Простые слова - Алиса Гордеева

– Откуда-то дует, – отмахиваюсь от Смирновой. Наверняка мама решила проветрить комнату мальчишки к возвращению того из садика. По крайней мере, сквозняк в моей спальне раньше всегда возникал именно по этой причине. – Так что там с вечеринкой у Виты? Кто ещё придёт?

– Многие собирались. Тоха хотел прийти. Так что, может, и к лучшему, что у тебя не получится.

– Не напоминай мне о нём! – Подношу ко рту два пальца, изображая рвотные позывы. – Блин, я так и не попросила Синичку меня пересадить.

– А что с Ветровым плохо сидится? – И снова этот румянец на щеках Смирновой. И почему, спрашивается, он вызывает у меня волну негодования?

– Я была бы счастлива оказаться на твоём месте, – помолчав пару секунд, бормочет она еле слышно.

– Злат, ты опять? – плотно сжимаю губы, чтобы не взболтнуть лишнего и не обидеть подругу.

– Знаю-знаю! Сейчас начнёшь говорить, что Ветров не для меня, что такой плохиш, как Сава, на такую, как я, даже не посмотрит, а если и посмотрит, то ничего хорошего не выйдет. Я всё понимаю, Марьян, честно!

– Ни убавить, ни прибавить, – киваю в ответ и хочу перевести тему разговора в более нейтральное русло, даже вспоминаю, что привезла подруге сувенир из Испании, но стук в дверь путает все планы.

– Нана, ужинать! – с недовольным выражением лица командует мама, однако, переступить порог моей комнаты не решается.

– Сейчас! – бросаю равнодушно и снова перевожу внимание к экрану.

– Знаешь, Злат, скажу по секрету: мне этот парнишка тоже понравился! – сочиняю на ходу, чтобы позлить маму. Ощущаю, как горит спина от её пронзительного взгляда, а значит, я на верном пути. Мало, что я сижу с ногами на незаправленной кровати, вместо того, чтобы разобрать чемодан или взяться за уроки, так ещё и завела при ней разговор о мальчиках. А это – табу! По крайней мере, так было до моего отъезда. Уверена, мама готова рвать и метать в эту самую секунду, да только присутствие Златы вынуждает её держать себя в руках.

– Правда? – несмело уточняет Смирнова, с опаской заглядывая за моё плечо. Отлично! Значит, интуиция сработала верно, и мама всё ещё стоит там.

– Да, Злат! Я, кажется, влюбилась в Ветрова! – Невинно пожимаю плечами. Вижу, как меняется в лице Смирнова, но это неважно! Потом я ей всё объясню! Она поймёт.

– Этот Сава такой симпатичный, – продолжаю мечтательно, прикрыв глаза, чтобы не рассмеяться. – А ещё смелый и очень отважный. А этот его взгляд? Обжигающий и ледяной одновременно. Я думала: сегодня утону в его глазах. Уже молчу про его бархатистый голос и таинственный рисунок на шее. Злат, веришь, я едва сдержалась, чтобы кончиком пальца не затронуть замысловатый узор на его коже.

– Марьян, – шелестит Смирнова, но я не даю ей вставить и слова. Этот спектакль для мамы, только та упорно не реагирует!

– Так бывает, Злат, понимаешь? Наверно, это любовь с первого взгляда!

– Марьяна, – чуть громче повторяет девчонка, но я снова её перебиваю. Догадываюсь, как неприятно ей слушать мою ложь, но останавливаться поздно.

– Ты мне не веришь? – Решительно открываю глаза и широко улыбаюсь подруге. – Я сама себе удивляюсь! Со мной такое впервые!

Подмигиваю Смирновой и понимаю, что перестаралась: Злата ошарашенно смотрит на меня с экрана планшета и, не веря ни единому слову, качает головой, прикрывая ладошкой рот. Мне бы остановиться! Перевести всё в шутку! Но злость на маму перевешивает.

