Проклятая школа - Рейчел Хокинс

Дженна заметила, как я на него уставилась.

— Шикарно, правда?

— Я… Я не знала, что бывают такие оттенки розового.

Дженна сбросила мокасины и растянулась на постели, свалив при этом на пол две расшитые блестками подушки и одного сильно потертого игрушечного льва.

— Называется «малиновый электрик».

— Очень подходящее называние, — улыбнулась я, подтаскивая чемодан к своей кровати, которая в этой комнате выглядела… ну, такой же невзрачной, как я — рядом с Дженной.

— А твоя предыдущая соседка тоже любила розовый?

Лицо Дженны на секунду застыло. Дженна перегнулась через край кровати, чтобы подобрать подушки и льва.

— Не, Холли обходилась тем, что здесь выдают — синим. Ты ведь свое привезла?

Я открыла чемодан и вытянула уголок покрывала цвета зеленой мяты. Дженна посмотрела на него немного разочарованно и вздохнула:

— По крайней мере лучше, чем казенный синий цвет. — Она снова плюхнулась на постель и принялась рыться в ящике прикроватной тумбочки. — Ну, рассказывай, Софи Мерсер, за что тебя отправили в Проклятую школу?

— В Проклятую школу? — переспросила я.

— Звучит похоже на «Геката-Холл», — объяснила Дженна, — а подходит лучше. Ее многие так зовут.

— А-а…

— Так за что? — повторила Дженна. — Ты наколдовала дождь из лягушек или превратила кого-нибудь в тритона?

Я попробовала скопировать непринужденную позу Дженны, раскинувшейся среди подушек, но на голом матрасе это оказалось довольно трудно сделать, так что я села прямо и начала разбирать вещи из чемодана.

— Я навела любовные чары для одной девчонки из нашего класса. Получилось неудачно.

— Чары не подействовали?

— Слишком хорошо подействовали.

Я коротко пересказала историю с Кевином и Фелицией.

— Ничего себе! — Дженна помотала головой. — Это жесть.

— Угу, — отозвалась я. — А ты, значит, вампир? Как это получилось?

Дженна отвела глаза и ответила небрежно:

— Как у всех: встретила вампира, меня укусили… Ничего интересного.

Ее можно понять — кому захочется выкладывать такую историю человеку, с которым знакома всего пятнадцать минут?

— А мама у тебя нормальная, да? — спросила Дженна.

Гм. Вот это как раз мне не слишком хотелось обсуждать в первый же день в новой школе. А что поделаешь? Нужно вписываться в коллектив! Так уж положено — делиться с соседкой по комнате одеждой, косметикой и мрачными тайнами.

Я прокашлялась.

— Ага, у меня папа колдун. Они уже давно расстались.

— А… — понимающе произнесла Дженна. — Можно дальше не объяснять. У нас многие из разведенных семей. Видно, даже магия не гарантирует счастливого брака.

— У тебя родители в разводе?

Она наконец нашла то, что искала в тумбочке — лак для ногтей.

— Нет, они счастливы до отвращения. Ну, то есть… Я так думаю. Я их не видела с тех пор, как изменилась… Ну или как там это называется.

— Надо же, зараза какая!

— Надеюсь, ты не обо мне?

— Нет, конечно. — Я разгладила простыни на постели. — Слушай, раз ты вампир, я что, не должна открывать занавески по утрам?

— Да нет. Видишь? — Она потянула за серебряную цепочку у себя на шее и показала мне подвеску — темно-красную, размером с конфету драже и примерно такой же формы.

По виду можно принять за рубин, но я видела картинки с похожими камнями в маминых книжках.

— Кровавый камень?

Кровавый камень — прозрачный, полый внутри, его можно наполнить кровью могущественной ведьмы или колдуна, и тогда камень станет служить защитой от множества разных вещей. Видимо, у Дженны он нейтрализовал всякие вампирские свойства. Ну и хорошо — по крайней мере, теперь я точно знала, что могу спокойно жевать при ней чеснок.

Дженна начала красить ногти на левой руке.

— А как ты обходишься с кровью? — спросила я.

Она тяжело вздохнула.

— Даже неловко рассказывать. Я хожу в медкабинет, у них там есть маленький холодильничек, а в нем — пластиковые пакеты с кровью, как в «Красном кресте» и так далее.

Я постаралась не передернуться слишком заметно. Не переношу крови! Если порежусь о лист бумаги, чуть в обморок не падаю. Хорошо, что Дженна подкрепляется не в нашей комнате. Никогда бы не смогла встречаться с парнем-вампиром. Как представлю себе запах крови изо рта… Брр!

Тут я заметила, как Дженна на меня смотрит. Черт! Неужели омерзение так и написано у меня на лице? На всякий случай я изобразила улыбку.

— Роскошно звучит! Как пакетики с детским питанием.

Дженна засмеялась.

— Класс!

Мы немного посидели в дружелюбном молчании. Потом Дженна спросила:

— А твои родители, значит, расстались со скандалом?

— Кажется, да. Я тогда еще не родилась.

Дженна на секунду оторвалась от раскрашивания ногтей.

— Ого!

Я подошла к столу. Кто-то — наверное, миссис Каснофф — оставил на нем расписание уроков. Обычное школьное расписание, только названия предметов нестандартные. Например: «9.15–10.00. История магии. Желтая гостиная».

— Да. Мама не любит об этом говорить. Не знаю уж, что там у них вышло, но она даже не позволяет ему со мной встречаться.

— Выходит, ты ни разу в жизни не видела родного папу?

— У меня есть фотография. А еще я с ним разговаривала по телефону, и по е-мейлу мы общаемся.

— Интересно, что он такое сделал? Может, он ее бил, или еще что?

— Да не знаю я!

Это прозвучало неожиданно резко. Дженна прошептала:

— Извини…

Я отвернулась и принялась расправлять одеяло. После того как я ликвидировала пять воображаемых складочек, а Дженна три раза покрасила лаком один и тот же ноготь, я снова повернулась к ней.

— Я не хотела на тебя орать…

— Да ничего, все нормально. Я понимаю, что сунулась не в свое дело.

Уютное ощущение дружеского понимания исчезло напрочь.

— Просто… я всю жизнь прожила вдвоем с мамой. Не привыкла откровенничать о себе. Мы почти ни с кем не общались.

Дженна кивнула, но она по-прежнему не смотрела на меня.

— Вы с прошлой соседкой небось все друг другу рассказывали?

Снова по ее лицу прошла тень. Дженна вдруг завинтила крышечку на пузырьке с лаком и тихо ответила:

— Нет, не все. — Сунула пузырек в ящик и вскочила на ноги. — До встречи за обедом!