Ночь герцогини - Элоиза Джеймс

16 марта 1784 года

Вечером следующего дня

Джем бесшумно выскользнул из спальни Юджинии, и ноги сами понесли его в комнату Гарриет. Сердце у него пело. Кризис миновал. Юджиния чувствовала себя намного лучше.

Скоро она поправится. Доктор тоже так сказал. Опасность миновала – Юджиния будет жить.

В коридоре его нагнал спешивший куда-то мистер Эйвери.

– Игра без вас уже не та, что раньше. Нам очень вас не хватает, Стрейндж, – покачав головой, сказал он. – Кстати, как ваша дочь?

– Уже лучше. Возможно, я даже сегодня вечером составлю вам компанию.

– Кстати, вы не видели Коупа? Не знаете, он присоединится к нам сегодня вечером?

– Конечно. Можете не сомневаться.

Эйвери принял это со своей обычной невозмутимостью.

Сердце у Джема пело. Очень скоро их жизнь вновь войдет в привычную колею. Если, конечно, не считать того, что она уже никогда не будет такой, как прежде, потому что все изменилось. Вся его жизнь изменилась – ведь теперь у него есть Гарриет.

Кое-как отвязавшись от Эйвери, Джем выждал какое-то время и толкнул дверь в комнату Гарриет.

Сидя за столом, та писала что-то. Джем на цыпочках подкрался к ней сзади – в глазах его прыгали смешливые чертики. Он осторожно потянул за кончик ленты, стягивающей ее волосы, и они рассыплись по плечам.

– Я уже соскучился, – глухим от нетерпения голосом прошептал он. – Ты даже представить себе не можешь, как мне тебя не хватало!

Гарриет на мгновение застыла, наслаждаясь его близостью. Потом обернулась – на губах ее играла обольстительная улыбка.

Джем, задыхаясь, опрокинул ее на стоявшую тут же, в двух шагах от них, кровать... Он хотел любить – и одновременно видеть ее, наслаждаться ее изящным соблазнительным телом. А Гарриет... Гарриет, похоже, желала этого ничуть не меньше, чем сам Джем.

Отбросив всякий стыд, забыв о скромности, она раскинулась перед ним, обвив ногами его бедра, предлагая ему себя точно изысканное лакомство, – и Джем, не задумываясь, откликнулся на ее призыв.

Но если он рассчитывал, что она будет молчать, то здорово ошибался – возможно, другая женщина нашла бы в себе силы воздержаться от комментариев, но Гарриет не была бы Гарриет, если бы смогла держать рот на замке.

– Глубже! – облизнув губы, скомандовала она. Губы Гарриет, вишневые, чуть припухшие, сводили Джема с ума. Рывком, вонзившись в нее, он со стоном впился поцелуем в ее рот.

Когда они любили друг друга – то жадно и просто, то неспешно и изощренно, – всем существом его овладевало пронзительное, непередаваемое словами ощущение. Описать то, что он чувствовал в такие минуты, было невозможно.

Да он и не пытался. Вместо этого Джем дал Гарриет подремать несколько часов, а потом принялся осторожно тормошить ее.

– Вставай, Гарриет, – приговаривал он. – Пора просыпаться.

Гарриет, что-то проворчав, попыталась сунуть голову под подушку. Губы у нее припухли и слегка потрескались – виной этому были неистовые поцелуи, которыми осыпал ее Джем. Он вдруг почувствовал, как в нем вновь просыпается возбуждение. И, как большинство мужчин на его месте, молниеносно прикинул, что лучше – повторить все заново или подождать? Подождать, ответил он себе.

– Натягивай снова свои панталоны, – скомандовал он. – Нас ждут.

– Кто же? – сонно пробормотала она.

– Игра. Ты забыла? – проговорил Джем, поцеловав ее. – Держу пари, они уже соскучились по нас с тобой. Я дал слово, что вечером мы оба присоединимся к ним за карточным столом.

Гарриет сонно заморгала.

– Игра все еще продолжается? Без тебя?

– Конечно. А ты как думала?

– И они уверены, что сегодня ты составишь им компанию?

–Да. Они надеются, что хозяин дома и мистер Коуп вместе с ним снова примут участие в игре. Я уже сказал Поуви, чтобы оставил за нами места под номером семь и восемь. – Джем украдкой скользнул взглядом по бедрам Гарриет и с трудом подавил вздох.

Смерив его неодобрительным взглядом, Гарриет села в кровати.

– Ты хочешь сказать, что вся эта одержимая игрой толпа безумцев все еще торчит в доме? – недоверчиво переспросила она. – Неужели ты действительно дал слово, что сегодня вечером присоединишься к ним за карточным столом?

– Неужели игра тебе надоела? – вопросом на вопрос ответил Джем, вставая на ноги. – Конечно, я могу пойти и один, если тебе не хочется, но мне кажется, им здорово не хватает тебя. Впрочем, уверен, Поуви без труда найдет желающего занять кресло под номером восемь. – Джем подошел к камину. – Кстати, забыл тебе сказать... Юджиния сегодня за ужином съела два яйца!