Прости за любовь - Федерико Моччиа

Алессандро гладит ее по волосам, убирает их осторожно с ее лица. И улыбается ей. И снова напевает: «Я так хочу, чтобы ты была искренней». И целует ее. Долгим, нежным поцелуем, как бы говоря: я хочу влюбиться, Ники, я хочу любить и быть любимым, я хочу мечтать, создать что-то, я хочу уверенности. Попробуй понять. Я хочу забыть все, что случилось со мной за эти двадцать лет. Когда в моей жизни не было тебя. Может ли поцелуй передать эти мысли? Это зависит от того, умеют ли читать губы, получающие его.

И вдруг раздается резкий голос. Их застают врасплох.

– А! Я вас застукал! Я так и знал, что что-то здесь не так!

Алессандро и Ники отстраняются друг от друга. Прямо перед ними, в открытом окошке «мерседеса», как в рамке, ужасное изображение.

В темноте к ним незаметно подошел Маттео, младший брат Ники. Он смеется, в руках у него сотовый телефон. Это «Нокия N73», маленькая, с закругленными краями, с памятью 42 Мб и главное… с 3,2 мегапикселя для фотографирования и съемок фильмов высочайшего качества. Короче, один из тех телефонов, который может все. Ники выходит из машины.

– Маттео, я тебя убью!

Маттео отбегает на несколько метров.

– Я тут снял неплохой фильм и несколько фото сделал. Хотел сразу же переслать маме, но, думаю, пошлю ей только mms. Попробуешь отнять телефон – сразу нажмется отправка. И тебе конец. О! – Маттео смотрит на Алессандро. – А это кто такой? Он хотел тебя изнасиловать и ты согласилась?

– Маттео, заткнись! Иди домой, я сейчас приду.

– Но кто это – твой новый парень?

– Я сказала тебе – иди домой!

– Да плевал я, ты не в том положении, чтобы командовать, понятно?

Ники бежит за ним, но он с ловкостью одиннадцатилетнего мальчишки уворачивается и, отбежав, встает между двумя припаркованными машинами.

– Маттео, иди сюда. Подойди, если ты такой храбрый.

– Да, конечно, а ты у меня телефон отберешь! За идиота меня держишь?

– Маттео, не стой посреди дороги, это опасно.

– Спасибо за совет, sister, я иду домой, а потом мы с тобой обо всем поговорим, понятно?

– Да. Да, давай иди…

Маттео не двигается с места.

– Ну так что, ты идешь?

– Ники, ты не выделывайся… Мама послала меня позвать тебя к ужину. А я видел, как ты выходила. Но я бы никогда не подумал…

Ники пробует схватить его между машинами, но Маттео уже выскочил и снова отбежал на приличное расстояние.

– Может, хватит?

– О’кей, я ухожу. До свидания, господин… – Он отвешивает вежливый поклон в сторону Алессандро и идет к дому.

Ники возвращается в «мерседес».

– Видишь? Сегодня у нас было знакомство с братьями-сестрами.

– Но сколько ему лет?

– Только что одиннадцать исполнилось.

– И он уже такой продвинутый?

– Он все подряд читает, все знает, играет во все игры, постоянно торчит в интернете… Это он составил мне список разницы в возрасте известных людей.

– Очень мило с его стороны.

– Да, очень… взамен он попросил два билета на состязание по реслингу. Мой дорогой братец дорого мне обходится…

– Даже боюсь подумать, во сколько тебе обойдется заставить его уничтожить фотографии и фильм.

– Да ладно, он же знает, что я ничем не рискую. Это был просто поцелуй. Вот если бы он весь вечер снимал фильм про жасминовый куст, пришлось бы просить тебя о помощи… он просто зациклен.

– В смысле?

– У моего брата есть мечта. Он любым способом хочет заполучить мотоцикл «Харлей Спортсер XL 883 c», самый дорогой. Вот он и ходит с отцовским телефоном, когда ему удается его взять, потому что качество выше, – в надежде застукать какого-нибудь VIPа, заснять его и развести на деньги. Или послать фотографии в какой-нибудь скандальный журнал.

– Неглупо для одиннадцатилетнего. Уже нетрудно представить его будущее.

– Ну, я надеюсь, он вылечится от этой своей идеи фикс о деньгах.

– А мне он показался симпатичным. Я могу взять его к нам как молодого фильмейкера; это мог бы быть рекламный ход: первый фильм одиннадцатилетнего парня!

– Главное, чтобы он не запустил в Сеть фильм про нас! Ладно, я тебе потом расскажу, как прошли переговоры.

Ники наклоняется и целует его в губы, закрыв их лица обеими руками. И выходит из машины.

– В любом случае нам надо осторожнее быть… Везде враги.

– Ясное дело, – смеется Алессандро.

– Если только…

– Что «если только»?

– Если только ты не познакомишься с моими родителями.

– А, это как Бен Стиллер, «Знакомство с родителями», там чего только не было…

– Да, только не думаю, что мои родители будут так сильно смеяться.

– Ну, если только твой отец не окажется Джеком Бернсом…

Ники закрывает дверцу.

– Да ладно, я пошутила. Уверена, что с тобой они найдут общий язык.

Алессандро улыбается:

– Я скажу тебе, когда буду готов. В частности, когда я буду уверен, что найду с ними общий язык…

Он заводит мотор и трогается. Глядя в боковое зеркало, видит, что она машет ему рукой. Потом поворачивается и идет к дому. Какая чудная девушка! Да и брат симпатичный. Надо же, такой маленький, а уже шантажист! Но ведь пороки не передаются от брата к сестре. Или передаются? И на мгновение ему становится страшно. Но он тут же вспоминает что-то и улыбается: страх надо испытывать только перед сегодняшним вечером. Его родители ждут его к ужину.

Глава пятьдесят восьмая

Энрико только что вернулся домой.

– Любовь моя, ты дома? – Он вешает пиджак на спинку стула в гостиной.

– Я здесь, иду.

Камилла неожиданно появляется в дверях спальни.

– Извини, я не слышала, как ты вошел, говорила по телефону…

Она быстро его целует. Берет пиджак и уносит его. Энрико идет за ней следом. И когда она открывает шкаф, обнимает ее сзади. И, вдыхая аромат ее волос, целует в шею.

– С кем ты разговаривала?

Камилла вешает на место пиджак, закрывает шкаф и высвобождается из его объятий.

– Да ты ее не знаешь. Одна девушка из спортзала. Они хотели на следующей неделе устроить ужин по поводу окончания года. Приготовить поесть или пойдем куда-нибудь?

– Нет-нет, я устал, давай дома останемся.

– Я тоже очень устала. И завтра надо рано вставать.

Энрико идет за ней на кухню и смотрит, как она накрывает стол скатертью.

– Куд а ты должна ехать?

– Мама попросила меня отвезти ее за тканью. Она собирается поменять занавески.

Энрико снова смотрит на