Случайный выбор - Мира Айрон

Двери в кабинет Марты Анатольевны были приоткрыты. Антон приостановился, прислушиваясь к звукам музыки, доносившимся из кабинета. Интересно, там кто-нибудь есть? Очень уж тихо, если не считать музыки. Подкравшись к двери, Антон осторожно заглянул в кабинет и застыл от изумления: у окна стоял Арсений, который держал на руках Марту Анатольевну. Эти двое целовались так, что ничего вокруг не видели и не слышали.

Очнувшись, Антон осторожно прикрыл двери и, бесшумно ступая, заспешил к выходу из офиса пресс-службы. Он улыбался своим мыслям.

… - Марта, нам необходимо серьёзно поговорить, — с трудом переведя дыхание, заговорил Арсений.

— Может, отпустишь меня? — щёки Марты пылали, сердце трепетало так, что Арсений слышал и чувствовал его.

Арсений поставил Марту на ноги, но не отпустил её и, продолжая одной рукой удерживать за талию, а второй касаясь щеки Марты и её нежной шеи, вновь начал целовать девушку.

— Арсений, — горячо зашептала Марта, с трудом отстранившись. — Вдруг увидят? Расскажут Алине Игоревне.

— Как раз об этом я хочу поговорить с тобой, Марта! Но ты права, здесь даже у стен есть уши. Я не боюсь никого, но офис — не место для объяснений подобного рода. Прошу, давай сейчас поедем и поужинаем вдвоём. Обещаю, что больше не стану сегодня трогать тебя. Мы просто поговорим.

— Да, давай поедем и поговорим, — кивнула Марта, немного успокоившись.

— Марта, мы с тобой взрослые люди, — немного волнуясь, заговорил Арсений, когда они устроились за столиком. — Ты мне очень нравишься. Настолько нравишься, что я сегодня вышел из-под собственного контроля прямо на работе. Такого раньше со мной не случалось, хоть я и не противник личных бесед, если они не мешают рабочему процессу. Но то, что происходило между нами, очень далеко от разговоров, согласись?

— Да, — кивнула Марта, потупившись.

— Посмотри на меня. Я хочу видеть твои глаза, — Арсений мягко взял ладони Марты в свои. — Посмотри и признайся: я тоже тебе нравлюсь. Очень.

— Нравишься…или не просто нравишься, — Марта подняла на Арсения полные счастья и испуга глаза. — Но ты несвободен. И ты не знаешь всей правды о моей работе в школе, я не рассказала.

— Я знаю о школе, Марта! Прости, но я понял, что ты сказала на собеседовании не всю правду, и взял на себя наглость проверить. Так что о школе можешь не переживать. Ты очень смелая, принципиальная и чистая девушка, и ты всё сделала правильно. А этому сопляку ещё аукнется всё. На каждое действие есть противодействие. Ты не испугалась его влиятельных родителей и ставила ему те оценки, которые он заслужил. Не испугаются и другие. Забудь о нём.

— Спасибо, Арсений, — выдохнула Марта, и на глазах её выступили слёзы. — Я не знала, как ты воспримешь, боялась правды. А ты поддержал меня… Не представляешь, как я счастлива!

— Мне нет дела до пересудов и мыслей ограниченных, узколобых людей. Я всегда стараюсь обо всём сформировать собственное мнение, вникнуть в детали. И я знаю, что ты такая же. Относишься ко всему искренне и непредвзято, избегаешь двусмысленности. И ты никогда не будешь со мной, если я не определюсь, чего хочу. А я знаю, чего хочу, я определился. Хочу, чтобы ты стала моей девушкой, принадлежала только мне. Буду честен: считаю, о формальностях нам говорить рано, но не потому, что я боюсь, а потому, что необходимо узнать друг друга, принять совместное решение. Ты согласна со мной? Если нет, скажи прямо, не скрывай.

— Я не святоша и не страдаю аскетизмом, Арсений. Мне тоже очень хочется, чтобы мы были вместе, узнавали друг друга. Но я вторгаюсь в ваши отношения с Алиной Игоревной, а это нечестно и непорядочно. Мне страшно подумать, что было бы, если бы сегодня нас кто-нибудь увидел! Я совсем голову потеряла…

— Я завтра же поговорю с Алиной. Спасибо за то, что не скрываешь свои чувства. Ты делаешь меня счастливым. Обещаю, что поговорю. Веришь?

— Да, — кивнула Марта.

* * *

Рабочий день подходил к концу, когда Алина без стука вошла в кабинет Арсения.

— Ты будто совсем не рад меня видеть, глаз от монитора не отрываешь. Мы с тобой не были вместе с четверга, а сегодня уже вторник, Арсений! — Алина устроилась в ближайшем к Арсению кресле.

— Работы очень много, Алина. Ты же знаешь, через несколько дней пресс-конференция, а это своеобразный годовой отчёт о проделанной работе.

— В этом году тебе должно быть легче, ведь у нас появился незаменимый и талантливый специалист по связям с прессой.

— Ты права, основная часть работы и ответственности возложена на Марту, однако я всё равно являюсь координатором мероприятия.

— Марта? Я что-то пропустила? Давно вы с ней так по-свойски?

— Алина, как раз об этом я хочу с тобой серьёзно поговорить.

— Так давай поедем в наш любимый ресторан, посидим, поговорим?

— Нет, сегодня мы поговорим здесь и сейчас. Потом у меня назначена встреча.

— С кем? — Алина вдруг почувствовала, что в горле резко пересохло. Она откашлялась.

— С девушкой, которую я люблю.

— А я? — растерянно спросила Алина.

Арсений мысленно обругал себя последними словами, ведь он ещё никогда не видел у Алины подобного выражения лица. Однако он ни в чём не провинился перед ней.

— Я очень благодарен тебе за то время, которое мы провели вместе. И я не изменял тебе, во всяком случае, физически. Морально давно изменил, каюсь. Я встретил женщину, с которой готов связать свою судьбу.

— Кто она?! Не говори, что я не имею права знать её имя! Она всё отняла у меня.

— Всё равно станет известно, и ты не заслужила молчания. Эта женщина — Марта.

— Потому ты и взял её на работу, да? — всё громче говорила Алина. — Пристроил любовницу поближе к себе!

— Ты не права, мы не были знакомы, и Марта меня не завлекала, я сам увлёкся.

— Ты хорошо всё обдумал? Не пожалеешь?

— Нет. Пути назад не будет. Только вперёд!

— А меня, значит, на задворки истории, так выходит, да, Арсений?

— Алина, я прекрасно знаю, что ты не любишь меня. И я не люблю тебя. Наши отношения всегда были чем-то вроде сделки, соглашения.

— Говори за себя!

— А что, Алина? Ты любишь меня? Готова выйти за меня? Что молчишь? Нет, не любишь и не готова! Потому что подспудно ищешь более выгодную партию. Не буду скромничать, я довольно успешный для своего возраста человек,