Знак фараона - Лора Бекитт

Неожиданно Тия рассмеялась.

— А если тебе что-то не понравится, ты опять отправишь меня к крокодилам?

Хетес улыбнулся.

— Забудь. На самом деле я сразу понял, что с тобой интересно играть!

Девочка решила попробовать. По крайней мере, она могла отказаться дружить с этим мальчиком и пожаловаться на него своему отцу. На всякий случай Тия спросила разрешения у родителей; к ее удивлению, те не стали возражать. Врач по имени Вата взялся вылечить Анхора от головных болей, которыми тот страдал с юности.

Хетес быстро усвоил правила игры и не на шутку увлекся новой забавой. А также заинтересовал игрой других детей. Правда, Тие не нравилось, что мальчик сразу взял бразды правления в свои руки и без смущения раздавал приказания. В его играх каждый исполнял одну-единственную роль, причем сам Хетес, как правило, был фараоном, а остальные — военачальниками, жрецами, солдатами, слугами.

Необходимость беспрекословно подчиняться Хетесу угнетала девочку. Когда она играла с Тамитом, оба ощущали себя свободными как ветер, в них бурлила фантазия, в каждый миг своей жизни и игры — которая и была жизнью! — они создавали фантастическое будущее, которое преображало сердца и души детей, а их самих возносило над землей.

Если Тамит черпал в игре вдохновение и воплощал дерзкие мечты, то для Хетеса она была способом лишний раз показать свою власть над другими людьми. Девочка догадывалась, что когда-нибудь этот красивый, но жестокий мальчик снова ее предаст, и уже жалела о том, что связалась с ним и доверила тайну, которая связывала ее и Тамита.

В конце -концов Тия сказалась заболевшей и перестала выходить из дома, а когда Нил вошел в берега, украдкой отправилась туда, где встречалась с прежним другом.

Наступило благодатное спокойное время. Нил вернулся в свои границы, поля были щедро политы водой и покрыты слоем жирного черного ила. Вспаханная земля ждала посевов. От воды поднимался пар; заросли папируса, просвечивавшие сквозь тонкую мглу, казались покрытыми позолотой.

Девочка долго сидела на берегу, и ей чудилось, что деревья, травы, насекомые, птицы — ее друзья, которые понимают, что она чувствует. Тия была уверена в том, что мальчик не вернется и они никогда больше не встретятся.

Когда она возвратилась домой, то увидела окруженного ребятней Тамита, который стоял, прижавшись к ограде, и со скрытым испугом и явной надеждой озирался вокруг. Один из мальчиков, подстрекаемый Хетесом, наскакивал на юного жителя болот.

— Что ты здесь делаешь? Зачем ты явился сюда?!

Девочка подоспела в тот самый момент, когда мальчишка замахнулся, чтобы ударить Тамита. Тия растолкала ребят и схватила обидчика за руку.

— Не смей его трогать!

Мальчик растерянно отступил, а Хетес повернулся к Тие и, подозрительно прищурившись, спросил:

— Почему ты его защищаешь?

— Потому что он мой друг!

— Не ты ли говорила, что больше не хочешь с ним видеться? — с насмешкой произнес мальчик и обратился к Тамиту: — А ты здорово придумал все эти истории про заговор против фараона, про войны с иноземцами, про зарытые клады. Только теперь Тия играет со мной!

Тамит вздрогнул, а девочка залилась краской по самую шею. Вот где таилась ловушка! Хетес без зазрения совести выставил ее предательницей, которой нет оправдания. Они с Тамитом создали свой собственный мир, особый и неповторимый, а она впустила в этот мир чужаков и тем самым позволила его разрушить.

К ее удивлению, Тамит спокойно произнес:

— Я пришел не затем, чтобы играть. Я хочу поговорить с Тией.

— Тебе не о чем с ней говорить!

Тамит усмехнулся.

— Не тебе решать. Я не принадлежу к твоей свите, и ты для меня не царь.

Хетес ударил Тамита. Тот ответил. Они сцепились и покатились по земле. Мальчишки кричали, размахивали руками, топали ногами и всячески подбадривали Хетеса. Девочки визжали и зажимали уши руками.

К всеобщему изумлению, Тамит оказался ловчее и сильнее. После короткой борьбы он оседлал противника и заломил ему руки за спину.

— Так я могу поговорить с Тией?

Поверженный «фараон» в бессильной злобе скалил зубы. Тия стояла, опустив руки вдоль тела, и в ее лице не было ни кровинки.

— Что вы стоите?! Бейте его! — прошипел Хетес, и покорные мальчишки набросились на Тамита. Кто-то схватил его за руки, кто-то повалил на землю, другие начали пинать ногами.

Хетес поднялся и со злобным торжеством наблюдал за расправой. Тия не знала, что делать. Она ненавидела этого мальчика за его холодную расчетливость, коварство и хитрость. Отчаявшись, девочка нагнулась, взяла горсть пыли и бросила ему в глаза. Он вскрикнул и схватился за лицо. А Тия подобрала брошенную в игре палку и принялась бешено, исступленно, не разбирая лупить по головам, спинам, ногам обидчиков Тамита.

Они побоялись дать сдачи дочери писца, да еще вблизи ее дома; вдобавок из ворот выбежала Харуя и, резко изменившись в лице, поспешила к детям.

— Что происходит?! Ваши крики разносятся по всему саду!

Ребята бросились врассыпную. На месте остались только Тамит и Тия.

Лицо мальчика было разбито, из носа капала кровь. Слегка пошатываясь, Тамит поднялся на ноги. Харуя смотрела на него во все глаза.

— На него напали мальчишки, — сказала Тия.

— Вижу. Ему надо умыться, — озабоченно промолвила Харуя.

— Я пойду к реке. Там меня ждет лодка, — ответил мальчик.

— Я тебя провожу, — прошептала Тия.

Харуя покачала головой.

— Смотри, если родители узнают...

— Не говори им, — попросила девочка и пообещала: — Я скоро вернусь.

Тия боялась смотреть на Тамита, а когда все-таки заглянула ему в глаза, ей почудилось, будто она упала в пропасть или... скорее, вознеслась на небо, отыскала ту самую чудесную лестницу, которая ведет в потерянный мир!

Взгляд мальчика был таким светлым, радостным, всепрощающим...

Они направились к берегу.

— Прости, что так получилось. На самом деле я хочу быть с тобой, только с тобой, — искренне произнесла Тия.

Мальчик печально улыбнулся.

— На тебе лежит печать твоего мира, мира, к которому мне никогда не принадлежать. Но я не жалею об этом, потому что у меня есть свой мир. Не менее удивительный и прекрасный. — И с надеждой произнес: — Хочешь покажу?

Девочка вздрогнула. Она знала, что уже поздно и ей нужно возвращаться домой. Вместе с тем Тие неудержимо хотелось раствориться в этих неповторимых мгновениях, забыть обо всем на свете, отпустить себя на свободу. И она горячо прошептала:

— Да!

Лодка Тамита была спрятана в зарослях; пробираясь сквозь них, он подал Тие руку. Наползающая темнота приглушала краски вечера; вода у берегов казалась почти черной, а небо опрокинулось над головой огромной фиолетовой чашей, в которой медленно затухал огонь солнца. В его свете глаза мальчика казались не янтарными, а золотыми.