Марианна. Попаданка в нелюбимую жену - Дора Коуст

Эта во всех смыслах ошеломляющая мысль меня отрезвила. А ну как потребует в первую же ночь супружеский долг выполнять. И это без ухаживаний и цветочков.

Придется перед сном баррикадироваться.

Оглядывая бардак, устроенный в лучших традициях обысков, я как-то неудачно оперлась спиной о ближайшую к кровати стену. Ее часть оказалась потайной дверью, которая вдруг решила открыться.

Не ожидая такой подставы, я приземлилась мягким местом прямо на пол, после чего выдала все свои знания в русском матерном, но когда обернулась…

Это была лучшая моя находка за проведенные в этом мире часы. Оценив предприимчивым взглядом бассейн, я решила, что дневник Татьяны совершенно точно спрятан в нем. Вот в этой теплой водичке, которая лилась прямо из-под крана, стоило повернуть самые настоящие вентили.

Боже, да тут даже унитаз допотопный имелся! Он походил на деревянный стул с квадратным сиденьем и откидной крышечкой.

Пожалуй, в последний раз я так радовалась примитивному клозету, когда тетя Дина наконец заменила старый дачный туалет на новый. Правда, прежде случилась неприятность. Пока мы ехали за ним за тридевять земель, кто-то ушлый уже тащил его к себе на дачу, потому что мастер документы на свои товары не оформлял и, соответственно, раздавал их методом проб и ошибок.

Но три женщины против одного мужика — это страшная сила. Когда у тебя названые братья — известные хоккеист и боксер, — это частенько решает многие проблемы. Жаль только, что не все. Отсюда, где бы ни находилась, я им точно позвонить не могла.

А интересно, имеются ли братья у Татьяны? Такой аргумент, как жалоба старшему брату или отцу, должен был безоговорочно действовать во всех мирах, так что выяснить этот аспект стоило как можно скорее.

Если с мужем договориться не получится, я пойду рыдать. Но это, конечно, будет крайней мерой. Еще неизвестно, как отреагируют родственники на мой глобальный провал в памяти и воспитании.

Что-то настойчиво мне подсказывало, что я этому миру не подходила.

Дневник Татьяны я искала со всем имеющимся у меня рвением. Перенюхав все баночки, скляночки и иже с ними, я от души накупалась. Занырнув в гардеробную в мягком полотенце и пушистых тапках, вышла оттуда только минут через двадцать, но зато победила в неравной борьбе.

Мною в кромешной тьме было найдено приличное белье.

Правда, о целомудренности, глядя на него, думать как-то не получалось. Просто потому, что белье было черным и кружевным, спрятанным в дальний угол рядом с шарфами.

Натянув на себя эту вызывающую прелесть, я все-таки разжилась платьем. Из всех воздушных облачков разной степени одухотворенности это выглядело самым серым, самым грустным и самым чопорным. В нем однозначно принимали в монастырь, а если получится раздобыть того же цвета платок, то меня вообще сразу главной матушкой сделают.

У леди в таком наряде априори чистые помыслы!

Насмотревшись на Машкину моську в отражении, я устало бухнулась на кровать. Пыталась гнать от себя тягостные мысли. От постельного белья приятно пахло цветами, но еще приятнее было вытянуться всем телом и положить загребущие ручонки под мягкую подушку. Не зная, как еще выйти из этой ситуации, я рассчитывала заснуть и проснуться уже в своем мире и в своей постели, но…

— Да кто ж так личные дневники прячет? — возмущенно спросила я вслух, вытащив на свет божий небольшую книженцию.

Выглядела она как нечто неубиваемое. Синяя кожаная обложка с рисунком под змеиную чешую имела толщину в половину сантиметра, а сам дневник — сантиметров в пять, но при этом по весу казался упитанным кирпичом.

Между краями обложка была соединена металлическим замком, который в своем центре имел круглое отверстие размером с двухрублевую монету. В него следовало вставить что-то выпуклое. Что-то, что, по всей видимости, являлось ключом.

Энтузиазм первооткрывателя умер во мне примерно через полчаса. Перебрав содержимое всех шкатулок и не отыскав ничего, что походило бы на ключ, я пыталась вскрыть дневник всеми доступными для меня средствами.

Даже заколку ненароком сломала, а она однозначно стоила больше, чем эта книжка для записей. Прямо злость разбирала — хотелось выкинуть в окно и забыть, но мое природное упрямство не давало мне спуску.

Я собиралась вскрыть эту железяку во что бы то ни стало!

Однако в мои планы снова влез незваный гость. Увлекшись, я как-то не заметила, что последнее солнце почти село. В спальне разом стало сумрачно, и именно в этой атмосфере хоррора и надвигающегося ужаса в дверь коротко постучали.

Медленно переведя взгляд на злосчастную створку, я затаила дыхание. А что, если я попала во временную петлю и каждую ночь красавчик-муж Татьяны превращается в Чудовище из диснеевского мультика? Что, если я уже десятая, а то и сотая Татьяна на его веку?

Кровь стыла в жилах. Лишь бы с Машкой все было хорошо. Лишь бы она осталась дома в безопасности. Себя-то я отсюда уж как-нибудь вытяну.

Другой мир. Как поверить своим глазам и ощущениям? Сейчас я видела лишь один вариант — адаптироваться. Без информации и союзников мне путь домой точно не найти.

— Кто там? — не иначе как на нервах спросила я интонациями галчонка из старого мультфильма.

— Ваше Сиятельство, Его Сиятельство ждет вас в малой столовой на ужин, — сообщила Имка из-за двери.

Я с облегчением выдохнула. Есть хотелось уже не на шутку, так что приглашение обрадовало, но расставаться с дневником, на поиски которого было потрачено так много времени, не хотелось. А пришлось. Его настоящая хозяйка вряд ли носила его с собой везде и всюду. Мое поведение могло вызвать вопросы.

Вернув неподдающийся дневник все туда же — под подушку, я заторопилась на выход. Если меня сейчас вкусно покормят, а потом еще и трогать не будут, то тогда я, может быть, поверю, что это не ужастик. Если же нет…

Как постоять за себя, два старших брата-спортсмена научили меня еще в детстве.

Глава 3. Муж ‒ штука вредная

Мой первый в жизни ужин в этом мире начался совсем не так, как я рассчитывала. Учитывая услышанное от служанки словосочетание «малая столовая», я представляла все иначе. Когда она меня сюда провожала, я еще успела поинтересоваться, подходящий ли у меня для ужина наряд, и меня заверили, что я выгляжу идеально.

Итак, идеально я не выглядела.

Идеально выглядели потолки. Выбеленные, украшенные росписью с ангелочками, огромной люстрой (без ламп, но с огоньками вроде верхушек от свечей)