, что пожелаешь, – вздохнул он. – Выбери специализацию. Ты умна. Ты…

– Парализована, – вставила она. – И умираю с тоски. Я хочу поехать в Европу с Девоном.

Господу одному известно, что нашла Анна в парне, который якобы учится в вечернем техническом колледже Сиэтла, а днем вместе с целой бригадой кроет крыши. Джош в жизни не видел, чтобы Девон хотя бы книгу открыл, и уж точно у него слишком много свободного времени.

– Откуда у Девона деньги на Европу?

– Нет у него денег. Через две недели поступит возмещение за аварию.

О черт, нет!

– «НЕТ»!

– Я уезжаю, – бросила она, игнорируя его ответ и меняя не понравившуюся тему.

– Куда?

– Не все ли равно?

Иисусе! Все равно, что зубы рвать.

– Прекрасно. Возвращайся к полуночи.

– Ты мне не папа и не мама. А мне уже не шестнадцать. Не жди меня, ложись спать.

– У Девона на этот раз есть бензин?