Соперник - Пенелопа Дуглас

Я застонал и закрыл глаза.

– Да, детка.

Мурашки пробежали по всему телу. Я больше не мог сдерживаться, потому что был сильно возбужден, а она – слишком сексуальна.

– Мэдок, – ее страдальческий шепот поразил меня прямо в сердце.

Я выгнул спину и вошел в нее так резко и глубоко, как только мог.

– А-а-ах.

Она кончала, подрагивая и постанывая, и я тоже не выдержал и кончил в нее, не переставая насаживать ее на себя.

Боже. Я зажмурился. Тело было напряжено до предела.

Никогда прежде я не кончал ни в одну женщину без презерватива. Кроме Фэллон. Когда-то, очень давно. Неудивительно, что печальные последствия не заставили себя долго ждать. У всего хорошего всегда есть цена.

Фэллон рухнула мне на грудь, и какое-то время мы просто лежали молча, без сил.

А потом она прошептала, уткнувшись мне в шею:

– Значит, Фэллон Карутерс.

И я сразу же перевернул ее на спину, готовый ко второму кругу.

Следующие двадцать четыре часа мы безвылазно проторчали в номере, и только спустя сутки наконец оторвались друг от друга, чтобы поговорить.

– У меня есть немного денег. Отец платит за мое обучение авансом и кладет деньги мне на счет. Сумма не бог весть какая, но на аренду квартиры хватит.

Я внимательно слушал ее, не открывая глаз.

– А у тебя оплачен колледж за следующий год? Или тебе нужны деньги?

Она несколько секунд молча подождала ответа, а потом ответила сама:

– Мы что-нибудь придумаем.

Мне пришлось закусить щеку изнутри, чтобы сдержать улыбку, но это не помогло. У меня вырвался смешок.

– Что смешного?

Не глядя на нее, я вздохнул.

– Фэллон, детка, все в порядке. Даже если родители прекратят нас финансировать, у нас не будет проблем с деньгами, – наконец объяснил я.

– В каком смысле?

Ее голос прозвучал резче.

– В самом прямом. Все в порядке, – сказал я, пожимая плечами. – Не переживай.

Когда я понял, что она не собирается вдаваться в расспросы, то открыл один глаз. Она смотрела на меня поверх ноутбука и выглядела так, как будто сейчас взорвется.

Недовольно вздохнув, я перекатился на бок и оперся локтем. Потом взял ее ноутбук, вошел в свой банковский аккаунт и развернул компьютер к ней экраном, затем, не дождавшись реакции, лег обратно и закрыл глаза.

– Боже мой, – тихо изумилась она. – И это все… твои сбережения?

Я хмыкнул.

– Все эти деньги – твои? – не унималась она.

Похоже, ей не верилось.

– И у твоего отца нет доступа к ним?

– Большая часть этих денег не имеет никакого отношения к отцу. Моя мама тоже из, мягко говоря, не бедной семьи. Она отдала мне мою долю наследства, когда я окончил школу, – объяснил я.

Я редко пользовался деньгами с банковского счета. Отец и без того оплачивал все мои расходы и завел мне кредитку на случай, если не будет наличных. Он хотел контролировать меня, а доступ к истории операций по кредитке давал ему возможность видеть, что я делаю, когда его нет рядом. Не то чтобы он мне не доверял. Просто таким образом он ощущал себя причастным к моей жизни.

Посмотрите, Мэдок заправил машину в восемь утра в субботу. Должно быть, возвращается домой с вечеринки.

Гляньте-ка, Мэдок купил запчасти. Видимо, скоро участвует в гонке. Или вот еще. Мэдок сходил в закусочную. Хорошо, что он не ходит голодный.

– Твоя мама отдала такие деньжищи подростку?

Открыв глаза, я сердито посмотрел на Фэллон и грустно усмехнулся.

– Эй, я, вообще-то, заслуживаю доверия. Сама знаешь, – улыбнувшись тому, как она подняла брови, я продолжил: – Отец тоже откладывал для меня деньги, и треть их я получил, когда поступил в колледж. Эти сбережения тоже на счете. Вторую треть я получу, когда закончу учебу, а последнюю – когда мне исполнится тридцать. Но даже если папа не отдаст мне оставшиеся две трети, у нас все равно денег на жизнь более чем достаточно. – Я похлопал рукой по ноутбуку, ссылаясь на баланс моего счета. – Ты с понедельника вернешься в колледж, а я переведусь из Нотр-Дама в Северо-Западный. И найдем жилье в Чикаго.

Я заложил руки за голову и ждал, что она скажет. Мне было очень приятно слышать, что Фэллон готова потерять все свои сбережения ради меня, но я никогда не позволил бы этому случиться.

Она сжала губы и прищурилась.

– Ты ведь распланировал все это заранее, да?

– Конечно, распланировал, – лучезарная самодовольная улыбка озарила мое лицо. – Не думаешь же ты, что я завел жену, о которой надо заботиться, а у меня и плана нет?

Потянувшись, я обхватил ее за шею и притянул к себе. Но как только она закрыла глаза в ожидании поцелуя, я лизнул ее в нос и плюхнулся обратно, закрыв глаза.

– Только не пытайся развестись со мной и отсудить половину, – угрожающим тоном подметил я.

– Фу, как грубо, – недовольно фыркнула Фэллон, вытирая с носа слюни.

Я слышал, как она закрыла ноутбук и как заскрипела кровать, прогибаясь, когда она взобралась на меня. Я хотел положить руки ей на бедра, но она схватила их и прижала к кровати по бокам от головы.

– Неа, – покачал головой я. – Я устал. Так что мы не будем этого делать. Ты меня не заставишь.

Но было уже слишком поздно. Я чувствовал на себе ее вес, ощущал животом тепло и уже тянулся к ней бедрами, когда ее влажное дыхание заставило кровь вновь хлынуть к паху.

Черт.

Я снова был в полной боеготовности, но мне нужно было поспать. Я не хотел, но это было необходимо. Она потянулась к моей шее и вцепилась в нее зубами. Я поднял голову, чтобы ей не мешать.

– Детка, – сдавленно простонал я, – будь моя воля, я бы никогда не покинул эту комнату. Сними с себя мою футболку. Сейчас же.

В дверь постучали. Мы оба обернулись на звук.

– Мэдок Карутерс! – позвал кто-то строгим голосом.

Фэллон посмотрела на меня круглыми глазами. Я отстранил ее.

По дороге к двери мне стал очевиден мой промах. Нужно было попросить Джареда зарегистрировать номер на него. Мне хватило ума не пользоваться кредиткой, но я не думал, что отец будет тратить время на обзвон всех гостиниц в Чикаго в поисках меня.

– Да! – ответил я, открывая дверь и в ту же секунду роняя челюсть.

Копы? Какого черта?

– Мы хотели бы задать вам несколько вопросов, – сказал тощий темнокожий офицер, держа руку на дубинке.

Я решил не воспринимать это как угрозу. А может, стоило? Вторым копом была женщина, рыжеволосая, средних лет.