Клятва Белоснежки - Анна Бахтиярова

Однако в этой истории оставалось одно огромное «но». Стас Александровский! Звездный мальчик никогда не отрицал вину.

Но Оля будто догадалась, о чем думает Жанна.

— Соня перепугалась насмерть. У нее как раз поездка за границу намечалась на всё лето, плюс отец по возвращению обещал оплатить курсы компьютерного дизайна. Он считал это блажью, но Соня вела себя хорошо и год закончила с неплохими оценками, вот папочка и сдался. Соня понимала, что ее репутация «хорошей девочки» рассыплется в прах. В том числе, в глазах родителей. В глазах отца! Вот и рванула к брату. Чуть ли не в ногах валялась. Все ведь подумали на него. И не удивились. Это же Стас Александровский! Кошмар нашего городка! Не знаю, почему Стас согласился взять на себя вину. Видать, пожалел дуру-сестру. Или же был не такой сволочью, как все считали. Вот только… досталось ему тогда крепко. Отец с ним до самой смерти не разговаривал. Отрекся раз и навсегда. Считал конченым человеком, раз он совершил такую подлость. Соню это мучило. Тем более, Стас перестал с ней общаться. Всё стерпел, не выдал, но вычеркнул сестру из своей жизни. Поступил, как отец с ним. Соня переживала, но смелости признаться ей так и не хватило. Реакция отца была страшнее мук совести. Мы с Катей тоже не лезли, сидели тихо. Правду так никто и не узнал.

Жанна молчала. Серое ноябрьское утро внезапно окрасилось во все цвета радуги. Стас не рассылал те фото! Не совершал страшную подлость! Не Стас разрушил ее жизнь, а пятнадцатилетняя бестолковая девчонка! Девчонка, которой давно нет в живых.

Ох…

Ну и Соня…

Катя тоже виновата. Еще как! Хотя не она нажимала кнопку «отправить». Что до Оли… Она права. У нее просто был длинный язык.

— Я знаю, что не заслуживаю прощения, Снежанна, — Оля всхлипнула. — Понимаю, что не простите. Но я должна была покаяться, признаться. И имя Стаса обелить. Столько лет прошло, а легче от содеянного не стало. Наоборот, чем больше исполняется, тем сильнее осознаю, какая это была мерзость.

Жанна чуть не спросила, а Катя случаем не желает покаяться. Но сдержалась. Вряд ли. Катя тоже было девочкой звездной. Не такой, как Стас. Но всё же. Оля-то знает, каково по ту сторону, примеряла роль серой мыши. Потому, наверное, и пришла.

— Оля, спасибо, что всё мне рассказали, — проговорила Жанна поднимаясь. — Мне было важно всё это услышать. Считайте, что искупили вину.

* * *

Жанна не смогла остаться в офисе. Вызвала такси и поехала в один из спальных районов города. Но сначала откопала личное дело Стаса. Безумие! Она не знала адреса «жениха»! Подъезжала к дому однажды, но не видела таблички с названием улицы и в квартиру не поднималась. Сердце колотилось, как бешенное. Жанна понятия не имела, что скажет Стасу. Не представляла, как открыть чувства. Ведь она не делала этого прежде. Да и подобных чувств не испытывала ни к кому и никогда.

А вдруг Стасу надоела вечная роль мальчика для битья? Откроет дверь и сделает то, чем грешила Жанна — пошлёт ее подальше?

Ох, страшно-то как…

…Вот и нужная квартира. Жанна застыла на несколько секунд, борясь с детским желанием позорно сбежать. Но набралась смелости и позвонила.

Стас находился дома один. Открыл дверь и застыл на пороге. На лице отразился целый калейдоскоп эмоций: от радости до страха.

— Почему ты не сказал мне правду? — спросила Жанна в лоб.

— К-к-какую правду? — Стас растерялся еще сильнее.

— Что это была Соня, а не ты.

