Запретная любовь - С. Р. Уотсон

— Ей нечего тебе сказать, засранец, — выплевывает Джордан.

— Джордан, все в порядке. Я справлюсь. Дай нам минуту.

Джордан раздраженно закатывает глаза и уносится прочь. Понимаю, как ей было тяжело уйти, но она дает мне то пространство, о котором я попросила. Скрещиваю руки, и взгляд Грейсона тут же устремляется туда, где сейчас выделилась моя грудь. Только сейчас понимаю, что на мне лишь ночнушка и трусики.

Пожимаю плечами. Ну, будто он не видел меня голой.

— Чего ты хочешь, Грейсон?

— Ты снова с Лиамом? Ты с ним трахаешься? — Его руки по бокам сжимаются в кулаки.

— Это не твое дело. Следующий вопрос.

Грейсон буквально рычит на мой ответ, а потом делает глубокий вдох.

— Хорошо. Позволь мне попробовать еще раз. Я хочу начать с извинений, что не пришел к тебе в больницу. Мне кажется, это была моя вина.

— То есть, тебя сюда привела вина? Позволь сохранить тебе время. Это не твоя вина. Это был дождь. — Не буду говорить, что я рыдала в тот момент. — К тому же, ты пришел. Просто позволил Ванессе отговорить себя. Нельзя из-за меня марать свою репутацию.

Грейсон сокращает расстояние между нами. Тянется ко мне, но потом безвольно роняет руки, когда видит, что я против.

— Ох, малышка, ты так думаешь? Как же ты далека от истины. — Он снова решается потянуться ко мне, но я отступаю. «Bloodstream» продолжает звучать, как саундтрек нашего воссоединения.

— О, нет. Ты не смеешь меня так называть. Ты бросил меня, помнишь?

Грейсон морщится он моего обвинения.

— Прости, что тебе пришлось это слышать, но если бы ты слушала внимательно, то знала бы, почему мне пришлось уйти. — Он начинает ходить взад-вперед. — Я ушел, чтобы защитить тебя. Не себя. Я…

— Херня. Я не просила меня защищать.

Грейсон бросается ко мне и притягивает в свои объятия, но я пытаюсь вырваться.

— Клянусь, я не хотел уходить. Просто не мог рисковать твоим академическим будущим, полагая, что Ванесса не блефует.

Я, наконец, вырываюсь, и мы просто смотрим друг на друга. Затем происходит самая странная вещь. Грейсон падает на колени, сдаваясь. Руками обхватывает меня за бедра и утыкается головой мне в живот. Я чувствую его рваное дыхание. Хватка на моих бедрах становится крепче и его руки начинают дрожать. Я замираю на месте. Мужчина едва сдерживается, а я ошарашена. Никогда не видела его таким. Он кажется сломленным. Его голова все еще прижата к моему животу, когда он начинает говорить:

— Скажи, как все исправить, малышка. Мне нужно исправить нас, — умоляет он.

— Ты бросил меня, Грейсон. А потом трахнул Ванессу и сунул мне это в лицо на новоселье Бэйли. — Я пытаюсь отодвинуться от него, но он все еще также крепко меня держит.

— Я испугался и оттолкнул тебя. Испугался, потому что влюбился в тебя. Я безвозвратно влюблен в тебя.

— Давай-ка проясним. Ты влюбился в меня, поэтому пошел и сунул свой член в кого-то другого? Ну, это успокаивает.

— Я запаниковал, но клянусь, этого больше никогда не случится. Я просто был не готов. В последний раз, когда разрешил себе любить, я был почти уничтожен. — Он смотрит на меня, а по щеке скользит одинокая слеза.

Понимаю, что потеряла способность злиться на него. Технически, мы были друзьями по сексу, поэтому он не был моим. И Грейсон порвал со мной до того, как переспал с Ванессой. Но это не облегчает боль. Снова смотрю на него и вижу, что ему на самом деле больно, как и мне. Я тяну его подняться, не разрывая зрительного контакта. Он наклоняется, молча спрашивая разрешения на поцелуй. Останавливается лишь в миллиметре от моего рта. Дыхание касается моих губ, и в этот момент мне хочется лишь ощутить его рот на своем.

— Можно? — Грейсон дает мне возможность отказать, но сил на это больше нет.

Я отвечаю на этот вопрос, вытирая его слезу большим пальцем, и притягиваю его к себе. Поцелуй начинается медленно и страстно. Грейсон руками скользит по моим бедрам и углубляет поцелуй. Кусает мою нижнюю губу, а затем зализывает боль. Чувствую, как напротив моего живота растет его эрекция. Он поднимает меня, и я инстинктивно обвиваю ноги вокруг его талии. Грейсон рычит, когда я трусь об его член. Все становится мгновенно жарко и… тут распахивается моя дверь.

— Не могу поверить в это дерьмо. Ты собираешься позволить этому ублюдку вернуть твое расположение? Боже, мне не стоило оставлять вас наедине. Я знала, что когда перестала слышать ваш спор, ты его простила, — кричит Джордан. — Не могу в это поверить, Шив, — шепчет она и выходит из комнаты, качая головой.

Грейсон ставит меня на пол.

— Мне лучше уйти, — говорит он. — Почему бы тебе не зайти ко мне на выходных, чтобы мы могли обсудить, что будет дальше?

Я понимаю, что покусываю подушечку большого пальца. Это нехорошо. Неловкое напряжение наполняет комнату. Я не хочу, чтобы он так скоро уходил, но знаю, что нам с Джордан нужно поговорить. Ее режим защиты на максимальном уровне, и мне нужно ее успокоить. Но сначала, нужно донести до Грейсона, что все не будет как раньше.

— Что бы мы ни решили, нам нужно двигаться медленно. Я не собираюсь снова быть твой подружкой для секса.

— Ты никогда не была подружкой для секса, — возражает он, показывая пальцами кавычки. — Но давай поговорим, когда не будет угрозы вмешательства со стороны, — предлагает он.

Мне нужны ответы на столько вопросов, но я соглашаюсь пока их отложить. Нужно успокоить Джордан. Грейсон в последний раз целует меня в лоб и уходит за дверь. Тут весь гнев Джордан устремляется ко мне. Она входит с холодным выражением лица, но меня не проведешь.

— Я просто скажу это, и потом с меня хватит.

— Джордан… — начинаю я, но меня тут же затыкают.

— Дай мне закончить, Шив. — Она делает глубокий вдох и продолжает. — Я видела, как два мужчины разрушили тебя за один семестр. Ты всегда говорила, что твоя мать учила тебя, что любовь непостоянна, но ты подсознательно жаждала любви.