Проект "Любовь" - Мария Геррер

– Раньше здесь размещалась психиатрическая лечебница, персонал по мере сил следил за порядком, поэтому садовые скульптуры и фонтаны сохранились неплохо. В парке их довольно много. – Рокотов заметил, что я с интересом рассматриваю фонтан. – Потом лечебницу перевели в современное здание ближе к городу, а этот дворец пришел в окончательное запустение. Когда я купил его, рамы, двери, балки перекрытия, и все, что можно унести, уже растащили местные жители. Пришлось долго собирать и выкупать секции от ограждения. Зато забор теперь почти полностью восстановлен в первоначальном виде.

– Он производит впечатление, – искренне призналась я. – Решетка великолепна.

Рокотов расплылся в довольной улыбке:

– Позже, если захотите, покажу Вам имение.

– С удовольствием посмотрю, – обрадовалась я. Люблю старину. – Но, давайте, начнем в крыши. Сначала дело, потом все остальное.

– Да, разумеется, – он продолжал улыбаться. Похоже, мой подход к работе ему нравился.

Лениво виляя пушистым и толстым хвостом, к нам подошел огромный черный пес с желтыми подпалинами. Он был лохмат и совершенно беспороден.

– Пират, Пиратка, – Рокотов ласково потрепал его по загривку и достал из кармана лакомство. Хвост Пирата пришел в неистовство. Пес зачавкал и благодарно лизнул руку Рокотов. После этого Пират подошел ко мне и уставился на меня выразительными черными глазами. Но лакомства у меня, увы, не было. Рокотов вручил мне конфетку:

– Угостите его, и он Вас полюбит всем сердцем.

– А он мне руку не оттяпает? У него пасть как колодец, – опасливо поинтересовалась я.

– Нет, Пират сама доброта. Приблудился уже давно, теперь охраняет поместье.

– Вид у него солидный.

– Что есть, то есть.

Я протянула псу на раскрытой ладони конфету. Пират очень деликатно и осторожно взял ее, облизнув мою ладонь влажным языком. Я погладила его большую голову, и он дружелюбно завилял хвостом в ответ.

– Теперь вы друзья, – улыбнулся Рокотов и протянул мне влажную салфетку, которую извлек неизвестно откуда. – Он чувствует хороших людей.

Пес улегся в тени гелендвагена и поглядывал на нас умными глазами.

– Ритка, ты?! – заорал кто-то сбоку от меня. Я невольно вздрогнула и выронила салфетку.

На меня, широко раскинув руки, несся Сергеич – отличны прораб и мой давний приятель. Мужик лет сорока с богатым опытом работы. Он сгреб меня в охапку и крепко обнял:

– Сколько лет, сколько зим! Кака краля в бежевом польте! И не обнимешь как следует таку королевишну – замарать можно.

– Рада тебя видеть, – я тоже обняла его. – Ты тут прорабом?

– Типа того. Недавно пригласили. Пытаюсь исправить косяки Славика-рукожопа. Не поверишь, его наняли бригадиром делать крышу.

– Славика? – не поверила я своим ушам. – Его до сих пор не пришибли разъяренные заказчики?

– Как видишь!

– Так я, судя по всему, прибыла тебе в помощь?

– Будем в очередной раз спасать объект. Ритка и Сергеич против Славика-рукожопа, – он заразительно заржал и стукнул меня в плечо, отчего я едва не свалились с ног.

– Постойте, постойте, – Рокотов был не на шутку обеспокоен. – Как вы назвали мастера Станислава?

– Славик-рукожоп, – снова заржал Сергеич. – Какой он мастер Станислав? Чести много. Как Вас, Александр Олегович, угораздило нанять этого урода и его гастарбайтеров?

– Это моего управляющего угораздило. А теперь поподробнее, – потребовал Рокотов. – Я, похоже, один не в курсе про Славика.

– Славик считает себя крутым прорабом. Только это, само собой не так, – радостно сообщил Сергеич. – Он набирает гастарбайтеров, договаривается с посредником-подрядчиком. По смете материал одни, покупают другой, дешевый. Деньги делят с посредником. Все просто. Много на этом не заработать, но на жизнь хватает. Его уже не раз били, но ничему не научили. Взять с него нечего – квартиры давно нет, живет нахлебником у какой-то одинокой бабы. Не убивать же убогого.

– То есть меня развели, как последнего… – Рокотов не договорил и начал судорожно тыкать в смартфон.

Мы с Сергеичем понимающе переглянулись – обидно, когда олигарха разводит Славик-рукожоп.

Со связью, тут, похоже, проблемы. Рокотов раздраженно метался по площадке перед дворцом, пытаясь дозвониться. Наконец, он сумел найти место, где связь была устойчива.

– Михаил Семенович, добрый день! – вкрадчиво начал Рокотов и это не предвещало ничего хорошего. – А кто у нас мастером на крыше?

– Станислав Андреевич? – ласково произнес он и через мгновение в его голосе послышался металл. – Завтра, в восемь ноль ноль у меня в кабинете со всеми сметами, счетами и нашим экономистом! Ах, Вы не можете? Тогда что предпочитаете – повестку в суд за мошенничество или Ахмеда и его бравых джигитов? Уже нашли время? Вот и чудно! Завтра в восемь! – рявкнул он напоследок.

Рокотов сердито выдохнул и зло сунул смартфон в карман:

– Придурки!

– Возможно, все поправимо, – было заметно, Сергеич искренне сочувствует Рокотову. – Полезли на крышу, посмотрим, что можно сделать.

– Сергеич, у тебя спецовка найдется? Мне бы переодеться… – попросила я.

– Конечно, прелесть моя, – фамильярно промурлыкал прораб. – Сейчас принесу. Только размерчик не твой.

– Любой размерчик сойдет. Не хочу пальто уродовать.

Спецовка была огромна, я в ней утонула и стала похожа на чучело. Рокотов метнул на меня короткий взгляд, но не улыбнулся. Значит, все не так страшно. Или у него отличная выдержка?

Я снова поддернула юбку повыше и смело шагнула к лестнице. Стремянка качалась и вибрировала при каждом движении. Первым лез Сергеич, потом я и завершал нашу небольшую процессию Рокотов. Его взгляд жег мои ноги. Я это просто физически чувствовала. На втором этаже Рокотов взмолился и попросил меня забираться на крышу последней. Я усмехнулась – было понятно, что мои чулки сильно его смущали, а может и возбуждали – юбка была опять чуть ниже талии. Сам виноват – я же предупреждала, что одета неподобающе.

Вид с крыши открывался великолепный. Поместье лежало, как на ладони. Вдали серебряным зеркалом блестел пруд. Заброшенный парк уже начали потихоньку приводить в порядок – часть поросли вырубили, кое-где посадили молодые деревья, начали разбивать клумбы.

Весенний ветерок ласково трепал мои волосы. Я с наслаждением втянула в себя запах влаги, молодой зелени и свежих стружек. Как же я люблю апрель!

Я развернула свои чертежи и расчеты. Мы с Сергеичем