Блейз Уиндхем - Бертрис Смолл

Он мгновенно оторвался от раздумий и,склонившись, поцеловал ее.

— Давай сначала покончим с более приятнымзанятием, моя простушка, — предложил он, — а затем поговорим.

Несколько минут он ласкал ее соски, зная, чтоэто возбуждает Блейз, а затем вонзился в нее с такой яростью, как никогда неделал прежде, проникая в самую глубину ее лона в приливе растущей страсти.Запрокинув ее руки за голову, он грубо впился в ее губы.

Генрих — восхитительный возлюбленный, думалаона.

Ему точно известно, как расшевелить ее,заставить исполнять его желания. Он научил Блейз тому, что не моглопредставиться даже самому извращенному воображению, и хотя он всегда был силени любил подчинять ее себе, он ни разу не прибегал к жестокости. И сегодня онлюбил ее, пока оба не упали в изнеможении, тяжело дыша.

Он взял ее за руку и, повернув, поцеловал владонь.

— Я хочу, чтобы ты вышла замуж, —деловито произнес он, и эти слова заставили Блейз затаить дыхание.

— За кого? — с трудом выговорилаона.

— За Энтони Уиндхема, — ответилГенрих, приготовившись к буре, которую, несомненно, должны были вызвать егослова.

— За Энтони Уиндхема? — она отбросилаего руку и рывком села, не сводя глаз с лица Генриха. — Господи, чем же яне угодила вам, если вы решили выдать меня за человека, который убилЭдмунда? — Слезы заструились по ее разрумянившимся щекам, и Генрих испыталугрызения совести, ибо не мог видеть плачущих женщин.

— Энтони не убивал своего дядю, Блейз. Ялично распорядился провести расследование. Неужели ты еще сердишься на него?

— Сержусь? Да я его презираю!

— И тем не менее он пообещал твоему мужу,который умер у него на руках, жениться на тебе и защищать твоих детей, —возразил король. — Сегодня Уиндхем прибыл ко двору и рассказал мне обэтом. Как же я могу не выполнить предсмертную волю твоего мужа? Разве тыспособна ослушаться его?

— Я никогда не слышала о предсмертныхсловах Эдмунда, — подозрительно проговорила Блейз. — Я не верюЭнтони!

— Но зачем ему лгать, Блейз? Он рассказалмне, что не мог признаться во всем сразу же потому, что ты была убита горем. Онсобирался обо всем рассказать тебе этой весной, но когда приехал в Эшби иобнаружил, что тебя там нет, твоя матушка уговорила его подождать до осени, доофициального окончания траура.

— Шестнадцатое сентября… — проговорилаБлейз и вдруг вскрикнула:

— О, как он бессердечен! Он явился сюдашестнадцатого сентября! Вы знаете, что это за день? Сегодня четвертая годовщинанашей свадьбы с Эдмундом Уиндхемом!

— По-моему, он об этом даже не вспомнил,Блейз, — мягко заметил король.

— А в канун Дня Всех Святых будетгодовщина смерти Эдмунда… — печально добавила она.

— Свадьба состоится в моей часовне пятогоноября, — сообщил король. — Я сам поведу тебя к алтарю. Я пообещалЭнтони Уиндхсму, что скажу тебе об этом сегодня вечером, — стало быть,дорогая, сегодня мы в последний раз вместе.

Завтра будет объявлена твоя помолвка с эрломЛэнгфордским. Я не намерен наставлять ему рога — мне известно, что он гордыйчеловек.

— Я не выйду за него, — упрямовыпалила Блейз. — Ни за что!

— Тогда, — усмехнулся ГенрихТюдор, — ты выйдешь замуж за Томаса Сеймура — но так или иначе свадьбасостоится пятого ноября, моя деревенская простушка, — в голосе короляотчетливо послышались упрямые нотки.

— Неужели вы готовы отдать меня ТомасуСеймуру?

Этому негодяю, который каждый день будетразносить по всему двору сплетни о том, как он любил меня, и хвастаться, чтоотбил у вас любовницу?

Король об этом не подумал и теперь решил ненастаивать: брак с Томасом Сеймуром оказался неудачной и глупой выдумкой.

— Этого я не учел, дорогая, —признался он. — Но я не потерплю непослушания, Блейз Ты станешь женойЭнтони Уиндхема! А теперь, — продолжал он, притянув ее к себе, — небудем тратить времени — у нас его и так почти не осталось…

— Ушам не верю! — закричала Блисс,услышав эту новость на следующее утро от сестры. — Король отказался оттебя? Ради этой дряни Болейн? Да, я знаю! Должно быть, правду говорят, что онаведьма, — это не иначе как колдовство!

— О черт, Блисс! Придержи язык! —предупредил Оуэн Фицхаг свою прелестную жену.

— Мы, кажется, в своей комнате! —фыркнула в ответ Блисс. — Или и здесь я не имею права говорить то, чтодумаю?!

— Только не во дворце короля! —отозвался ее муж. — Ты пробыла при дворе уже достаточно долго, чтобызнать, что и стены имеют уши, — он повернулся к Блейз. — Так будетлучше, Блейз.

— Я не любила его, Оуэн, и потому моесердце не разбито. Я всегда знала, что когда-нибудь мне назначат содержание иотошлют от двора. Но выйти замуж за Энтони Уиндхема! Только это меня итревожит. По ночам мне еще снится Эдмунд и синее личико моего сына. И потом ябеспокоюсь за Гэла, ибо Блисс права. Мистрис Анна словно околдовала его и,боюсь, не с добрыми намерениями. Видишь ли, Оуэн, мне лучше других известно,что Гэл — всего лишь мужчина, такой же, как все другие. Понимаю, ему нужнажена, чтобы рожать сыновей, и хотя мистрис Анна наверняка повторит мой путь ипуть своей сестры, она может причинить королю немало бед.

Оуэн кивнул, поняв вдруг, чем Блейз привлеклавнимание короля. Такую доброту редко встретишь у женщин, и, кроме того, онабыла совсем не глупа.

— Ему будет недоставать тебя, — тихопроизнес эрл Марвудский. — По ночам он будет просыпаться, искать тебя ивспоминать, что натворил.

— А как же Энтони Уиндхем? —напомнила Блисс. — Что, если он сказал королю правду? Неужели он отважилсясолгать ему?

— Это тоже беспокоит меня, —призналась Блейз. — Зачем ему понадобилось лгать? Причин я не вижу,значит, остается предположить, что он сказал правду. Но нет ничего лестного дляменя в том, что он попросил у Гэла позволения жениться на мне из чувства долга.Будь проклят этот ублюдок!

Тут в дверь постучали, и Бетти впустила ЭнтониУиндхема. Оуэн Фицхаг шагнул ему навстречу с раскрытыми объятиями.

— Как приятно видеть тебя. Тони! Если яправильно понял, скоро мы породнимся.