Стас попятился, и Жанна шагнула в квартиру с горящими, как у кошки, глазами.

— На похоронах я столкнулась с Олей Симоновой — сестрой Кати и подругой Сони. Сегодня Оля приезжала ко мне и всё рассказала, — Жанна посмотрела с отчаяньем. — Боже, Стас! Почему ты промолчал?!

Стас передернул плечами.

— О мертвых либо хорошо, либо никак. Да ты бы и не поверила. Решила б, что сволочь такая перекладываю вину по погибшую сестру. Сони-то нет, подтвердить не сможет. Ты бы не поверила, что я ждал на рябиновой аллее, как и договаривались. Я хотел выполнить обещание, данное Марине. А тебе собирался только после выпускного сказать, что она умерла. Чтобы не портить момент. К тому же я всё равно виноват. Когда всё случилось, умыл руки. Только себя жалел. Считал себя пострадавшей стороной.

— Из-за реакции отца?

— Да. Обидно было до жути. Наверное, студентом и дебоширил поэтому. Перебеситься не мог из-за несправедливого, как мне казалось, наказания.

— Но ты всё равно промолчал.

— О! Не из благородства, поверь. Понимал, что правда меня не обелит в отцовских глазах. Скорее, наоборот. Он сильнее взбесится, узнав, что я солгал, покрывая Соню.

— В моих глазах бы обелила.

Стас горько усмехнулся.

— А толку-то? Ты же всё для себя решила. Тебе нужна привычная, устоявшаяся жизнь и никаких шагов в сторону. Никаких перемен и…

Но Жанна перебила.

— Мне нужен ты.

Стас вытаращил глаза и сделал еще один шаг назад. Но Жанна больше не желала ничего обсуждать. Не желала медлить. Рванула к Стасу и жадно прильнула к губам. Аж голова закружилась от бури чувств: желания, радости, страха.

А Стас… Стас вдруг отстранил ее, посмотрел очень внимательно в глаза и спросил:

— Это временное помутнение или…

— Это помутнение! — выпалила Жанна. — Но боюсь, совсем не временное! А окончательное и бесповоротное! Так что прекращай задавать вопросы. Происходящее не подлежит анализу!

Стас расплылся в кошачьей улыбке.

— Это приказ? — он весело подмигнул.

— Да! — Жанна обвила его шею руками. — Я не подписала твое чертово заявление. Так что, да, приказ. Выполняй, немедленно.

— Есть, шеф! — Стас подхватил Жанну на руки, как пушинку, и потащил в спальню.

Эпилог

— Вы когда-нибудь прекратите? — пробурчала под нос Света, проходя мимо Стаса и Жанны.

Парочка самозабвенно целовалась, стоя над коробкой, в которую складывала вещи. Впрочем, про вещи оба давно забыли. Сложно сосредоточиться хоть на чем-то, когда вторая половинка так близко.

— Что тебя не устраивает? — поинтересовался Стас у сестры шутливым тоном.

— Помимо того, что вы тянете время? — Света показательно уперла руки в бока.

— Ладно-ладно, — смирился старший брат и положил в коробку альбом с рисунками. — Вот, видишь, процесс идёт.

Света сердито фыркнула и отправилась в соседнюю комнату помогать Семёну. А Стас подмигнул Жанне и снова притянул к себе, хотя отлично понимал, что переезд не состоится сам по себе, а дел еще полно.

Поначалу ему не пришлась по душе идея перебираться к Жанне, да еще всем семейством. Тем более, он еще и работал у нее в агентстве. Но они уже три месяца встречались, отношения развивались, и следовало делать следующие шаги. Когда Стас брякнул, что он чувствует себя, будто иждивенец, Жанна покрутила пальцем у виска и спросила «Ты издеваешься?». Он в ответ только руками развел. Ладно, переезд, так переезд. Но все расходы на Свету и Семёна он будет оплачивать из своего кармана. Тем более, зарплата у него теперь чуть повыше, раз назначили вторым штатным художником.