Дракула, любовь моя - Сири Джеймс

Ах, если бы только я могла рассказать им все, что узнала, очистить имя Николае! Но это было невозможно. Если бы я призналась, откуда мне это известно, разразился бы скандал — и ради чего? Мужчины ни за что не поверили бы в его невиновность. Они ничуть не сомневались в том, что им известна подлинная сущность вампиров, пережили ужас смерти и воскрешения Люси и послужили инструментами ее окончательной гибели. После этого ни один из них никогда не поверил бы моим словам, несмотря на всю их осторожность или красноречивость.

Нет, мне придется положиться на Дракулу и молиться, чтобы он нашел способ спастись, не причинив вреда тем, кого я люблю. А после… я не могла представить, что случится. Будущее оставалось для меня тайной за семью печатями.

«Боже праведный, помоги мне найти способ разобраться с этим смятением чувств. Подскажи, что мне делать», — взмолилась я.

Головокружение наконец прошло. Я встала, умылась и надела дневное платье. Пока я заново аккуратно закалывала длинные волосы, собственное лицо в зеркале показалось мне немного более бледным, чем вчера. Я ущипнула себя за щеки в надежде придать им немного краски, но тщетно.

Мужчины уже разошлись по своим загадочным делам. После обеда смотритель сообщил, что мистер Ренфилд просил о встрече со мной. Данное обстоятельство несколько обеспокоило меня. Я не могла забыть его эксцентричное поведение в мой первый визит, а также предостережения доктора Сьюарда и Дракулы, но была странным образом благодарна этому человеку. Ведь лишь с его помощью Дракула сумел войти в дом и повидать меня. Потому мне не хотелось отказывать, однако я настояла, чтобы смотритель присутствовал при этом.

Мистер Ренфилд, скорчившись, сидел в углу комнаты, что-то бормотал себе под нос и ожесточенно грыз ногти. Казалось, он не замечает нашего присутствия, пока я не заговорила:

— Добрый день, мистер Ренфилд. Как поживаете?

Только тогда он поднял взгляд, медленно растянул губы в улыбке и проговорил:

— Миссис Харкер!.. Как мило, что вы пришли. Не желаете присесть?

Нечто в тоне его голоса и выражении глаз заставило меня вздрогнуть, и все же он говорил как истинный джентльмен.

— Я лучше постою, спасибо.

— Тогда я тоже постою. — Он встал, подошел ко мне и внезапно заметил смотрителя, стоявшего рядом со мной. — Что он здесь делает? Я хотел поговорить наедине. Скажите, чтобы этот человек ушел.

— Я бы предпочла, чтобы он остался. Зачем вы хотели встретиться со мной?

— Без какой-либо особой цели, миссис Харкер. Просто захотелось на вас посмотреть, услышать ваш голос. Он очень приятный. В этих четырех стенах давным-давно не появлялось такой красотки. Смотреть на вас — большое удовольствие. Но… — Он нахмурился, глядя на меня. — Что-то не так. Вы изменились.

— Как именно? Что вы имеете в виду?

— Ваше лицо. Оно похоже на чай, разбавленный водой. Мне нравятся не бледные, а полнокровные люди. Ваша кровь, похоже, вся вытекла.

Мои щеки вспыхнули при этом проницательном наблюдении. Я надеялась, что румянца хватит, чтобы вернуть им краску, отсутствие которой так расстроило мистера Ренфилда.

— Я сегодня немного устала, вот и все, — поспешно сказала я.

— Что ж. Теперь немного лучше, но все равно вы сегодня другая. Жаль, я не могу разобраться, в чем дело. — Он покачал головой и торжественно добавил: — «Нет искусства читать в душе по выраженью лиц».

— «Макбет», — узнала я.

— Это моя любимая пьеса. — Пристально глядя на меня, он продолжил с лукавой улыбкой: — «Не озаряйте, звезды, с вышины моих желаний черной глубины!»

Я снова покраснела. Мистер Ренфилд просто процитировал случайную строчку из пьесы? Он имел в виду собственные темные желания? Или… ему откуда-то известен мой порочный секрет?

— Макбет был весьма честолюбивым человеком, — заметила я.

— Он был героем, — ответил больной.

— Я с вами не согласна. По-моему, он гнусный убийца и злодей худшего пошиба.

— Вы не правы.

Мы еще несколько минут обсуждали Шекспира. Во время беседы мистер Ренфилд казался таким умным, начитанным и безупречно рассудительным человеком, что трудно было заподозрить в нем безумца, содержащегося в заточении.

Наконец я сообщила, что должна уйти.

— Приятно было с вами повидаться, мистер Ренфилд.

Он вздохнул, очень осторожно взял меня за руку, поднес ее к губам и произнес:

— Благослови вас Господь, мадам, за то, что вы пришли. Желаю приятно провести день и вечер. Будьте счастливы.

— Благодарю, мистер Ренфилд.

Я повернулась, чтобы уйти, но он крепко сжал мою руку и добавил:

— Последний вопрос, миссис Харкер. Я все думаю, вы не снимаете корсет на ночь, спите в одной ночной рубашке или же совершенно обнаженная?

Я выдернула руку, ахнув от неожиданности и унижения при этом непристойном вопросе. Он громко засмеялся и с победным блеском во взгляде воскликнул:

— Вот! Совсем другое дело! Теперь эти щечки окрасились подлинной краской!

— Ну все, Ренфилд, хватит! — крикнул смотритель и потащил меня к двери.

— «Цветком невинным ты выгляди, но будь под ним змеей!» — ликующе процитировал мистер Ренфилд, прежде чем смотритель захлопнул и запер дверь.

Я вернулась в свою комнату, крайне взволнованная странной встречей. Мистер Ренфилд лишил меня душевного спокойствия, но я не могла не пожалеть его. Не его вина, что он сошел с ума. Провести всю жизнь под замком в подобном заведении — ужасная участь!

Джонатан и остальные мужчины вернулись только к ужину, совершенно выбившись из сил. Я постаралась развеселить их, беспокоясь, как бы они, подобно мистеру Ренфилду, не заподозрили, что я переменилась, но члены кружка были слишком заняты своими тайными делами, чтобы уделять мне много внимания. Джонатан упомянул, что я уснула прошлой ночью, не раздеваясь, но, похоже, это его не удивило.

Ужин вновь прошел в неловком молчании. Мужчины старались не говорить о событиях дня. Я сообразила, что смогу предупредить Дракулу, если разузнаю об их планах, и потому произнесла:

— Я знаю, что вы хотите оградить меня от всего, что предпринимаете в связи с графом, но очень тревожусь о вас. Успокойте меня, скажите хотя бы, собираетесь ли вы устроить вылазку сегодня ночью.

Джонатан бросил взгляд на доктора Ван Хельсинга, который утвердительно кивнул.

— Мы никуда сегодня не собираемся, дорогая. Нам предстоит многое обсудить после ужина.

— Будьте уверены, мадам Мина, что мы достаточно узнали за последние несколько дней, — добавил доктор Ван Хельсинг. — Очень скоро мы пойдем в атаку на это чудовище.

— Поймаем этого дьявола и убьем его! — с энтузиазмом вступил доктор Сьюард.