Музыка ночи - Рут Уинд

Ответа не было. Слегка нахмурившись, он выглянул в окно и увидел, что машина Элли на месте. Она, вероятно, спит, после того как проработала всю ночь, и он не будет ее тревожить. По телевизору сообщили о торнадо в соседнем округе, но Пайн-Бенд, похоже, избежит этой участи. Сильный дождь и ветер, но даже без града. Блю выключил телевизор и включил радио. Тут тоже передают прогнозы, но можно еще и послушать хорошую музыку.

Гвен отошла, пропуская Элли.

— Ты не голодна, девочка?

Задумавшись, Элли не смогла припомнить, когда ела в последний раз, кроме мороженого в кафе. На кухне, куда она вошла, стоял запах жареного мяса с луком. У нее потекли слюнки, но она решила не переступать границ.

— Нет, спасибо, — ответила Элли.

Как будто для того, чтобы поймать ее на лжи, у нее громко заурчало в животе. Гвен хмыкнула.

— Давай садись. — Она кивнула в сторону стола, придвинутого к окну. — Я не так уж много готовлю для себя одной, но пару месяцев назад потеряла около десяти фунтов, и доктор часто напоминает мне об этом. Я пообещала — буду плотно ужинать несколько раз в неделю.

Элли примостилась на краешке стула. Сердце у нее по-прежнему колотилось. Снаружи лил дождь, и его серая стена делала кухню еще уютнее, превращая в островок безопасности.

— Миссис Лейсер…

— Подожди, детка! — резко проговорила Гвен. Она поставила на стол тарелку с золотистыми поджаристыми свиными котлетами с гарниром. — Ничего особенного, но я люблю это. Хочешь кукурузы?

Пахло так вкусно, что Элли чуть не упала в обморок.

— Давайте я вам помогу.

— Не глупи. — Взяв из ящичка щипцы, она достала пышущий паром початок и положила его на тарелку Элли. — На дверце холодильника есть масло, если хочешь.

— Спасибо.

Гвен наполнила собственную тарелку и села рядом.

— Ты не против, если мы произнесем молитву?

— Нет, вовсе нет. — Она покорно склонила голову.

— Скажешь сама?

Мгновение Элли не могла припомнить ни одной молитвы, которые зазубрила еще в детстве, но потом одна пришла ей на ум:

— Милосердный Отец наш Небесный, благодарим тебя за то, что ты даешь нам пищу, чтобы поддержать нашу плоть. Аминь.

Когда Элли подняла глаза, Гвен улыбалась.

— Как славно. — Она занесла нож над котлетой, потом глубоко вздохнула и спросила: — Так о чем ты пришла поговорить со мной?

— Я вчера разговаривала с Хэтти Гордон, и ее рассказ помог мне выяснить почти все.

— М-м… — Гвен указала жестом. — Ешь и говори, детка. Что же ты выяснила?

— Я думаю, Мейбл отказалась от музыки, чтобы наказать себя за убийство Персика, — сказала Элли, намазывая кукурузу маслом. — Я даже, кажется, знаю, куда она исчезла.

Гвен подняла голову. Элли ощутила, что зерна словно взорвались у нее во рту, даря такой непередаваемый вкус, сладкосоленый и маслянистый, что она даже вскрикнула:

— Ой, как здорово! — Она откусила еще раз, и еще, зная, что Гвен сейчас улыбается. Промокая губы, она объяснила: — Я работала всю ночь и вчера, кажется, тоже мало ела.

— Господи помилуй, — тихо проговорила Гвен, — ты так похожа на него.

— На него? — переспросила Элли, но она уже поняла.

— Маркус сказал мне, что сегодня приходил поговорить с тобой.

Элли тщательно вытерла пальцы, и странный жар — смесь гнева и боли — охватил ее.

— Я все могу понять, — сказала она. — Кроме одного! Почему вы оставили своего ребенка?

Мейбл Бове сняла очки, сильные линзы которых искажали все еще классическую форму ее скул и бесспорно прекрасные глаза. Несколько морщинок нарушали гладкость коричневой кожи.

— Глаз за глаз, — со вздохом проговорила она. — Я забрала ее сына, поэтому она забрала моего.

— Да, конечно, — прошептала Элли.

— Понимаешь, я тогда не очень хорошо соображала. — Она потерла переносицу. — Сейчас, когда я думаю обо всем, мне кажется, что совсем другой человек прожил эту жизнь, любил этого человека и возненавидел его так сильно, что захотел убить. Я просто не могла трезво мыслить из-за любви к нему. Я пряталась, рожала нашего сына, а он не хотел даже жениться на мне. Заставил меня испытать такой позор… — Она глубоко вздохнула. — И я оставила Джеймса с его бабушкой, пытаясь решить, что делать…

— Джеймс знал, что вы?..

Мейбл-Гвен подняла вилку и без интереса посмотрела на содержимое своей тарелки.

— Нет. Я не возвращалась пару лет, а потом мне оставалось быть для него только соседкой. Спасибо, что она позволила мне хоть это.

Пожилая женщина подняла глаза, и в них была печаль.

— Я увидела все в ту же минуту, как ты подошла ко мне на берегу. Ты ходишь, как он, и повторяешь многие его движения. И смеешься в точности как он, и у тебя его улыбка — вот этот наползающий зубик, это от твоего папы. — Она отрезала треугольничек мяса и съела его. — Когда я увидела тебя на расстоянии, то чуть не получила сердечный приступ.

Элли покачала головой, чувствуя, что у нее опять перехватывает горло. Она потыкала в еду на своей тарелке.

— Я не могу прийти в себя.

— Похоже, ты получила больше, чем пыталась выяснить? Элли беспомощно рассмеялась:

— Да уж. — Она съела немного гарнира, ощущая, как напряжение оставляет ее. — Мы должны поговорить об этом. Что вы хотите, чтобы я написала, а что нет?

— У нас много времени, детка. А теперь давай просто поедим, ладно?

Блю закладывал в духовку последние куски жареной курицы, чтобы сохранить их теплыми, когда раздался вой сирены — предупреждение о торнадо. Звук подействовал на него как электрический разряд. Он позвал:

— Лэни! Ты слышала?

— Спускайся сюда, сынок.

— Я должен забрать Элли. Саша! — Он говорил хрипло, и псина тотчас примчалась откуда-то. — Пошли. — И спросил у Лэни: — Кошка у тебя?

— Да, на коленях. Поспеши!

Блю закрыл дверь в подвал и, не останавливаясь, чтобы взять куртку или зонт, выскочил наружу — под проливной дождь.

Ветер чуть не сбил его с ног, одежда и волосы намокли за секунду. Не добежав до ее крыльца, он уже кричал:

— Элли!

В доме залаяла Эйприл, и он распахнул дверь. Взбудораженная собака лаяла, скулила и лизала его руки. Он снова позвал Элли. Должно быть, она совсем вымоталась. Но ее нигде не было. Он заглянул в спальню и увидел только смятую постель. Зашел даже в ванную, подумав, что в панике, услышав вой сирены, она могла закрыться там. На столике лежал тест на беременность, и Блю потянулся за ним, когда Эйприл нетерпеливо, громко залаяла, и он поспешил наружу. Было бы глупо выяснять то, о чем он может просто спросить Элли.