Побочная Кровь - Валиса Рома

– Держись крепче. Посмотрим, сколько это крошка выжмет.

– Мэл… – предостерегающе произнёс Ориас, но было поздно.

Корабль рванул вперёд, вжав в спинку кресла. Я плавно увеличивала скорость, и вскоре вода и небо слились в одно голубое полотно. Будь Цербер жив, он бы отдал за это судно всё свое состояние, впрочем, учитывая его склонность собирать всё самое интересное, наверняка парочка таких кораблей уже была у него в запасе.

В небе что–то мелькнуло, и подняв глаза, я снизила скорость, пока корабль и вовсе не замер над водой. Я не могла оторвать взгляда от зависшего над Файей «Пристанища» в виде громадного белого кольца.

– А что…

– А ты думала, как врасы сбежали от Узурпатора? – усмехнулся Ориас, проследив за моим взглядом. – Нам удалось спастись от него при помощи «Пристанища», которое выплюнуло в этот мир. Правда, пришлось его изрядно подпортить, чтобы оно вслед и преследователей не выкинуло.

– Но, теоретически, это «Пристанище» работает?

– Возможно, да. Никто не проверял, да и никого оно не волновало, не считая тебя.

– Если эта штука вдруг заработает, и кто–то на неё настроится… то же Содружество, к примеру, то при случае атаки они тут же нападут на столицу.

От меня не укрылось, как напрягся Ориас.

– Ка–Амана обладает большими данными, чем мы… но даже среди их умов вряд ли будут те, кто разобрался в «Пристанищах». Технология Мёртвого Узурпатора и его армии до сих пор не разгадана и затеряна где–то на краю Вселенной. И лучше бы оно так было всегда.

Я неуверенно кивнула, отведя взгляд от «Пристанища» и направив корабль дальше, по заданной траектории.

Мы молчали ровно до тех пор, пока на горизонте что–то не показалось. Сначала я подумала, что это остров, но приблизив картинку, поняла, что это был город. На воде.

– Я умом тронулась, или это действительно…

– Трущобы, – закончил за меня врас. – Обратная сторона Файи. Ещё это место называют Нижним Миром – оно двигается параллельно столице, поэтому ты никогда не разглядишь Трущобы из окон. Скажу тебе больше – об этом месте знают лишь Грандериы и доверенные лица.

– И кто там живёт?

– Беженцы. Врасы, которые оказались не достойны жить со всеми, или иномирцы, что нелегально проникли в столицу. Им не выбраться из Трущоб, и они оседают в них. Город растёт с каждым годом: на улицах процветает грабёж и вандализм, каждый готов предать ради куска хлеба и чистой воды. Вот тебе и Файя.

– Ты там был.

– Больше – я там родился.

Корабль вильнул в сторону, и лишь чудом я выровняла курс, ошарашенно взглянув на Ориаса.

– Ты родился на этой свалке?!

На его скулах показались желваки, и он с силой выдавил:

– Там жила моя мать.

4

Корабль плавно вошёл в железный грязный ангар, расположившийся на воде. Развернув судно носом к выходу, я высвободилась из ремней, ощущая непривычное онемение ног. Ориас держался уверенно и… скованно, словно ему в спину воткнули железный штык. Спустившись вниз, он нажал на панель стены, что плавно отошла в сторону. Вытащив на свет сумку, врас кивнул мне, и мы спустились по трапу на бетонный пирс. К нам уже спешили двое мужчин в залатанной форме патрульных.

– Ваше Высочество! – выпрямившись и отдав честь, важно произнесли они.

– Расслабьтесь, я всего на час, – небрежно произнёс он, хотя сам был напряжён. – Следили?

Врасы обменялись мрачными взглядами и нерешительно кивнули.

– Что натворила?

– В основном мелкие кражи… роспись стен, несколько драк и нарушение режима.

Ориас не то фыркнул, не то усмехнулся, похлопав одного из патрульных по плечу, когда проходил мимо.

– И на этом спасибо. Мэл, не отставай! Надеюсь, ты ничего ценного с собой не прихватила? Тут ограбят, не успеешь и моргнуть.

Я качнула головой, порадовавшись, что на мне неброская одежда тёмных тонов, которую я успела сменить перед нашим походом. По крайне мере, когда мы вышли из ангара на узкую улицу, я не так сильно бросалась в глаза. Тут всё было каким–то тёмным, ржавым и грязным, начиная от улиц с домами, похожими на бетонные коробки с проводами и нитями света, что проникали через щёлки крыш, и заканчивая живущими тут. В основном тут были врасы в поношенных, тёмных одеждах, грязной кожей и затравленным, подозрительным взглядом. Попадались и другие иномирцы, но в основном это были торговцы различной мелочью. Ни магазинов с едой или одеждой я так и не обнаружила. Были какие–то узкие лавочки на первых этажах, но в основном там продавали лекарство и тряпки.

– Почему это место такое…

– Ничтожное? – подсказал Ориас. – Ты думаешь, до него есть кому–то какое–то дело? Когда был жив Император, он часто навещал Трущобы, привозил еду и прочее, но никогда не предлагал жителям этого места перебраться в столицу. После его смерти никто из членов императорской семьи сюда не прилетает, кроме меня. Правда, раз в трилун сюда посылается корабль с едой, одеждой и медикаментами, но этого мало. Тут каждый ворует друг у друга, чтобы обменять всё на талончики с едой, электричеством, одеждой и прочим. Нет талончика, считай, ты труп.

Я сглотнула, смотря на беспризорников с голыми ногами и многочисленными синяками на коленях и локтях. Они толкались, забираясь по ржавой лестнице на крышу. Вообразить здесь Ориаса оказалось проще некуда, в отличие от дворца. Там он и вправду казался какой–то лишней деталью.

Мы молча шагали по причудливым улицам, над которыми было развешено бельё и проведены кабели с электричеством. У кого–то на подоконнике теснились жёлтые вялые растения, тянущиеся к слабому свету. Воняло даже хуже, чем на Орике: пахли немытые тела, отходы, сточные воды. Я едва давила кашель, зажав ладонью нос.

– Пришли, – замер Ориас напротив дома из трёх бетонных «коробок», при этом окна были только на третьем этаже.

– Куда?

Он не ответил, напряжённо смотря на хорошую металлическую дверь. Стены рядом с ней были исписаны, впрочем, как и на всех других домах, только вот под крышей, звеня, покачивались нанизанные на нитку стеклярусы.

Почему–то задержав дыхание, Ориас тихо постучался. Где–то в доме послышались торопливые шаги, скрип железа и ругательства. Брякнул замок, и дверь раскрылась