Тень с запахом гвоздики - Орлова

— Почему ты так думаешь? — рассеяно спросила Алиса.

— Я не знаю. Но я смотрю на него и у меня мурашки по коже.

— У тебя? Мурашки?

— Да. Но для тебя мое мнение все равно не имеет значения. Я просто очень надеюсь, что твое увлечение им пройдет так же быстро, как с остальными.

— Твое мнение имеет большое значение для меня, как ты так можешь говорить?

— Но ты же не перестанешь с ним общаться из-за моего мнения, ведь так?

— Может быть и перестану, если пойму, почему не стоит этого делать. А пока я не понимаю.

— Тебе нужны аргументы?

— Типа того, наверное, — неуверенно сказала Алиса.

— У меня их нет, — Тема развел руками и снова взялся за рубашку. — В этом и проблема. Я не могу объяснить этого. Но он мне кажется опасным для тебя. Не знаю, то ли он не в себе, то ли… Я не могу этого объяснить! Просто он будто… не живой какой-то, понимаешь? Вроде говорит, двигается, смеется. А глаза холодные, безжизненные.

Алису что-то кольнуло внутри и по телу пробежала дрожь. Она смотрела сквозь Тему, погружаясь в воспоминания об их с Ле́роном первой встрече, первом разговоре, об ее первых впечатлениях и ощущениях о нем. Тема говорил почти ее же словами.

— Как какая-то мультяшка, — продолжал он. — Только из очень нехорошего мультика. Я знаю, что это звучит как бред, но ты сама настояла. Я очень хочу уберечь тебя, но понимаю, если буду давить, то сделаю только хуже. Такая уж ты упрямая… Честно, я до сих пор порываюсь отменить свою поездку.

— Перестань, — отмерла Алиса. — Ты меня пугаешь. Это всего лишь твое впечатление, он ничего плохого не делал. Наоборот, вон Лизе помог.

— Да, ты права, прости. Но ничего не могу поделать со своими мыслями. Одно радует, что ты встречаешься с ним в людных местах.

— Так, хорошо, я тебя поняла. И мне правда важно твое мнение, — Алиса подошла к Теме и обняла его, уткнувшись в грудь. — Обещаю, с этого момента я буду осторожнее и еще присмотрюсь к нему, идет? И обещаю не делать глупостей. Только не отменяй поездку, Умар тебе этого не простит.

— Надеюсь, что и правда обойдешься без глупостей…

— Эй, ты что, не веришь в меня? — Алиса шутливо стукнула его кулаком по груди и посмотрела в глаза.

— Верю, но ты еще такая доверчивая…

— Ой, все, — Алиса развернулась и пошла на кухню. — Чай будешь?

— Буду.

Алиса поставила греться чайник с водой, полезла за кружками и стала выбирать пакетированный чай: у Артемия была внушительная коллекция.

— Мне с чабрецом, — бросил он через плечо.

— Ага, — Алиса закинула чайный пакетик в одну кружку, потом еще немного подумала, выбрала чай для себя и тоже водрузила в кружку. Тут она вспомнила кое-что и развернулась лицом к Теме. — А все-таки, чего я от тебя утаиваю?

Артемий снова прекратил складывать вещи и выпрямился. Он вздохнул, его плечи ссутулились, будто от усталости.

— Я ничего конкретного не имел в виду, не цепляйся к словам, пожалуйста, — он повернулся к Алисе и серьезно посмотрел ей в глаза. — Я точно знаю, что ты не всем со мной делишься, в отличие от Лизы. И это нормально. Но также и нормально, что и я не всем делюсь с тобой.

— Хм, — ответ звучал вроде разумно, но не нравился Лисе. Ей казалось, что он лукавит, но не стала продолжать эту тему. В любом случае он был прав, она не все ему рассказывает, и он имеет право поступать так же. Все по-честному.

А вот насчет Ле́рона он, скорее всего, был неправ. Просто он непривычен для них и только поэтому вызывает опасения, как вообще у человеческого мозга вызывает опасение все новое, неизведанное. Но, несмотря на это, Алиса действительно намеревалась сдержать свое обещание и приглядеться к социологу получше.

Вернувшись в комнату с двумя кружками чая и поставив одну на стол, она села на диван и задумчиво уставилась в окно, зажав в руках свою кружку. Когда Артемий сел напротив, она перевела свой взгляд на него и сжала губы. Артемий заметил это и спросил:

— Что такое?

— Да нет, ничего, — попыталась отвертеться Алиса и снова уставилась в окно.

— Ну уж нет, говори. Я же вижу, что тебя что-то мучает.

— Ну… Да. Только я не знаю, как правильно выразить свою мысль, — Алиса подула на горячий напиток и сделала глоток.

— Как есть, так и выражай.

Алиса лишь скривила губы.

— Я все равно теперь не отстану, придется говорить. Иначе надумаю себе сам всякого и может быть хуже, — Артемий прищурился. Алиса взглянула на него и улыбнулась.

— Ладно, — сдалась она. — Но обещай, что, хотя бы, постараешься воспринять мой вопрос адекватно.

— А когда было по-другому?

— Ну… всякое может быть… В общем, Лиза считает, что моя дружба с Ле́роном очень похожа на дружбу с Сашей… Ты тоже так думаешь?

— Хм, — Артемий нахмурился. Тоже сделав пару глотков чая, он произнес: — Если честно, то вообще да, очень похожа. Я сам об этом думал недавно, интересно, что и Лиза об этом заговорила. Значит, я не спятил.

Алису сразу расстроили слова Артемия. Она надеялась, он не согласится с Лизой и тем самым успокоит ее.

— Может, ты просто ревнуешь, как ревновал к Саше?

— Если это и так, то это тем более делает ситуации похожими. Но к Ле́рону раньше я не ревновал, это точно. Но после субботы… Не знаю, наверное, и правда начинаю ревновать.

— Ага! Вот об этом ты мне не хотел говорить? — осуждающе взглянула на него Алиса.

— Ну что-то вроде, — признался Артемий. — Я не знаю, что на самом деле ты испытываешь к нему, я все-таки хотел бы тебе доверять в этом плане. Но вот он точно не относится к тебе как к просто другу.

— Брось! Вот это ты точно надумываешь, — фыркнула Алиса. — С чего ты это вообще взял?

— Ты можешь не воспринимать мои слова всерьез, но я говорю о том, что вижу и чувствую. Не только ты умеешь понимать людей. И уж тем более мужчин.

Алиса поджала губы, но не стала спорить дальше. Она снова задумалась, попивая чай. Артемий сделал тоже самое. Комната погрузилась в тишину, лишь сквозь окна стали слышны звуки оживленной улицы. Мог ли быть Артемий прав? Теоретически, да. Могла ли она не замечать чего-то или просто не придавать