Тринадцатая невеста, или попаданка на драконью голову - Милен Маквил

В Дариовар я прибыла с утра пораньше и тут же отправился в горы, начать поиски цветка.

Я, наверное, облазила все скалы и ущелья, пока не поняла, что мои ноги сами идут к тому самому бездонному колодцу.

Иду вперёд, иногда останавливаюсь и уговариваю себя повернуть назад, но тут же отмахиваюсь от всех тревожных мыслей и продолжаю идти вперёд.

Вот эти скользкие, словно пламенем слизанные, каменные выступы над бездной.

Опускаюсь на корточки и аккуратно двигаюсь к краю, чтобы заглянуть в бездну, а вдруг там всё же есть способ спуститься вниз и при этом не свернуть себе шею.

Заглядываю вниз. Темно.

Хмурюсь, оглядываю край выступа, чтобы найти способ начать спуск вниз, в бездну, только понимаю, что цепляться здесь не за что.

Хотела было уже отползти подальше от края колодца, но чей-то увесистый пинок под мой зад и я лечу в дыру.

Сказать, что вся моя жизнь пролетела перед моими глазами, не скажу, а вот то, что виновника моего полёта ждёт мучительно-медленная смерть, это гарантировано.

Миг и наступила темнота…

От Аэрлиса.

С тех пор, как Астрид занялся поисками мифического цветка — антикуин, который якобы может излечить любой недуг, она словно отдалился от меня. Подолгу сидит то в одной библиотеке, то в другой.

Маланисор узнав о теме её работы, позволил ей не посещать остальные занятия, и моя супруга вообще закопался в книгах.

Прерывалась она в основном на сон и еду, и то на еду она обычно отрывалась, когда я ей об этом напоминала в сотый раз, или когда просто уносил на своих руках.

Что же касается сна, то обычно она засыпала глубокой ночью за столом, могла вообще не спать до утра, а могла и вскочить с постели по среди ночи и побежать обратно к своим книгам.

Глядя на всё это, я уже начал сожалеть, что утянул её тогда, раньше времени на каникулы, наверняка тогда она выбрала себе тему для диплома полегче, да и от моей помощи не отказывалась, видите ли, она всё хочет сделать сама.

Эх. Для чего же тогда муж нужен, если не помогать супруге?

А потом, утром, она объявила, что нашла предположительное место, где может цвести антикуин и я на мгновение вздохнул с облегчением, но лишь на мгновение. Астрид объявила, что отправится туда одна, я хотел было начать возражать, но моё сокровище объявило что хочет, чтобы я её встречала с тортиком, и что она очень быстро вернётся.

Немного подумав, я согласился. Ладно уж, встречу. А вот когда я спросил, какой она хочет торт, то упал в осадок. Нет, не сразу, а когда до меня всё же дошло, что она хочет клубничный торт с селёдочным кремом.

А разве такой бывает?

Пришлось теперь мне засесть за книги, попутно через ментальную связь узнавать у матери, знает ли она что-нибудь про такой торт.

Ма лишь хмыкнула в ответ и посоветовала селёдку моей жене не давать, а то пить сильно хотеть будет, а от воды ноги отекают. Да и вообще сладкое вредно, клубника может вызвать диатез, а от сливок полнеют.

Это как же делать клубничный торт с селёдочным кремом, и без всех этих ингредиентов?

Ближе к трём дня, у меня на душе стало тревожно. Сначала списываю на то, что у меня не получались бисквитные коржи, а я ведь хотел всё сделать саморучно, а не с помощью магии, только ничего не получалось.

Ближе к пяти, меня вдруг осенило, что тревога моя относится не к коржам, а к Астрид. И тут же всё становится на свои места, Астрид отправилась в Дариовар, а там эта чёртова бездна.

Я тут же открываю портал туда, побросав свою работу.

Выйдя из портала, замираю на мгновение, увидев, как Ндак толкнул Астрид в пропасть.

Вопрос за что, не возникал, наверняка Моинэль приказал, а этот для него всё сделает, было лишь мгновение, чтобы кинуть в него парализующие заклинание, принять свой драконий облик и кинуться к бездне, чтобы попытаться спасти любимую.

Но не тут то было.

Огромную дыру, словно купол, накрыл барьер.

Я попытался пробить его ударами своих лап и хвоста, но понял, что это бесполезно. Это единственный барьер, что не подвластен моей силе и магии, как и тогда, когда горгона отравила Астрид своим ядом. Но я не вправе отчаиваться, от этого зависит жизнь моей жены. Единственное утешение для меня, если барьер держится, значит и она жива.

Поняв что барьер не сломать, я приземлился на край бездны и начал копать.

Да копать в камне дыру невозможно, но когти дракона очень прочные и они раз за разом оставляли борозды, а что мне надо? Лишь дыру, в которую я смогу пролезть в человеческом облике.

Копал я долго, упорно, стирая когти в кровь и когда солнце скатилось к горизонту, меня охватило отчаяние.

— Ты же обещал Истар, ты обещал, что если мы найдём, друг друга в этом мире, то мы будем вместе! — проревел я в небо, во всю мощь своих драконьих лёгких.

В небе совсем рядом громыхнуло, сверкнула молния, хотя на небе не было и облачка, не говоря про тучи.

На земле что-то дёрнулось, а когда я посмотрел туда, то увидел, что Ндак отошел от заклинания и пытается удрать, снова насылаю на него паралич под звуки треска, словно стекло бьётся, и, обернувшись, вижу, как барьер осыпается вниз, в бездну, сверкающим дождём.

Не медля кидаюсь туда же, в темноту.

* * *

Слышал, что находились смельчаки, которые пытались достичь дна, но так и не находили его, а если и находили, то не могли об этом рассказать, поскольку не возвращались обратно.

И не удивительно, если сначала летев вниз я пытался найти хоть один уступ, за который могла зацепиться Астрид, то очень быстро понял, что стены здесь со всех сторон гладкие и зацепиться за что-нибудь, невозможно.

После пары часов полёта вниз, действительно реальных пары часов, я даже устал падать, моё тело достигло всё же дна бездны, разум к этому времени взвывал к всевышнему, когда же всё это закончится?

А бездна оказалась не такой уж и ужасной.

Здесь, внизу, оказывается большая пещера размером с трёхэтажный дом, при этом тут было светло, словно ты на поверхности,