Смелые мечты - Кэрол Мортимер

Его кабинет мало чем отличался от того, что она видела у других писателей: доминирующее место занимал большой письменный стол – в данном случае красного дерева – со столешницей, обтянутой кожей. За ним стоял книжный шкаф, набитый справочниками. Единственное, что отличало этот кабинет, было отсутствие компьютера – теперь большинство писателей им пользовались. Однако рукописи Мерлина всегда были аккуратно распечатаны, так что компьютер должен находиться где-то в другом месте. Подумав об этом, Арабелла усомнилась, что именно здесь его рабочий кабинет.

– Садитесь, – коротко предложил он, уже устроившись за столом. С обеих сторон его охраняли овчарки.

Теперь Арабелла знала, каково приходится начинающим писателям, которых она принимает у себя в офисе. Как будто ты снова учишься в школе и тебя приволокли к директору из-за какой-то шалости. Ощущение опасности к тому же усугуб-ляли собаки. Шло время, но это ощущение и не думало проходить.

– Я полагаю, вы получили мое письмо? – наконец спросила Арабелла, нарушив молчание.

– Получил, – подтвердил он, откинувшись на высокую спинку кожаного кресла, и, сощурившись, взглянул на нее.

– Значит, вы все-таки ожидали моего приезда? – настаивала Арабелла, прекрасно зная ответ – ведь она видела собак и открытые ворота!

– Я ожидал приезда А. Атертона, – равнодушно ответил Мерлин и пожал плечами. – Я не знал, что «А» – это Арабелла.

Иначе он бы уже давно нашел себе другого редактора – говорил его обвинительный тон. Неужели женщина не может быть хорошим редактором?

– Я тоже не имела понятия, что вас зовут Роберт, – произнесла она мягко, но также многозначительно.

Несколько долгих мгновений Мерлин молчал, после чего его губы изогнулись в язвительной усмешке.

– Один – ноль, – кивнул он, уловив вызов в ее голосе.

Странно, но здесь, в уединенном кабинете, облик Роберта Мерлина казался Арабелле еще более знакомым. Конечно же, он напоминал своего героя Палфри, но здесь было что-то еще, уверенность, что где-то она его видела. Но только где? Она бы наверняка запомнила. Такую красоту и властную притягательность очень трудно забыть. И все же она знала, что где-то его встречала...

Вдруг, поймав его вопросительный взгляд, Арабелла поняла, что все еще всматривается в лицо Мерлина, и поспешно выпрямилась.

– Извините, – покраснев, виновато произнесла она. – Просто... Я тоже ожидала увидеть не совсем то. – Что и говорить, это было чудовищное преуменьшение. – Но теперь мы с вами пришли к выводу, что наши чувства обоюдны, – быстро добавила она, заметив, что с губ Мерлина вот-вот сорвется саркастическая реплика. Арабелла поставила пустую чашку на стол. – Я привезла кое-какие бумаги, чтобы вы взглянули...

– Если это по поводу экранизации Палфри, то я не заинтересован, – резко прервал он.

Арабелла подняла на него взгляд.

– Вы же еще не знаете, что вам предлагает кинокомпания, – осторожно возразила она, не желая еще больше восстанавливать его против себя и в то же время сознавая, какую прибыль ему может принести подписание контракта. И издательству «Атертон» тоже, грустно признала она, уверенная, что Мерлин незамедлительно укажет ей на это.

Одного взгляда на дом и пожилую пару слуг было достаточно, чтобы определить – Мерлин довольно состоятелен, и Арабелла прекрасно знала, сколько денег приносят ему книги о похождениях Палфри. Но кинокомпания предлагала писателю гораздо больше. С его стороны будет безрассудством отказываться от контракта, даже не взглянув на него...

Его рот насмешливо скривился.

– Палфри превратится в карикатуру на самого себя, если учесть, сколько вокруг него накрутят в Голливуде, – отрезал Мерлин.

Арабелла вынула контракт, вызывающий у Мерлина такое раздражение, и захлопнула сумочку.

– Я уверена, что компания готова вести с вами переговоры по поводу вашего участия в проекте. – Учитывая, с какой явной неохотой он отнесся к сотрудничеству, они будут готовы на любые условия! – И, конечно же, подпишет соответствующий контракт, – ободряюще добавила она.

– Который расторгнут сразу же, как только им захочется, – презрительно ответил Мерлин.

– Разумеется, они этого не сделают! – с негодующим изумлением воскликнула Арабелла.

– А вам часто приходилось сталкиваться с Голливудом, мисс Атертон? – язвительно поинтересовался он.

Издательство «Атертон» не занималось такими вещами, так как в основном славилось выпуском педагогической литературы и учебников. Арабелла первая предложила издавать современную художественную прозу, и Мерлин, несомненно, являлся одним из самых популярных авторов. И прекрасно это осознавал, поняла она, вглядываясь в его голубые глаза.

– Ну, а вам? – едко переспросила она, зная, что с этим человеком многого не добьется.

Насмешка покинула его взгляд, уступив место прежнему угрюмому выражению, и четкие черты лица Мерлина снова стали жесткими.

– У меня нет... – начал было он.

– Папа, меня зачислили в команду по плаванию! – Дверь кабинета распахнулась, и на пороге появилась молодая особа, которая и сделала это восторженное сообщение.

Несмотря на высокий рост, она была еще очень юна, лет тринадцати или четырнадцати – подросток, уже не девочка, но еще и не женщина. На ее плечи шелковистыми волнами ниспадали волосы цвета воронова крыла, а в очертаниях яркого красивого лица не было и намека на детскую припухлость, которая так досаждает в этом возрасте. Фигура у нее была стройная, уже с намеками на женственные выпуклости. Через несколько лет она превратится в необыкновенно красивую женщину.

И она назвала Мерлина «папа»...

Арабелла посмотрела на него новыми глазами. Значит, где-то поблизости есть и миссис Мерлин?..

Удивляться этому, и даже чувствовать разочарование, смешно с ее стороны. Роберт Мерлин – самый привлекательный мужчина, которого она встречала в жизни. Естественно, что в его жизни должна быть женщина – а возможно, даже жена. Последнее не было просто предположением, доказательством чему служила дочь Мерлина.

– Пап, ты слышал, что я сказала?

– Разумеется, слышал, Эмма, – снисходительно проговорил он. – Но ты разве не видишь, что у нас гости? – И он кивнул в сторону Арабеллы.

В глазах девочки, таких же голубых, как у отца, вдруг появилась робость.

– Извините, – смущенно сказала Эмма. – Я не хотела вас прерывать... но мне не терпелось сообщить папе новость, – решительно закончила она.

Арабелла улыбнулась, вспомнив, как в детстве сама мчалась домой из школы, чтобы поведать отцу захватывающие новости. К сожалению, таковыми они казались только ей самой, отец же слушал безо всякого интереса. Но Роберт Мерлин не остался безразличным к словам дочери, просто сейчас он был занят беседой с Арабеллой.

– Ну разумеется, твоя новость важнее, а мой разговор с твоим отцом подождет, – заверила она девочку с улыбкой.