– Я так хочу поцеловать Саву, Злат! – стараюсь не выдать своего волнения, хотя то изрядно зашкаливает. Я ступаю по неизведанной территории слишком широкими и неосторожными шагами, но разве могу остановиться? – По-настоящему поцеловать, как в кино. Долго. Нежно. До искр из глаз и бабочек в животе!

– Прямо сейчас или сначала поужинаем? – до жути знакомый голос с небрежной хрипотцой и издевательской усмешкой врывается в сознание, лишая дара речи и способности нормально соображать. Медленно, будто это поможет развеять морок, оборачиваюсь и стеклянным взглядом упираюсь в крепкую фигуру Ветрова…

Я едва не падаю с кровати, устремив взгляд в сторону парня. В растянутой футболке с корявой надписью и драных джинсах он, как не в чём ни бывало, спиной подпирает дверной косяк моей комнаты. Не веря, мотаю головой и беззвучно открываю рот, но ни одно слово сейчас не способно передать моего состояния. Удивление и абсолютное непонимание граничат с шоком и ежесекундно нарастающим чувством стыда.

И пока мои щёки позорно алеют, а трясущиеся пальцы невпопад пытаются отключить Злату от созерцания моего падения, парень с наглым прищуром по-хозяйски осматривает комнату.

– Я выбираю сейчас, Марьяна, – со скучающим видом произносит Ветров и останавливает на мне свой колючий взор.

Под его взглядом внутри всё сжимается до размеров пшеничного зёрнышка. Да я и сама сейчас хочу просто исчезнуть, испариться. Боже! Вспоминаю свои последние слова и шумно сглатываю. Это конец! Мне никогда не отмыться от этого позора. Никогда!

– Я жду, – нагло смеётся Сава и, оттолкнувшись от косяка, делает шаг в мою сторону.

Успеваю шумно втянуть носом воздух и хочу закричать, чтоб не смел даже близко ко мне подходить, но тут же замечаю, что ступает парень по мягкому ворсу моего нежно-персикового ковролина голыми пятками. Какого чёрта?

– Что ты там хотела? – подаёт голос Сава, и мне приходится снова столкнуться с его невыносимо тяжёлым взглядом.

Пазл в моей голове складывается сию минуту: нет никакого малыша с поломанной судьбой! Я ошиблась! Есть здоровый лоб с татуировками на теле и хаосом вместо здравого смысла в мозгах! Оттого и взгляд у парня неподъёмный, и повадки дикие! Вон как приближается ко мне, будто оголодавший волчонок к добыче!

– Ну-ка, напомни! – Ветров останавливается у самого края кровати. – Коснуться меня хотела? Где? Здесь?

Сава наклоняет голову набок, оголяя шею, и нарочито медленно проводит пальцами по витиеватому рисунку. Из моей груди вырывается рваный выдох, а глаза непроизвольно следят за жилистой ладонью парня. Да что ж такое?!

– Хотя переходи сразу к делу, Нана! – моё имя, которым до этого момента называла меня только мама, Ветров выплёвывает по слогам. Прерывисто! С нескрываемой неприязнью! Ещё бы! Господи, я столько лишнего наговорила сегодня при нём! – Хотела поцеловать? Целуй!

Дыры на его джинсах становятся шире и безобразней, стоит Ветрову коленями встать на мою кровать. Он так пугающе близко, что хочется закричать! Позвать на помощь! Но как назло, во рту пересохло.

– Ну, давай, детка, действуй! – продолжает подначивать Сава. – Или передумала? Ещё бы! Одно дело целовать избалованного мажорчика! У него и губы слаще, и руки нежнее, да?

– Не подходи! – шепчу и тут же вскакиваю. Пячусь по упругому матрасу назад, пока не падаю с чёртовой кровати. К счастью, удаётся удержаться на ногах, да только это ничуть не облегчает моей участи. Тело не слушается, а руки никак не находят места! Меня колотит от нервной дрожи и напора, с которым Ветров продолжает наступать. Кожа горит от его въедливого взгляда, а мысли до невозможного путаются. Чувство позорной неловкости перерастает в настоящую панику. Я ничего не понимаю, но ощущаю, как по телу липкой патокой расползается страх.