Грязная тайна - Ольга Джокер

— Нихуя себе, — звучит голос кого-то из его приятелей.

Сердце разбухает от напряжения, в горле пересыхает. Я тянусь к стакану с соком и залпом его осушаю.

— Я же просил тебя сидеть в номере, — спокойно произносит Михаил.

Смотрю на его профиль, откровенно любуюсь. Плыву. Он безумно притягательный. И такой взрослый! А мне никогда не нравились одногодки.

— Женщина должна быть покорной, Алис, — продолжает Басаргин и тушит окурок в пепельнице.

Наши глаза встречаются, я чувствую стыд и одновременно с этим покалывающее внизу живота возбуждение. Свожу колени вместе.

— Покорной? И только? — переспрашиваю с натянутой улыбкой.

— И желательно терпеливой.

— Ты всегда таких выбираешь?

В голове возникают догадки: это не обо мне, ему такие не нравятся.

— Всегда.

Басаргин откидывается на спинку дивана, я следом. Он опускает горячую ладонь на мою ногу и слегка поглаживает, вызывая табун мурашек по всему телу. Дыхание рваное, кожа пылает.

Не знаю, что на меня действует. Сумасшедший день, адреналин или выпитое вино, но я мечтаю ответить Михаилу, что хотела бы быть его исключением.

Глава 7

***

Музыка становится громче, девчонки возвращаются за стол.

Пью вино, чувствую, что Михаил смотрит. Долго, пристально, будто ещё не всю разглядел. На меня никогда не обращали внимания мужчины такие, как он: взрослые, уверенные в себе, состоявшиеся. И я понятия не имею, как принимать эти знаки внимания. Одно я знаю точно — мне нравится. Этот вечер, компания, алкоголь и собственные новые ощущения.

— Я, наверное, помешала, — обращаюсь к Михаилу. — Извини. Думала, что ты пропадешь и мы не поговорим.

— Я бы пришёл.

— Ко мне? Ого. Ну тогда я поспешила. Мне уйти?

— Сиди, Лиса, — усмехается Басаргин.

Его ладонь по-прежнему лежит на моей ноге, словно точный знак для остальных, что сейчас, этим вечером, я только его, а он мой. Большой здоровенный Медведь, от прикосновений которого я плавлюсь каждую секунду.

Он поглаживает меня, трогает. Ненавязчиво, спокойно. Разговаривает с приятелями, а ладонь то поднимается выше, то опускается ниже. Волоски на коже встают дыбом. Пульс частит, алкоголь ничуть не расслабляет. Но время хочется поставить на паузу.

С моим появлением в компании Михаила что-то неуловимо меняется. Обстановка, настроение и суть разговоров. Никто не обсуждает работу, матерных слов становится значительно меньше. Почти джентльмены! Приятели Басаргина ведут себя скромнее, хотя и выпили прилично. Они приехали раньше нас и успели опустошить три бутылки коньяка.

— Алиса, где вы с Мишей познакомились? — интересуется черноволосый мужчина по имени Тимур.

— На трассе.

— Ого! — едва сдерживает смех. — Смело.

Я виновато смотрю на Басаргина. Сказала что-то лишнее, невпопад. Стыдно-то как!

— Михаил спас меня от изнасилования, — тут же исправляюсь. — Предложил довезти. Оказалось, что нам в одну сторону.

— А, ну спасать он любит. Вам очень повезло, Алиса.

Я не понимаю, шутит он или на самом деле так считает, но на всякий случай дружелюбно улыбаюсь. Тем более действительно считаю, что мне повезло. Из всех ужасных ситуаций я выхожу сухой из воды. Максимально осторожно и с наименьшими последствиями. Мама утверждает, что это до поры до времени, а папа — что рыжим по жизни везёт.

— Может, ещё потанцуем? — спрашивает Тимур.

— О, нет, извините. Я чертовски устала. Сумасшедший был день!

— Вы классно двигаетесь, Алис! Где-то учились?

— Спасибо. Да, я и сейчас учусь. В университете на хореографа. Третий курс.

— Я почему-то так и подумал, что профессионал! Но, каюсь, сначала решил, что стриптиз. Осанка, пластика — топ!

Мои щёки вспыхивают ярким румянцем. Интересно, Басаргин тоже подумал, что раньше я танцевала стриптиз? Уф. Я ни перед одним мужчиной в своей жизни не раздевалась, если не считать врачей.

Откидываюсь на спинку дивана и жмусь к Михаилу. Рядом с ним тепло и комфортно, но я немного побаиваюсь своих ощущений. Смотрю на прокурора украдкой, губы плывут в улыбке. Я не планировала влюбляться. Точно не сейчас и не в этого человека, с которым мы будто с разных планет. Столкнулись на секундочку и вот-вот разойдемся в необъятном пространстве вселенной.

— Звал к нам Жарова, но он в отказ ушёл, — жалуется изрядно выпивший Тимур Михаилу. — Всё дома и дома.

— У него жена на четвёртом месяце беременности, — отвечает Басаргин. — Что ты от него хочешь?

Черноволосый отмахивается и выпивает коньяк до дна.

— Вот что брак с мужиками делает, Мих. Может, ну его, а?

— Может и так.

В эту же секунду Михаилу звонят. Он смотрит на экран телефона и сильно хмурится. Мне хочется разгладить глубокую морщинку у него на лбу. Басаргин нехотя убирает от меня свою руку, убеждает, что вот-вот придёт, и встает с дивана. Ненадолго отходит в сторону, разговаривает.

— Тим, я устала, — произносит одна из девушек и тянет черноволосого за собой.

Он сопротивляется, но спустя короткое время всё же поднимается с места. Оставшиеся люди расходятся в течение десяти минут. Кто-то уезжает домой, кто-то остается ночевать на базе. Я же не знаю, что ждёт меня дальше.

— Мих, тебе заказать водителя? — громко спрашивает практически последний оставшийся приятель.

Михаил заканчивает вызов и скользит по мне взглядом. Останется? Нет? Моё сердце чуть не лопается.

— Нет, не нужно, — тут же отвечает Басаргин и возвращается на место.

— Хорошо, как знаешь. Олег просто с минуты на минуту уедет домой.

— Пусть уезжает. Я сам.

Олеся — девушка, с которой я успела познакомиться, напоследок опустошает бокал с коньяком и встает с дивана. Она на шпильках, пошатывается. Платье задралось так высоко, что видно ягодицы. И мне, и Михаилу.

Девушка неловко ступает вперёд, смеется с себя же и что-то негромко бормочет себе под нос. Тонкая шпилька застревает между деревянных досок в беседке. И теперь уже моя очередь её спасать. Подхватываю девушку под руку, удерживаю.

— О, Алиса! Спасибо тебе огромное! — искреннее произносит. — Я перебрала, как видишь!

— Ничего страшного. Тебе помочь?

— Если можешь. Будь другом, а? Я вон в том домике живу!

Олеся указывает прямо, я помогаю ей высвободиться из плена. Оборачиваюсь, смотрю на