Подари мне белые сны - Ника Муратова

необходимых реактивов, но мы проконсультировались с коллегами из Малайзии, которые подтвердили наши подозрения. Очень похоже, что ты в Бали подцепила паразита — разновидность глистов, — обладающего свойством выделять в организм хозяина-носителя, в данном случае тебя, некую субстанцию галлюциногенного характера. Мы их называем тропические лямблии, но на самом деле они сильно отличаются от тех глистов, которые мы лечим в наших краях. Обычно, заразившись, человек переживает ночные кошмары, постоянные головные боли, температура время от времени поднимается, наблюдается потеря аппетита и прочая гадость. Но у тебя, по всей видимости, обошлось легким течением — головные боли лишь изредка, подташнивание, странные сны и все. Скажи спасибо, что так.

— И что же мне делать теперь с этим паразитом, Эммануил Яковлевич? Надеюсь, эта гадость лечится?

Кира поежилась. Получается, в ней живет и радуется какой-то червяк, влияет на ее сны, да что на сны, на все ее состояние, а она и не знала об этом? Ужас какой.

— Что делать? — Врач поправил очки на переносице. — Что обычно и делают в подобных случаях — травить его. Я тебе дам кое-какие препараты, но, скажу честно, насколько лечение будет эффективно, сказать не могу.

— То есть?

— То есть велика вероятность, что ты вылечишься, но есть ма-а-а-ленький шанс, что лечение не окажет эффекта. Но тогда мы попробуем что-нибудь еще.

— Вы меня огорчаете.

— Давай не будем забегать вперед. Пропей этот препарат тремя курсами, а потом придешь ко мне. Обследуем, посмотрим, подумаем. Договорились?

«Съездила, отдохнула, называется, — с раздражением думала Кира, глядя на таблетку на ладони. — Подцепила гадость какую-то, мучайся теперь, глотай отраву». Но как бы ни велико было ее раздражение от глупой ситуации, разумное начало, как всегда, победило. Она налила в стакан воды и со вздохом проглотила безвкусное лекарство.

Лева, когда узнал о диагнозе, тут же озаботился и своим здоровьем. Обследовал все, что мог, обнаружил, что здоров как бык, и на этом успокоился. Кира долго смеялась над его мнительностью

— И чего ты бегаешь по врачам? Тебя же ничего не беспокоит. Только зря время и деньги тратишь.

— А вдруг во мне эта гадость хитро спряталась и затаилась? Меня ведь все любят, даже странно, что червяк выбрал не меня в качестве долгосрочного домика.

— Зато меня выбрал. Понравилась, хочешь сказать?

— Наверное, он мужского рода. А вдруг он бисексуал?

— Успокойся, ты чист как стеклышко. У тебя же ни одного симптома!

— А вдруг он, как партизан, невидимка?

— А вдруг, а вдруг, — передразнила его Кира. — Да не бывает так! Даже у меня при всей моей тошноте, мигрени и странных снах врачи считают, что это очень слабые симптомы. А у тебя вообще ничего нет!

— Ладно, ладно, смейся, — ворчал Лева, все равно оставаясь в убеждении, что лучше перепроверить, чем упустить момент.

Уже после второго курса антибиотиков Кира почувствовала себя намного лучше. Прошли все симптомы, и она даже не стала принимать третий курс, как советовал Эммануил Яковлевич. На всякий случай Кира позвонила к нему в клинику посоветоваться насчет третьего курса.

— Смотри по состоянию, Кира, — ответил он. — В принципе, иногда и один курс помогает. У меня до сих пор нет нужных реактивов, так что проверить я не смогу, вытравила ты своего жильца-паразита или нет. Но если чувствуешь себя нормально, то, думаю, не стоит дальше травить себя антибиотиками. Если вдруг что опять начнет беспокоить — тут же звони, договорились?

— Хорошо, Эммануил Яковлевич. Когда реактивы достанете, дайте знать, хорошо? На всякий случай проверюсь все же.

На том и договорились. Хотя Эммануил Яковлевич представления не имел, когда их лаборатория обзаведется подобными реактивами. Паразит этот обитал исключительно в тропиках, в их краях потенциальных пациентов раз-два и обчелся. Кто станет заказывать такое маленькое количество реактивов? Но расстраивать Киру, которую знал с детства, не стал. Тем более что так до конца и не решил для себя, каков ее диагноз, и готов был допустить, что частично в ее симптомах виноваты просто смена климата и питания.

Лева решил отметить выздоровление Киры поездкой за город и небольшим пикничком с друзьями. Отговорки Киры, что у нее скопилось слишком много дел на работе и она хотела бы провести выходные в офисе, на него не возымели решительно никакого действия. Он все-таки вытащил ее на отдых, и они чудесно провели время.

Лева, памятуя свою еврейскую бабушку, не забывал вспоминать и о том, что раз в неделю человек обязан отдыхать. Притом что во всем остальном Лева ни на йоту не следовал ни одной заповеди, эту четвертую заповедь Ягве он принял на веру сразу и безоговорочно.

— Творец умен, знал, как человека на крючок подцепить, — говорил он по этому поводу. — Сделал, так сказать, спецпредложение — заплати за шесть работой и получи седьмой бесплатно!

Это толкование заповеди он где-то вычитал, и ему так понравилось, что он повсюду излагал его. Кира подвергала большому сомнению его умение работать шесть дней, так как сама такого чуда никогда не видела.

— Ты это предложение уже извратил как мог. Укажи мне хоть одну неделю, когда ты работал все шесть дней. Ты умудряешься получать от Творца выходной не каждые шесть, а каждые два дня.

— Значит, я сделал ему предложение, от которого он не смог отказаться!

…На самом деле Лева принадлежал к тому типу людей, которым одного дня в неделю для отдыха явно не хватало. И ведь умудрялся человек зарабатывать себе на жизнь за два-три дня в неделю, а остальное время уделять себе, любимому. К его счастью, в современном мире таких людей называют уже не Обломовыми, а людьми с неблагоприятной биохимической наследственностью. Он как-то прочел, что потребность в ничегонеделании берет начало от нехватки гормонов счастья, побуждающих оптимистичных деятелей радоваться работе, семье и блестящим жизненным перспективам. Лева на этот счет не заморачивался — ему вполне хватало того, что он имел.

Отношения с женщинами у него не складывались именно из-за этого. В один прекрасный день его девушка просыпалась и начинала требовать большего, начинала выражать недовольство настоящим, а Леве это — как нож в сердце. Если кто-то пытался изменить его натуру, его образ и ритм жизни — пиши пропало. Он тут же сматывал удочки и исчезал под благовидным предлогом. А девицы недоумевали, что же произошло. Ведь все так хорошо и весело начиналось, такой ласковый и покладистый парень — и вдруг дал деру.

Кира иллюзий по поводу Левиной беспечности и покладистости не питала. У них сложился неплохой тандем, в котором каждый получал