Зависть - Юлия Бровинская

– Машку в расчёт не бери, – продолжала убеждать меня Лариса. – Она девушка с психологическим расстройством. Ей мать и бабка мозги до основания промыли проклятьем венца безбрачия.

Лариса встала с места и пересела ко мне на кровать. Её голос был нежным, а тон заботливым.

– У тебя, надеюсь, нет аналогичного бреда в голове? Ты симпатичная девчонка, почему не хочешь завести себе хорошего парня?

«Хороший парень, о котором я даже не мечтала, уже занят, а других мне не надо», – мысленно ответила ей, а вслух произнесла:

– Не могу без любви, как вы, с кем-то спать.

Я знала, что мои слова могут задеть Ларису, но мне нужно было пресечь ее уговоры, так как, по сути, веских причин для отказа развлечься, у меня нет. А раскрывать свои убеждения, а тем более влюблённость не хотелось.

Это была моя тайна. О своей влюбленности в Валевского, я Новиковой никогда не рассказывала.

У Ларисы же не было никаких тайн от меня – так она мне говорила. Как она знала всё о других, так же стремилась рассказать всё и о себе.

Мужчин у нее было много: и молодых, и в возрасте. Красивая эффектная брюнетка постоянно привлекала внимание противоположного пола. Я сама наблюдала однажды, как она шла по коридору учебного корпуса, и как вслед ей оборачивались не только парни студенты, но и преподаватели.

У неё высокие скулы и большие серые глаза. Хоть она и подкачала губы, но лишняя припухлость в том месте была ей к лицу. Меня восхищало ее умение следить за собой. Я ни разу не видела её без маникюра, с грязными волосами или жирным блеском на лице. Всегда с макияжем, красиво одета, пахнет дорогими духами. Мне хотелось походить на неё в этом. В некоторых вещах я даже подражала ей. Но, конечно же, не в её образе жизни. А жизнь у неё была бурной и насыщенной.

Если верить её словам, то она состояла сразу в нескольких отношениях. Первым и самым главным был папик, как она его называла, – богатый зрелый мужчина ее содержал и платил за обучение. Вторым, ради которого она согласна бросить папика в любой момент, был некий тоже богатый, но молодой любовник. Но с ним у неё было всё слишком сложно и трудно. Далее шло просто удовлетворение физиологических потребностей с тем, кто ей в свободный вечер приглянулся. Таких партнёров она запоминать не удосужилась. Просто секс для поддержания здоровья и ничего более. Это даже не считалось изменой. Её молодой любовник также мог иметь связи на стороне; главное, чтобы он не полюбил никого. Любовь к другой – вот настоящее предательство.

Я же не понимала разделения секса от любви. Как можно любить одного, а делить постель с другим?

Лариса для меня была загадкой. Сложной и неразрешимой.

Поэтому меня было бы невозможно уговорить пойти на ту вечеринку, если бы Лариса дальше в разговоре со Светой не рассказала, что там будет Радим.

Оставив меня, она вернулась к прерванному занятию; продолжила собираться на вечеринку.

– Купила вчера эту кофточку…, – Лариса сняла с вешалки обновку, показывая её Свете, – думала сегодня надеть, но увидела в её новом блоге, что у Ольги такая же.

Она протянула брендовую вещь подруге.

– На, забирай. Я её теперь не смогу носить.

Света с удовольствием приняла дорогой подарок.

– До сих пор так ее ненавидишь? – спросила она подругу.

– Нет, – снисходительно фыркнула Лариса. – Эту высокомерную суку теперь можно только пожалеть. Скоро её так же кинут, как и всех до неё. У Валевского уже все признаки скорого расставания проявились.

 Я замерла, почти перестала дышать. Сердце словно один удар пропустило от этой новости. А Лариса продолжила говорить, не замечая моего напряженного интереса. Медленно одевалась к выходу, придирчиво примеряя на себя то один лук, то другой.

– И накаченная, как орех, попа не поможет, – посмеивалась она. – Ему и раньше на её прелести было всё равно, но после того как Морозова – дура, подруге растрепала, как он орального секса с ней захотел, всё – конец! Эта тупая курица думала, что раз она у него в рот не берёт, то и другие этого не хотят. Почитала бы комментарии подписчиц под видео с ним. – Лариса уже откровенно глумилась над несчастной блогершей. – Её же лучшая подружка к нему и покатила, предложила то, от чего Оленька так неразумно отказалась.

– А ты это откуда знаешь? – чуть ли не с восхищением взирая на соседку, спросила Света.

– А кто, по-твоему, посоветовал ей так поступить? – смеясь, вопросом на вопрос ответила Лариса. – Я всех её подружек знаю. Всегда держала эту дрянь в поле зрения. Я свою обиду никому не прощаю. Сегодня – а меня Стас заранее предупредил, что он точно у него будет, – полюбуемся на представление, которое Радим устроит, чтобы расстаться с ней. А ему её надо красиво бросить, чтоб от отца не влетело, что дочку делового партнера кинул. Это не какая-нибудь дешевка с общаги на раз. Тут ему надо постараться, чтобы и волки сыты, и овцы целы были.

Я отшвырнула книгу.

– А почему ты так уверена, что он с ней расстанется? – наконец, не выдержав, спросила я.

– Да потому, что достала она его до чёртиков. Всё ей не так. Постоянно им командовать пытается, а Валевский не такой парень, он долго терпеть девушку сверху будет, – пояснила мне Лариса с довольной улыбкой. Её глаза радостно блестели, когда она, любуясь своим бриллиантовым колечком на пальце, отвечала мне.

– Да, – Света кивнула, подтверждая слова подруги. – Лариса их отношениям от года до двух давала. Так и произошло. Не зря она на факультете психологии учится. Всё об отношениях знает. Её прогнозы всегда сбываются.

– Не верю! – сказала я, вставая с кровати.

– Сходи, сама посмотри, – предложила Лариса.

Глава 5

Моя соседка великодушно распахнула створку ее половины шкафа, предоставляя мне на выбор одежду. Все ее вещи короткие и сексуальные.

Но я надела свои джинсы и нарядную, как я считала, белую блузку. Обула черные туфли на толстой подошве и пальто в клетку. Перед этим сделала вечерний макияж, но неброский, а соответствующий скромному наряду. Волосы расплела и хорошо расчесав, собрала заколкой в хвост. По-моему, я выглядела вполне презентабельно. Сгодится, чтобы посидеть в сторонке и понаблюдать. Мне не хотелось привлекать к себе чьё-либо внимание, а тем более знакомиться с парнями.

– Так на тебя ни у кого не встанет, – ворчливым тоном оценила мой