Вечные сны о любви - Марианн Уилманн

Ее взгляд стал напряженным, когда она взглянула в его глаза.

— Я видела вас, — прошептала она. — Я видела вас там, во время бури.

— Видела?

— Вы были там, под дождем. Вы произнесли мое имя. Как вы могли знать мое имя еще до того, как мы познакомились?

Она почти ничего не ела, и он подумал, что бокал вина поможет ей лучше воспринять то, что ей предстояло услышать. Он наполнил его и подал ей.

— Ты снилась мне, Кейлин. Ты снилась мне дольше, чем вся твоя жизнь. И ты снилась мне, когда заблудилась в моем лесу. И когда я проснулся, ты уже пришла. А я тебе никогда не снюсь, Кейлин?

— Не пойму, о чем вы говорите. Была гроза. Я заблудилась. Очень близко ударила молния, и был олень. Белый олень на дороге. Я свернула, чтобы не наехать на него, и произошла авария. Кажется, я врезалась в дерево. Вероятно, у меня сотрясение мозга и чудятся разные вещи.

— Белая лань. — Его лицо снова омрачилось. — Твоя машина врезалась в дерево. Они не должны причинять тебе вред, — пробормотал он. — Они не имеют права причинять тебе вред.

— О ком вы говорите?

— Мои тюремщики. — Он отодвинул тарелку в сторону. — Проклятые Хранители.

— Мне нужно проверить машину. — Она говорила медленно, спокойно. Он не просто эксцентричный. У этого человека с головой не все в порядке. — Большое вам спасибо за помощь.

— Если ты хочешь осмотреть машину, мы сделаем это. Утром. Вряд ли стоит выходить в грозу среди ночи. — Он положил свою руку на ее, прежде чем она успела встать. — Ты думаешь: "Этот Флинн лишился рассудка". Это не так, хотя пару раз до этого было недалеко. Взгляни на меня, leannana. Неужели я для тебя ничего не значу?

— Я не знаю. — И именно это удержало ее от того, чтобы убежать.

Он смотрел на нее так, что она чувствовала себя словно привязанной к нему. Не связанной внешней силой, а привязанной. По собственной воле.

— Не понимаю, что вы имеете в виду, что происходит со мной.

— Тогда мы сядем у огня, и я расскажу тебе, что все это значит. — Он встал, протянул руку. На его лице появилось раздражение, когда она не захотела принять ее. — Тебе нужен нож?

Она взглянула на нож, затем снова на него.

— Да.

— Тогда бери его с собой.

Он захватил вино, бокалы и повел ее.

Он устроился у камина, наслаждался вином и запахом женщины, которая настороженно сидела возле него. Я родился с даром волшебства, — начал он. — С некоторыми так бывает. Кто-то идет в обучение и может научиться этому достаточно хорошо. Но родиться с даром — это уже предполагает в большей степени управление этим искусством, а не изучение его.

— Значит, ваш отец был волшебником?

— Нет, он был портным. Волшебство необязательно передается по наследству, через кровь. Оно просто должно быть в крови. — Флинн остановился, потому что не хотел больше двигаться наугад, совершая ошибки. Прежде чем объясниться, решил он, я должен больше узнать о ней. — Что ты делаешь там, у себя в Бостоне?

— Я занимаюсь торговлей антиквариатом. Вот это как раз передалось по наследству. Мой дядя, дед и так далее. Бреннаны из Бостона занимаются этим делом уже почти столетие.

— Уже почти столетие, да? — хмыкнул он. — Так долго.

— Полагаю, по европейским стандартам это не кажется долгим. Но Америка — страна молодая. В вашем доме есть несколько великолепных предметов антиквариата.

— Я коллекционирую то, что меня привлекает.

— Очевидно, вас привлекают самые разные вещи. Я раньше никогда не видела такого смешения стилей и эпох в одном месте. Он оглядел комнату, размышляя. Раньше он не обращал на это внимания.

— Тебе не нравится?

И поскольку казалось, что это имеет для него значение, она изобразила улыбку.

— Нет, мне очень нравится. В моем бизнесе приходится видеть много красивых и интересных вещей, и я всегда думала, как жаль, что большинство людей не хотят собрать все это вместе и создать свой собственный стиль, вместо того чтобы так упорно придерживаться какого-то определенного шаблона. А вот вас никто не смог бы обвинить в том, что вы придерживаетесь шаблона.

— Нет. Это уж точно.

Кейлин поджала было ноги, но опомнилась. Что же с ней происходит? Она расслабилась, непринужденно беседуя с человеком, который почти наверняка был безумцем. Она бросила взгляд в направлении ножа, который лежал рядом с ней, затем снова посмотрела на Флинна. И увидела, что он задумчиво изучает ее.

— Интересно, сможешь ли ты воспользоваться им. В мире существует два типа людей, тебе не кажется? Те, которые сражаются, и те, которые спасаются бегством. А ты кто, Кейлин?

— Я никогда не попадала в такие ситуации, где бы мне нужно делать то или другое.

— Это либо счастье, либо скука. Я не знаю точно, что именно. Лично я люблю хороший бой, — добавил он с ухмылкой, — один из многих моих недостатков. На самом деле, мне не хватает настоящей драки с мужчиной, кулак в кулак. Мне недостает многих вещей.

— Почему? Почему вам должно чего-то недоставать?

— В этом и есть суть такого вот задушевного разговора у камина, не так ли? Почему? Ты думаешь, mavourneen, вполне ли я нормальный?

— Да, — сказала она напряженно.

— Вполне, хотя, возможно, было бы легче, если бы я чувствовал себя немного не в своем уме все это время. Они знали, что у меня сильный разум — и это часть проблемы, по их мнению, и часть причины, по которой мне вынесли приговор.

— Они? — Ее пальцы осторожно двинулись к рукоятке ножа. Она сможет им воспользоваться, пообещала она себе. Она воспользуется им, если придется, каким бы ужасно печальным и одиноким Флинн ни казался.

— Хранители. Древние и почитаемые, которые охраняют и лелеют магию. И делают это со Времен Ожидания, когда жизнь была лишь небесами, делавшими свой первый вздох.

— Боги? — спросила она осторожно.

— В некотором смысле. — Он снова задумался, глядя, нахмурившись, на огонь. — Я родился для волшебства, и когда достаточно повзрослел, оставил семью, чтобы выполнять свое предназначение. Чтобы исцелять и помогать. Даже развлекать. У некоторых из нас больше сноровки для забавной стороны этого дела, так сказать.

— Например, хм, распилить женщину пополам.

Он посмотрел на нее изумленно и в то же время раздраженно.