Лето возлюбленных - Дженнифер Маккуистон

Точнее, теперь единственным, учитывая, что уроки с Дэвидом Кэмероном закончились.

И вот теперь мистер Гамильтон собирается запечатлеть бухту и выставить снимки на всеобщее обозрение.

– Вы не можете поступать столь безответственно, – возразила она. – Если об этом пляже узнают лондонцы, те, кто приезжает на побережье на один день, устремятся сюда вместо Брайтона. – Она проглотила ком в горле. – И уничтожат все прекрасное, что здесь есть.

Гамильтон пожал плечами.

– Я бы сказал, что уже поздновато отступать. Так что лучше уж запечатлеть это место, пока еще здесь царит покой. Эта публика уничтожит его как пить дать, и довольно скоро. – Он бросил на нее испытующий взгляд. – Кстати, насчет завтрашних соревнований. Меня направили освещать это событие для газеты. Если вы еще не приняли предложение Дафингтона, то не хотели бы пойти со мной?

Кэролайн удивленно моргнула.

– Я… то есть нет, спасибо. Этим утром я приняла предложение мистера Дермота, так что, получается, не свободна, чтобы составить вам компанию.

– Дермота? – удивился Гамильтон. – Я ничего об этом не слышал.

– Да, все это произошло довольно неожиданно.

Слишком неожиданно, сказать по правде. Даже сейчас ее охватывал озноб при одной этой мысли. Кэролайн обвела взглядом пляж, гадая, нет ли здесь Дермота, и почти сразу обнаружила его в центре оживленной группы, расположившейся на восточной оконечности бухты. Глядя, как легко он управляет вниманием своих поклонников, ей пришло в голову, что он чувствует себя как рыба в воде среди этой публики, чего никогда не случится с ней. Ее взгляд задержался на знакомой белокурой голове, которая маячила чуть в отдалении, склонившись над переплетенной в кожу тетрадью.

– Вы могли бы попросить сопровождать вас Пенелопу, – промолвила Кэролайн, озадаченная поведением сестры, которая, похоже, стала неразлучной с этой компанией. Неужели ей так хочется быть принятой среди светской публики, которая приезжает в Брайтон на лето, что она не испытывает ни малейших сожалений от утраты этого уединенного уголка? В конце концов, когда-то отец привел на этот пляж и ее тоже.

Гамильтон проследил за ее взглядом.

– Я пытался, можете мне поверить. Но, боюсь, ваша сестра не желает иметь со мной ничего общего в этом смысле. Это она посоветовала мне попросить вас составить мне компанию. – Он взвалил камеру на плечо, придерживая одной рукой. – Что ж, полагаю, надо пожелать вам удачи. Дермот – счастливчик.

Кэролайн проводила его глазами, наблюдая, как он пробирается по гальке со своей ношей. Выходит, Пенелопа отвергла мистера Гамильтона? Кусочки мозаики лежали разбросанные перед ней, и она отчаялась сложить их в единое целое. Одно было ясно: поплавать ей не удастся ни сегодня, ни, похоже, когда-либо в будущем.

Она стояла, размышляя, подойти ли ей к Пенелопе и потребовать объяснений или потратить пару минут, чтобы согнать разгулявшихся проказников с ее любимых белых скал, когда до слуха донесся детский крик. Затенив глаза ладонью, она обшарила взглядом берег в поисках источника звука. Вот он! В дюжине ярдов от берега. Видимо, какие-то благонамеренные родители взяли с собой детей, привлеченные, вне всякого сомнения, статьей в газете.

И одного из детей подхватило течение.

В воду уже бросился мужчина, очевидно, отец ребенка, и его встревоженные возгласы смешивались с шумом волн. Судя по его поведению, он даже не подозревал о грозившей ему опасности.

Но Кэролайн знала эти воды, с коварными водоворотами, способными утащить взрослого человека в направлении, противоположном тому, куда он стремится.

– Остановите его! – крикнула она и, подхватив юбки, помчалась со всей скоростью, на которую была способна, к месту происшествия.

Но она была слишком далеко, а мужчина слишком торопился, и в считаные секунды он был так же обречен, как его сын. К мужским крикам присоединились женские, становясь все громче, пока они не достигли такого уровня, что Кэролайн начала опасаться за свои барабанные перепонки.

– Остановите хотя бы ее! – скомандовала она, подбежав к кромке воды. Хватило одного взгляда на двух пловцов, борющихся с течением, чтобы понять всю безнадежность их положения.

Один из них тонул. Кэролайн не могла спасти обоих. Во всяком случае, не при таком высоком приливе, тем более в юбках, что тянули ко дну. Даже попытаться спасти одного значило бы рискнуть собственной жизнью.

Ее взгляд, лихорадочно озиравшийся в поисках выхода, упал на Дермота, стоявшего среди зевак, сбежавшихся на крики. В прошлом году он выиграл соревнования, что делало его выбор очевидным, но он даже не попытался хоть что-то предпринять. Не приходилось сомневаться, что он усомнился бы во вменяемости любого, кто поступил бы иначе, и уж точно в разумности брака с ней, если это будет она.

Что ж, будь что будет, но она не собирается стоять здесь и смотреть, как тонет маленький мальчик, если есть хоть малейший шанс его спасти.

Кэролайн приподняла юбки, приготовившись броситься в воду, а тут рядом с ней возник Дэвид Кэмерон, с еще влажными волосами – явно уже плавал сегодня.

– Снимите обувь, – распорядился он по-военному четко, несмотря на явную усталость, – а также чулки, кринолин – словом, все, что может тянуть вниз.

Кэролайн поспешила выполнить его указания, хотя этого было недостаточно, чтобы одежда не сковывала движений.

– У вас не хватит сил, если вы уже тренировались сегодня, – попыталась она протестовать, когда он начал раздеваться.

Кэролайн не сомневалась, что он способен справиться с течением: разве не она учила его этому? – но ему еще не приходилось сражаться с приливом после утомительной тренировки.

– Я много раз плавала в этих водах на пике прилива, Дэвид, и знаю, как это трудно даже со свежими силами.

Если честно, даже она подумала бы дважды, прежде чем лезть в воду сегодня.

Лицо Дэвида потемнело при этом признании.

– Единственное, что мешает мне вас отшлепать, это нехватка времени: если ничего не предпринять, они утонут. – В его взгляде сверкнула стальная решимость. – Надо хотя бы попытаться спасти их.

Кивнув, Кэролайн шагнула в воду и чуть не упала на колени, когда волны подхватили ее юбки и закрутили вокруг ног. Вода была такой холодной, что ныли зубы.

– Займитесь отцом, а я попытаюсь спасти мальчика. Он дальше, но весит меньше, и мне будет легче справиться.

Дэвид схватил ее за руку и дернул к себе, отчего ее опалило жаром.

– Если придется трудно или потянет ко дну, не пытайтесь плыть к берегу.

Кэролайн кивнула, задыхаясь от охватившей ее паники и его близости. На одно мгновение ей показалось, что он поцелует ее, но Дэвид только мрачно улыбнулся. Это было обещание.

Или прощание.

– Оттащите ребенка на скалистое плато, – добавил он хрипло, – и ждите, пока я приплыву за вами.