Дитя цветов - Барбара Ханней

Дэниел понимал, что все ужасы тюрьмы остались в прошлом, что он вернулся домой, на свою землю, которая требует ухода. Если вкалывать каждый день до седьмого пота, возможно, со временем он восстановит пришедшее в упадок хозяйство и обретет долгожданный покой.

Внезапно внимание Дэниела привлек свет фар. Чья-то машина приближалась к его дому. Ему сейчас абсолютно не хотелось принимать гостей, но было уже поздно выключать свет на веранде и притворяться, что дома никого нет. Возможно, приехал кто-то из немногочисленных знакомых, с которыми он раньше общался. Но еще у него есть враги.

Машина приблизилась, это был подходящий для разъездов по городу седан, а не типичный для местных жителей грузовик. Дэниел спустился с крыльца и подошел к автомобилю. Лишь теперь он разглядел марку машины — «королла».

— Привет! — закричала Лили, открывая дверцу. Волосы девушки мягкими волнами струились по плечам. Она выглядела как принцесса. У Дэниела пересохло в горле.

— Что вы здесь делаете? — спросил он.

— Я приехала, чтобы сказать «спасибо». Вы мне очень помогли сегодня днем. — Лили быстро открыла заднюю дверь. — А еще я привезла вам продукты.

— У меня все есть, — проговорил он, забыв о вежливости. Приезд девушки привел Дэниела в замешательство.

— У вас только хлеб, сыр и чай. — Она крепко прижимала к груди пакеты.

— Я люблю хлеб, сыр и чай. К тому же у меня есть говядина, которая как раз сейчас находится в духовке, — сказал он.

Лили протянула ему бутылку красного вина.

— А вот это очень к ней подойдет, — сказала она с озорством.

— Лили, это какое-то безумие! Вы не должны были приезжать!

Она обезоруживающе улыбнулась и взбежала по ступенькам на веранду. Дэниел еле расслышал ее голос:

— Я же сказала, это мой способ отблагодарить вас за то, что вы сегодня меня спасли.

— Но мне не нужны благодарности. — Дэниел одним прыжком оказался на веранде и бросился за Лили в кухню.

Она уже выкладывала на стол продукты.

— Да не пугайтесь вы так, Дэниел, — успокоила она его.

Девушка понесла землянику и мороженое к холодильнику. Дэниел преградил ей дорогу.

— Стой, — прорычал он.

Лили сжала губы и на секунду отвернулась, потом, тяжело вздохнув, нежно и серьезно посмотрела на Дэниела. У него перехватило дыхание. Она была так близко, что он прекрасно видел ее безупречную кожу и розовые губы и чувствовал легкий аромат ее духов.

— Не паникуйте, Дэниел. Я ненадолго нарушу ваш покой, — пообещала она.

— Тогда вам пора. — Ему не терпелось выпроводить Лили за дверь.

— Конечно, — вздохнула девушка. — Сержант Дрейтон предупреждал меня, что с вами будет трудно.

— Хэт Дрейтон? — поразился Дэниел. — Вы с ним разговаривали?

Она кивнула.

— Он подвез меня к моей машине.

Если Лили все знает, зачем она приехала? Что, черт возьми, происходит?

И вдруг его осенило: она просто пожалела его, ведь эта замечательная девушка просто соткана из добрых намерений! Она приехала к нему с провизией по той же причине, что и к беднякам в Шри-Ланку.

— Я для вас объект для благотворительности, — проговорил он.

Лили густо покраснела.

— Нет, вы ошибаетесь, — не согласилась она.

— Ну, признайтесь же, Лили. Жалость — единственная причина вашего приезда сюда, — не сдавался Дэниел.

— Нет, — ответила девушка. — Я на самом деле хочу вас отблагодарить. Я обидела вас в Джиджи-Спрингс. Посмотрите, у меня уже рука от холода посинела, можно мне положить мороженое в холодильник?

Дэниел молча отошел, и Лили тут же кинула в морозильник клубнику и мороженое.

— Ну вот. Я уже ухожу, — проговорила она. Девушка гордо подошла к двери. — Я только хотела узнать…

— Что?

— В двух километрах отсюда есть бесхозная земля. Там безопасно? Я собираюсь там переночевать.

— Зачем вам это? В городе есть гостиница, — удивился Дэниел.

— Там нет свободных номеров, — сказала Лили расстроено. — Надо было бронировать заранее. Но я и представить себе не могла, что в Джиджи-Спрингс так много туристов.

— Ах, да. Я совсем забыл. В это время каждый год проходит родео. Люди съезжаются отовсюду, — вспомнил Дэниел.

— Вот я и подумала, что переночую под открытым небом. Спать буду в машине. Правда, хорошая идея? — спросила Лили.

Привлекательная молодая женщина будет спать на улице? Без палатки и самого необходимого снаряжения? Нет. Это неправильно.

— В Шри-Ланке тоже были самые примитивные условия, — проговорила девушка. — Так что необходимый опыт у меня имеется.

— Нет, вы не должны ночевать одна в незнакомой местности, — покачал головой Дэниел.

— Но я не одна. У меня есть собака, — гордо заявила Лили.

— Собака? — он был потрясен. — Не хотите ли вы сказать, что все это время прятали ее в машине?

Девушка закатила глаза:

— Конечно, нет. Боже, Дэниел, почему вы так плохо обо мне думаете?

— А что мне еще может прийти в голову? Не могли же вы успеть приобрести животное, пока находились в городе? — удивился он.

— А вот и успела! Она в машине. Пойдемте, посмотрим, — предложила Лили.

Дэниел нехотя пошел к ее машине. Девушка открыла заднюю дверцу и вытащила худую собачонку.

— Это дворняжка, — объяснила она. — Она неделю бродила около гостиницы. Портье уже собирался звонить в службу отлова бродячих собак, а я решила забрать ее себе.

Собачка жалобно посмотрела на Дэниела.

— Должна признаться, я подумала, что песик вам подойдет, — застенчиво проговорила Лили.

— Мне? — поразился Дэниел.

Он снова взглянул на собаку. Она дрожала и жалобно скулила. Дэниел почувствовал, что сдается. Как же Лили догадалась о его слабости — любви к животным?

— Вы с такой добротой относитесь к зверям! Я видела. И у вас нет собаки, но зато есть огромное ранчо. Вам положено иметь хотя бы одну собаку, — девушка тараторила, как в рекламе. — Она такая милая, хоть и робкая. Но я ни на чем не настаиваю. Если не захотите ее взять, то она посторожит меня этой ночью.

— Вы не должны ночевать на улице, — тоном, не терпящим возражений, сказал Дэниел.

Она заботится обо мне: привезла продукты, поблагодарила за помощь. А еще извинилась за свое поведение. Хотя это я был не прав, высадив ее на окраине города. И еще она привезла собаку. Нет, я не могу снова выгнать ее и оставить ночевать на обочине дороги.

— Вы можете переночевать у меня, — предложил он.