Ключ к сердцу - Лаура Дэниелз

Пола вся внутренне сжалась — она увидела, что взгляд Фергюсона устремлен прямехонько на нее! Более того, в нем сквозила неприкрытая насмешка. Пола поспешно опустила ресницы, чувствуя как порозовели от смущения щеки. Кроме того, ее почему-то бросило в жар, и, пытаясь избавиться от этого малоприятного ощущения, она прерывисто вздохнула.

— Не тяни, — нетерпеливо произнес Грегори. — Говори скорей, заметил Эндрю тебя или нет!

Пола изобразила на лице томную улыбку и с изрядной долей наигранности в голосе ответила:

— Да, дорогой. Только я не понимаю, почему тебе так хочется, чтобы на меня глазел посторонний мужчина. — Пола хотела спрятаться за этой шуткой как за щитом, только бы спастись от внезапного наплыва смущения. Грегори хохотнул.

— Ну, ты молодец! Правильно, малышка, кураж в актерском ремесле первое дело. Мне нравится, что ты не конфузишься.

Это я-то? — хмыкнула про себя Пола. Сижу как на иголках!

— Очень важное качество для съемочной площадки, — продолжал тем временем Грегори. — Впрочем, у тебя ведь большой опыт работы на подиуме, а это, считай, та же сцена.

— В каком-то смысле, — кивнула Пола. — Только сдается мне, что Фергюсона больше заинтересовало твое присутствие, чем мое.

Однако Грегори не поддался на уловку.

— Ну, это ты брось, — сказал он. — В том смысле, который подразумевается, я не представляю для Фергюсона ни малейшего интереса. Он знает меня как облупленного. И вообще, не ради меня мы сюда явились. Наша цель добиться, чтобы Фергюсон не мог отвести от тебя глаз.

Кажется, это уже произошло, подумала Пола.

Пока Грегори говорил, она непроизвольно покосилась влево и снова испытала прилив жаркой волны: Фергюсон преспокойно продолжал рассматривать ее, откинувшись на спинку стула и совсем не принимая участия в застольной беседе. И хотя Пола не смотрела прямо на него, все-таки ощутила направленный на себя взгляд.

Вызывающая манера поведения Фергюсона произвела на Полу эффект неожиданный даже для нее самой. Она подстегнула ее к действию, — заставив еще демонстративнее флиртовать с Грегори, — и одновременно породила в душе странное, не поддающееся определению чувство. Пола улыбалась Грегори и вместе с тем испытывала тревогу. Ей не нравилась собственная реакция на взгляд Фергюсона, ведь он все-таки обыкновенный мужчина, каких сотни и тысячи. Но именно ему, надменному, насмешливому и самоуверенному Эндрю Фергюсону, удалось взбудоражить ее. Это в то время, как она, по замыслу Мэри, должна с максимальным хладнокровием постараться понравиться ему и добиться получения роли в новом фильме!

Что касается хладнокровия, то, похоже, мне неплохо бы занять малую толику у Фергюсона, мрачно подумала Пола, глядя на тарелки, переставляемые официантом с подноса на стол. Надо же, как я разволновалась, даже аппетит пропал. Это у меня-то, которая несколько последних лет, только и мечтала о том, чтобы вдоволь поесть!

Ей казалось странным, что откровенное разглядывание ее прелестей способно отбить у нее желание съесть сочный ароматный, подрумяненный с одного бока эскалоп, один только вид, которого прежде вызвал бы головокружение. А может, дело вовсе не в манерах Фергюсона, а в нем самом?

Пола меньше всего ожидала чего-то подобного. По идее Фергюсон должен был заинтересоваться ею, а не она им. Впрочем, кажется, произошло и то, и другое.

Похоже, я перестаралась. Перевыполнила намеченный Мэри план, сокрушенно подумала Пола.

Чтобы хоть как-то успокоиться, она взяла бокал, который официант наполнил шампанским, и отпила сразу несколько больших глотков.

— Осторожнее, — сказал наблюдавший за ней Грегори. — Шампанское вещь коварная. К тому же ты не привыкла к спиртному.

— Просто мне пить захотелось. Жарко сегодня…

— Привет, старина! — раздалось вдруг рядом. — Давненько мы с тобой не виделись.

Вздрогнув, Пола увидела рядом со столиком Фергюсона. Только находился он не слева, как можно было бы ожидать, а справа. О господи, как ему удалось подойти так неслышно?! — гадала Пола.

— Боже правый, Эндрю! Какими судьбами?! Ты тоже ужинаешь здесь?

Слушая поднявшегося из-за стола Грегори, Пола мельком подумала, что не знай она о том, как сложно было подготовить эту встречу, никогда бы не догадалась, что все подстроено. Произносимые Грегори фразы звучали с искренностью, исключавшей всякую возможность заподозрить подвох.

Пока он обменивался приветствиями с Фергюсоном, Пола поставила бокал на стол, опустила руки на колени и сжала так крепко, что ногти впились в ладони. Это помогло ей частично избавиться от волнения, вновь нахлынувшего на нее, когда она увидела Фергюсона так близко.

Разглядывая обоих мужчин и невольно сравнивая их, Пола пришла к выводу, что оба выглядят великолепно — каждый для своего возраста.

Эндрю Фергюсон был высок, строен, подтянут. Создавалось впечатление, что его тело состоит из одних только мышц без единой капли жира. Бугорки бицепсов выпирали даже из-под рукавов дорогого, идеально сидящего на фигуре, костюма.

Грегори был немного ниже ростом, но в остальном мало чем уступал, потому что следил за собой и поддерживал себя в идеальной форме, которая для актера является рабочей.

Когда Фергюсон станет старше на пятнадцать лет, то будет выглядеть так же, как сейчас Грегори, то есть замечательно, решила Пола.

И она нахмурилась. Какая мне разница, как будет выглядеть этот самоуверенный красавец? Пусть хоть отрастит себе брюхо и заплывет жиром, как болтающий сейчас с Лорой Карэн Томми Ли Уэдж!

Пола попыталась представить себе Эндрю Фергюсона толстым и обрюзгшим и не сумела. Казалось, он просто не может таким быть.

— Может, представишь меня своей спутнице? — услышала вдруг она.

Произнесено это было с отчетливыми властными интонациями. Однако Грегори как будто не обратил на них внимания. Впрочем, не исключено, что он просто привык к манере Фергюсона выражаться, и не придал его тону особого значения.

— Разумеется, — улыбнулся Грегори.

Еще бы! Ведь ради этого момента все и затевалось.

— Познакомься, дорогая, это Эндрю Фергюсон, кинопродюсер.

Пола постаралась изобразить очаровательную улыбку, однако она подозревала, что та получилась механической.

— Очень приятно, — произнесла она как можно любезнее.

— А это… э-э… мисс Пола Уайтхед, моя… племянница.

Еще в процессе обсуждения этой авантюры Мэри особенно настаивала на том, чтобы Грегори назвал Полу своей племянницей.

— Это своего рода иносказательное определение для девушки, находящейся в обществе человека, который ей в отцы годится, — говорила она. — Как только Фергюсон услышит слово «племянница», он сразу поймет, какие у вас отношения. То есть что в действительности вы любовники. А нам, собственно, только того и нужно.