Подарок для императора - Серена Никки

— Поместите ее в башню смертников. Отложите казнь до завтра. Не хочу осквернять такой день.

Я развернулась и посмотрела повелителю в глаза. Я, конечно, была злая на девушку, но казнить? Мне казалось это слишком.

Девушку увели, а я подошла к императору.

— Может не стоит ее казнить?

— Ты понимаешь, что от таких людей нужно избавляться, иначе империя превратится в хаос. Я не могу позволить себе быть мягким. Это понятно? Мои приказы прошу сомнению не подвергать, а то рискуешь нажить врага в моем лице. Ты все правильно сказала. Без тебя меня не станет.

— Да, Ваше Величество.

Время приближалось к полуночи, и многочисленные гости начали расходиться. Я стояла рядом с повелителем, положив руку на сгиб его руки, размышляя над его словами. Он спокойно и вкрадчиво вынес приговор и также спокойно сказал, чтобы я его слова воспринимала, как должное. Было ли мне обидно? Нет, пожалуй. В его словах была правда, но почему-то мне хотелось вдруг расплакаться, но я держалась. Тэррион не смотрел в мою сторону, я просто стояла рядом.

Мои родители тоже отбыли порталом, и все во дворце как-то успокоилось. Я присела в реверансе перед повелителем и хотела отправиться в свои покои, но Тэррион окликнул меня.

— Мелисса, зайди ко мне через час, — холодно проговорил повелитель.

Я никак не показала, согласна я или нет, просто пошла вверх по ступенькам в сторону своих покоев.

Тяжелый день закончился и, оказавшись в своей комнате, я упала на кровать звездой и посмотрела на белоснежный потолок с росписью в сиреневых тонах. В моих покоях этот оттенок преобладал.

Служанка не заставила себя долго ждать и помогла мне избавиться от платья. Мои вещи уже перевезли, и все платья были развешаны в большом резном шкафу с красивыми зеркалами, но помимо платьев были и мои любимые домашние костюмы — подарок Мирабель.

Я приняла душ и облачилась в ярко-зеленый спортивный костюм и легкие тапочки изумрудного цвета. Волосы я хорошо просушила и хотела заплести в косу, когда в проходе появилась другая служанка и сообщила, что повелитель ожидает меня в своих покоях. Я оставила волосы в покое. Повелитель не должен ждать.

Служанка с интересом на меня посмотрела. Видимо, оценила мой спортивный костюм, но меня это мало волновало. Гостей в доме не было, и я решила остаться в комфортной для себя одежде.

Я запомнила путь до покоев повелителя и стражники, которые стояли возле белоснежных дверей, пропустили меня. Я прошла, но повелителя не было.

— Нормально, сам пригласил, сказали, что ожидает, и где? — ну что ж, подождем. Я прошла на открытую террасу и залюбовалась цветами в клумбах, которые располагались с двух сторон прямо на террасе. «Повелитель любит белые фиалки?». Потом послышались шаги, и я краем глаза заметила Тэрриона в халате. Он что-то искал в шкафу и видимо собирался переодеться. «И как я вовремя вышла на террасу». Я заметила резные ступеньки в сад, ведущие прямо с третьего этажа. Как удобно придумано. Я позабыла о повелителе и стала спускаться вниз.

Я шагнула на последнюю ступеньку, когда на террасе появился повелитель и показал взглядом, чтобы я поднималась к нему. На этот раз на нем была белая рубашка, серебристый камзол и более темного оттенка брюки. Я поднялась к нему, и он с интересом посмотрел на мою одежду.

— Запрещено ходить вечером в спортивном костюме? — спросила я.

— Такого запрета в своде законов нет. Я не против, но только вечером, когда во дворце никого не будет.

— Как любезно с твоей стороны, — я облокотилась на перила. Тэррион тоже подошел и полной грудью вдохнул аромат цветов.

— Так о чем Вы… ты хотел поговорить?

— Во-первых, давай определимся, мы прошли инициацию, а значит перешли на «ты», хорошо? А то ты обращаешься ко мне по-разному. Это странно.

— Хорошо, но я так понимаю, это не все?

— Ты догадлива. Наша свадьба состоится через два месяца, спустя две луны. Это будет благоприятным временем.

— Я не против твоего решения.

— Ты согласна с этим?

— Вполне. Действительно будет достаточно времени разобраться в себе, в тебе, и познакомиться с дворцовыми правилами, — Тэррион снова улыбнулся.

— Как ты сказала, дворцовыми правилами? Можешь быть спокойна, для тебя я буду делать снисхождения. Конечно, если ты не будешь переходить за рамки допустимого поведения.

— Встречный вопрос, а что в твоем понимании «допустимое поведение»? Чего точно нельзя делать?

— В целом, все будет вращаться вокруг твоей безопасности. Нельзя сбегать одной. В общем, я должен знать, куда ты отправилась и какова твоя цель. Чаще всего тебе предстоит брать с собой сопровождение.

— Ясно, тотальный контроль.

— Я постараюсь сделать так, чтобы это выглядело не так навязчиво.

— Интересно, это как можно контролировать и ненавязчиво?

— Я что-нибудь придумаю. Предоставь это мне.

Я повернулась к перилам спиной так, чтобы иметь возможность смотреть повелителю в глаза. Он шагнул ко мне и поставил свои руки на перила так, что я оказалась в плену его обаяния. Посмотрела на одну руку, потом на другую и переключила взгляд на его глаза цвета аквамарина.

— Есть еще что-то, что ты хотел бы мне сказать? — уточнила я.

— Да, я не буду в восторге, если ты будешь меня отвлекать во время переговоров и совещаний, но ты можешь это делать, если причины для этого требуют моего срочного вмешательства. В мои покои ты имеешь доступ в любое время дня и ночи.

— Я хочу на выходные отправиться в замок Самира.

— Хорошо, Самир через два дня будет у нас, с ним и отправишься. А в первый день недели вернетесь с ним вместе. Я не против. Своему советнику я доверяю. Тем более, ты член его семьи.

Я смотрела на его губы, и у меня появилось острое желание его поцеловать, но я попыталась отогнать эти мысли, понимая, что он считывает мои чувства и ощущения. Повелитель притянул меня ближе, и я ощутила его горячее дыхание, за которым последовал поцелуй. Я закрыла глаза, наслаждаясь его нежностью. Я завела свои руки за спину Тэрриона и коснулась шелковистых волос. Шевелюра у повелителя была впечатляющей. Думать я сейчас ни о чем не могла. Не скоро он оставил меня, и только когда Тэррион почувствовал, что я начинаю испытывать настоящее влечение, остановился. Свадьба назначена через два месяца, и надо было держать себя в руках. Его кожа, его губы, волосы, глаза — они манили меня и заставляли сердце замирать. Когда он едва отстранился, я уткнулась ему в грудь, вдыхая приятный аромат свежести и