Хрупкое сердце - Янина Логвин

Он стоит в полушаге и опускает темный взгляд на мои губы, а затем на шею, без стеснения меня рассматривая.

На мне надета кофта, а под ней ничего нет. Не в моей привычке надевать верхнюю часть белья после душа, если я собираюсь спать. И под наглым взглядом парня соски твердеют, вопреки моей воле проступив под тканью. А я сама растерянно застыла, не в первый раз обездвиженная его откровенностью и глазами цвета черники, в которые если близко смотреть, можно потерять связь с реальностью.

Руслан поднимает руку и берется за язычок моей застежки-молнии. Жадно сглотнув горлом, медленно тянет ее вниз, расстегивая кофту ниже.

В моей руке зажат баллончик с пантенолом, на ладони другой – пена от ожогов, которой еще минуту назад я обрабатывала ему живот. Этой ладонью в пене, и сама не успев ничего понять, я ударяю его по щеке, заставив темные глаза закрыться и отпустить меня.

Отшатываюсь назад, но сердце стучит, как сумасшедшее, с усилием толкая кровь по венам.

– Алиса…

Но я уже отвернулась и бросаю баллончик в ящик аптечки. Вытерев руку о полотенце, сажусь за стол к ноутбуку, не в силах ничего произнести от произошедшего. Я даже ругаться не могу – у меня нет на это сил.

Я жду, что он уйдет. Продолжения с «помощью» уже не будет, но Руслан молчит. И не уходит, лениво стерев пену с лица. Молча стоит какое-то время, пока я пытаюсь работать, чтобы хоть как-то взять себя в руки.

«И всё-таки, здесь слово «possessed» применено в значении «владеющий» или «одержимый»? – смотрю в текст и не могу найти ответ, потому что едва этот текст вижу.

Руслан подходит к мойке и моет мою чашку. В нашем доме он бывает часто, так что найти предметы на кухне для него не проблема.

Он наливает чай и осматривается. Заглянув в холодильник, возвращается к шкафу и достает из него хлеб и бутылку с оливковым маслом. Пододвигает ближе тостер. Включив его, делает пару тостов, смачивает их оливковым маслом и намазывает сверху единственным авокадо, которое находит на столе, не забыв всё посолить. Ставит передо мной сначала тосты на тарелке, а затем и чай.

– Держи, Снег. С медом и имбирем, как ты любишь. А это вместо ужина. Они вкусные, попробуй. У меня мать помешана на здоровом питании, ест их каждое утро. – Он вздыхает почти с сожалением: – Хотя я бы накормил тебя чем-нибудь посытнее. Алиса?

Я всё еще огорошена его поступком, но выглядит подношение вполне аппетитно, и игнорировать Руслана не получается.

Но даже пододвинув к себе чашку с чаем, я продолжаю смотреть в ноутбук, чтобы не замечать почти у своего носа голый торс парня, спортивный и поджарый. И горячий даже на расстоянии, об этом говорит не стихающий жар на моих щеках.

– Я слышу. Спасибо.

– Да в общем-то не за что. Мне не сложно.

– Ты так и будешь стоять? Я не могу есть, когда на меня смотрят.

– Могу сесть, но тебе не понравится. Я буду еще ближе.

– Нет, я работаю.

– Я так и думал.

Он оглядывается и отходит от стола. Подойдя к плите, поднимает крышку на кастрюльке и заглядывает внутрь, потыкав ложкой мясо.

– Черт, как его варить? Точнее, как ничего не испортить?

– Не надо, – откликаюсь, – я сама.

– Да нет, я попробую. Это же фигня. Гугл в помощь и вперед! Главное вспомнить, что мы с твоим братом еще не сожрали на этой кухне, и всё найти. О, спагетти… Нашел! И рис! Алис, ты что больше любишь? Выбирай из двух, другого ничего нет!

Даже не представляю, что Руслан собирается готовить и как, но я уже готова ему ответить, что мне всё равно, когда на кухню внезапно входит Ромка, ввалившись босиком и в майке, разорвав своим появлением ауру напряжения, которую я ощущаю, и позволив мне наконец-то спокойно выдохнуть.

– Эй, чувак! Ты куда пропал? – обращается к другу. – Я уже всё загрузил без тебя. Осталось обновить драйвера, они сейчас подгружаются, и можно запускать программу. Будешь пробовать?

– Потом. Есть хочу, – отвечает Руслан. – Видишь, суп готовлю. Ну или типа того, – бурчит под нос.

– Марджанов, – глаза у Ромки округляются, и я понимаю почему, – ты с дуба рухнул? Какой суп? Тебя в реале хлеб не заставишь нарезать, не то что картошку почистить. Это же ты сегодня здесь булки давил на заднице, пока я яйца с колбасой жарил.

– Я, – пожимает голыми плечами Руслан, и не думая спорить, – но ты не сравнивай, Снежный. У тебя сестра кого хочешь заставит делать то, что ей нужно. Я начал ныть, а она – бери сам и вари. Мужик ты, Марджанов, или кто? Теперь вот пока суп не сварю, не уйду. Ты устанавливай, что там надо, я подойду.

– Алиса? – удивляется брат, взглянув на меня, но тут же соглашается: – Ну, вообще-то она может. А голый ты почему?

Услышав вопрос, я напрягаюсь, а Руслан спокойно отвечает:

– Хотел соблазнить твою сестру, но она думает, что я малолетний придурок, у которого еще памперс от жопы не отвалился. В общем, прокатила меня.

Ромка шутку оценил и улыбается. А вот я с трудом проглатываю кусок тоста.

– Правильно думает, – слышу ответ брата. – А если серьезно?

Ну, хватит с меня. Еще не хватало быть центром разговора двух парней, присутствуя с ними в одной комнате.

Я встаю и захлопываю ноутбук. Сунув его под мышку, беру тарелку с тостом, чашку и направляюсь к двери.

– А если серьезно, Ром, то я нечаянно облила Руслана сладким чаем, обожгла его и испортила футболку. Пожалуйста, дай ему свою. Когда будете уходить, выключите тут все, а я к себе работать.

– Алиса, а как же суп? – окликает меня Руслан, и я заставляю себя остановиться и посмотреть на него.

– Уверена, мужик, что ты справишься. Обязательно оценю твои старания… утром! А пока вам будет намного веселее без меня.

Однако, когда я засыпаю в своей спальне через два часа, я всё еще не могу избавиться от жара внутри и не чувствую холода. Странные ощущения, и определенно опасные. Мне приходится выпить лекарство, чтобы успокоить сердце и отдохнуть.

Глава 4

– Влад, скажи, кроме того, что нам рано жить вместе, тебя всё устраивает в наших отношениях?

– Да, вполне.

– А то, что между нам нет