За гранью зеркал - Рина Роук

В общем, старушка дала мне задание, снабдила ножом, маленькой лопаткой и двумя корзинами. Я вышла во двор, где у калитки уже топтался Малек, и мы пошли с ним на луг, который находился между деревней и речкой.

Около часа я собирала травы, а Малек бегал за ящерками. Потом мальчик устал и решил присоединиться ко мне.

— Женя, а ты тоже сирота? — вдруг спросил мальчик.

— Неужели так заметно? — выкапывая лопух, спросила я.

— Просто ты тоже один, как я, и как Ирвин, — Малек смотрел на меня с грустью в глазах.

— Я не знаю кто мои родители и живы ли они. А твои где? — осторожно поинтересовалась я.

— Мамка ведьмой была, убили ее, а отец с горя помер. Я с теткой жил, но мешал я ей, у нее своих пятеро детей, вот, Ирвин меня к себе забрал, работу дал. — совсем как взрослый говорил Малек.

— Ты молодец, — похвалила мальчика. — А Ирвин почему один?

— Он как-то сказал, что его родители и брат погибли, а сестра пропала. Больше я ничего не знаю.

И тут меня вдруг осенило. Почему я раньше об этом не подумала. Я же рассказала Ирвину, как сюда попала, про зеркало тоже. Значит, он знает, что я ведьма. Тогда почему помогает мне? Ему что-то от меня нужно? Еще один повод сходить к нему.

Собрав полные корзины трав, мы с Малеком вернулись в деревню. Мальчик убежал к старосте, а я вошла в дом. Эдриан сидел за столом и ел кашу, Верея забрала у меня корзины и начала перебирать в них травы.

— Садись, поешь, — сказала она мне. — Молодец, все верно собрал.

Я взяла тарелку, насыпала немного каши, кушать пока не особо хотелось. Села за стол, напротив Эдриана и сказала ему:

— Приятного аппетита.

Мужчина оторвал взгляд от тарелки и посмотрел на меня. Я заметила, что глаза у него темно-серые, насыщенные, а ресницы подпаленные. Может быть потому он лысый, что в кузне работает, — подумала я.

— Спасибо. И тебе, — ответил Эдриан так обыденно, что я удивилась.

Но еще больше меня удивило то, как он ел. Аккуратно и спокойно, и будто не обычная каша перед ним, а какое-то изысканное блюдо. И снова я обратила внимание на его огромные руки, и как ловко двигались его пальцы.

Эдриан поел первым и молча вышел из дома.

— Он в кузницу? — спросила я у Вереи.

— Сначала на речку, потом в кузню, — ответила она. Эдриан даже зимой в речке купается. Ты поел? Давай, начнем твои записи. Как раз с этих растений, что ты принес. Вот тебе бумага, чернила и перо. Ирвин принес, пока ты за травами ходил.

— Он приходил? — удивилась я. — Кстати, Верея, он же понял кто я. Почему помогает мне?

— У него свои причины. Сейчас тебе нужно знать лишь то, что он тебя не выдаст, как и меня не выдал.

С Вереей мы провозились до самого обеда. Она разлаживала травы для сушки, а я зарисовывала растения в книжку, записывала их целебные свойства, которые диктовала старушка и добавляла то, что знала я из рассказов Надежды Васильевны.

Позже, я долго рассматривала содержимое полок, слушала пояснения Вереи и запоминала где какие настойки и отвары стоят. И от каких недугов они помогают.

Еще я выяснила, что местную письменность я не понимаю. Придется учить алфавит, и за этим тоже нужно идти к Ирвину. Верея оказалась неграмотная.

Обедали мы со старушкой вдвоем, Эдриан не пришел. Верея сказала, что он редко обедает.

А после обеда начался кошмар. Люди шли один за другим. Я и не думала, что в этой маленькой деревне столько народу. И каждый говорил не только о своих болезнях, но еще и жаловался на все проблемы. Верея стойко выслушивала все, с чем-то соглашалась, что-то советовала и предлагала подходящие отвары, мази и порошки. А мне нужно было находить то, что она говорила, запаковывать и записывать, кто, что и в каком количестве приобрел. Если учесть, что никакого порядка расположения лекарств не было, и ни одно не было подписано, это был ужас.

Похоже, к Ирвину я сегодня не попаду. Надо навести здесь порядок.

Когда время приема закончилось я спросила у старушки:

— Можно я расставлю все на полках по свойствам и подпишу?

Верея кивнула:

— Можно. Занимайся, а я пойду прилягу.

Я все поснимала с полок, расположив склянки, бутылочки, баночки, свертки и пакетики на столе и полу. И около трех часов перебирала все это.

Разделила на несколько групп, как в аптеке. И разложила по разным полкам, которые тоже подписала. Так искать станет намного легче.

На улице уже стемнело, как быстро прошел день, но и дел мы много успели сегодня сделать.

Я вышла во двор помыть руки, и подумала, как же это неудобно, каждый раз выходить. Ладно еще сейчас погода хорошая, но так ведь будет не всегда. Надо что-то придумать.

И я вспомнила, как у бабушки в деревне был уличный рукомойник. Когда рукой поддеваешь рычажок и вода течет из заранее наполненного бака, а под раковиной стоит ведро.

Взяла лист бумаги и нарисовала чертеж.

— Интересная идея, — раздался надо мной голос, будто гром среди ясного неба.

Я так увлеклась, что не заметила, как вернулся Эдриан. Как такому крупному человеку удается быть абсолютно бесшумным?

От неожиданности подскочила и врезалась головой в подбородок мужчины. Было очень больно, но похоже только мне. Эдриан даже не поморщился, лишь потер рукой ушибленное место.

— Извини, — тараторила я, — Я не услышал, как вы вошли. Ты снова меня напугал.

— Расскажи подробнее, — мужчина сел рядом и указал на мой чертеж.

Признаться, я была удивлена, но очень довольна. Я ведь когда рисовала, именно на Эдриана и надеялась в плане воплощения моей идеи.

— Как думаете, получится? — закусив губу, спросила я.

Мужчина на мгновение задумался, внимательно еще раз осмотрел чертеж и кивнул.

— Сделаю.

— Класс! — вырвалось у меня, а Эдриан с непониманием посмотрел на меня.

— Ай, это привычка у меня такая, — отмахнулась я.

А вообще-то надо быть со словами поаккуратнее.

Глава 6

Утро сегодня пасмурное, но Верея сказала, что дождя не будет. Я только вышла из дома, намереваясь идти за травами, и смотрела на серое тяжелое небо. Да, вчера денек был куда приятнее, а сейчас так спать хочется, еле вылезла из под одеяла.

Кстати, спать снова пришлось одетой. Надо срочно что-то решать с одеждой, искупаться уже тоже пора. Не знаю, правда как это организовать, тут просто