После ссоры - Анна Тодд

– Я пока подожду в комнате.

– Стой… почему? Как насчет того, чтобы принять душ вместе со мной?

– Твоя мама – в соседней комнате, – спокойно объясняю я.

– И что… это всего лишь душ. Ну, прошу тебя!

Я не могу ему отказать, и он это знает. Ухмылка на его лице доказывает это. Со вздохом сдаюсь.

– Расстегнешь платье? – Я поворачиваюсь к нему спиной.

Я поднимаю волосы, и он быстро расстегивает молнию. Когда зеленое платье падает на пол, Хардин говорит:

– Оно мне нравится.

Он снимает джинсы и трусы, и я стараюсь не смотреть на его обнаженное тело, пока сама снимаю лифчик. Я полностью раздеваюсь, и Хардин становится под душ, протягивая мне руку. Он осматривает меня с ног до головы и, хмурясь, останавливает взгляд на моих бедрах.

– В чем дело? – Я пытаюсь прикрыться руками.

– Кровь. Осталась на тебе. – Он показывает на несколько бледно-красных пятен.

– Ничего страшного. – Я беру губку и начинаю отмывать их.

Он забирает губку и намыливает ее.

– Давай лучше я.

Он становится на колени. Смотрю на него сверху вниз и чувствую, как тело покрывается мурашками. Круговыми движениями он трет губкой мои бедра. Этот парень знает, как быстро достучаться до моих гормонов. Я едва не дергаюсь, когда он касается губами моего левого бедра. Одной рукой он придерживает меня сзади, пока повторяет то же самое с правым.

– Подай мне душ, – говорит он, прерывая мои извращенные мысли.

– Что?

– Душ давай мне, – повторяет он.

Я киваю и снимаю головку душа с крепления. Глаза Хардина блестят, а с носа капает вода. Он поворачивает душ и направляет воду прямо мне на живот.

– Что… что ты делаешь? – неуверенно спрашиваю я, когда он опускает его ниже.

Горячая вода отдает пульсацией в моем теле, а я смотрю на него и жду, что он будет делать дальше.

– Тебе нравится?

Я киваю.

– Если тебе нравится сейчас, то посмотрим, что ты скажешь, когда мы опустимся ниже, совсем немного…

Каждая клеточка моего тела будто пробуждается, когда Хардин так мучительно меня дразнит. Я едва не подпрыгиваю, когда вода касается меня ниже, а Хардин усмехается.

Вода приносит приятные ощущения – намного более приятные, чем я ожидала. Я зарываюсь пальцами в его волосы и прикусываю нижнюю губу, чтобы заглушить собственный стон. Его мама – в соседней комнате, но я не могу заставить его остановиться, это слишком приятно.

– Тесса… – Он хочет узнать мою реакцию.

– Да… именно там.

Мое дыхание учащается, а он ухмыляется и направляет струю еще ближе, чтобы доставить мне больше удовольствия. Когда я чувствую, как он касается меня языком, я едва не падаю. Ощущения перекрывают друг друга – его язык, мощный напор воды и подкашивающиеся колени.

– Хардин… я не могу…

Я не знаю, что именно я имею в виду, но когда его язык начинает двигаться быстрее, я с силой тяну его за волосы. Мои ноги начинают подрагивать, и Хардин убирает душ, чтобы держать меня обеими руками.

– Черт… – тихо тяну я, надеясь, что шум воды заглушит звуки.

Я чувствую, как он улыбается, а затем продолжает, чтобы довести меня до кульминации. Удовольствие наполняет все мое тело, и я закрываю глаза.

Хардин отрывается, только чтобы сказать:

– Давай, детка, кончай.

Именно это я и делаю.

Когда я открываю глаза, то вижу, что Хардин все еще стоит на коленях и держит рукой свой член – твердый и напрягшийся. Пытаясь отдышаться, я тоже опускаюсь на колени. Я кладу на него руку и ласкаю.

– Поднимайся, – тихо, но решительно говорю ему я.

Он опускает взгляд и кивает, а затем встает. Я обхватываю его ртом, слегка касаясь головки.

– Черт…

Он шумно вдыхает, и я начинаю водить языком. Я держусь руками за его бедра, чтобы не скользить по мокрому полу, и полностью беру его в рот. Хардин зарывается пальцами в мои мокрые волосы и останавливает меня, а сам делает толчки бедрами.

– Я мог бы часами иметь твой ротик.

Он толкает еще глубже, и я издаю стон. Его грубые слова заставляют меня сжать губы еще плотнее, и он снова тяжело выдыхает. Его в какой-то мере животное желание моих ласк языком для меня ново. Сейчас я полностью в его власти, и мне это нравится.

– Я кончу прямо тебе в рот, детка.

Он еще сильнее тянет мои волосы, и я чувствую, как напрягаются мышцы его бедер под моими руками. Я довожу его до оргазма, и он несколько раз хрипло произносит мое имя.

Переведя дыхание, он помогает мне подняться и целует меня в лоб.

– Кажется, теперь мы чисты. – Он улыбается и облизывает губы.

– Думаю да, – отрывисто дыша, соглашаюсь я и открываю шампунь.

Когда мы оба действительно становимся чистыми и готовы выйти из душа, я провожу руками по его прессу – по линиям татуировки в виде черепа. Моя рука скользит ниже, но Хардин хватает меня за запястье.

– Я знаю, как сложно удержаться, но моя мама – прямо в соседней комнате. Держите себя в руках, юная леди, – смеется он, а я шлепаю его по руке, затем выхожу из душа и беру полотенце.

– И я слышу это от того, кто только что использовал… – Я не могу закончить предложение и краснею.

– Тебе ведь понравилось? – изогнув брови, спрашивает он, и я закатываю глаза.

– Принеси мои вещи из комнаты, – командным тоном говорю ему я.

– Слушаюсь, мэм.

Он оборачивается полотенцем и выходит из жаркой от пара ванной. Завернув волосы в полотенце, я протираю зеркало рукой.

Рождество выдалось напряженным и неспокойным. Наверное, чуть позже надо будет позвонить Лэндону, но сначала я должна поговорить с Хардином о его планах вернуться в Англию после учебы. Прежде он никогда об этом не упоминал.

– Держи.

Хардин протягивает мне одежду и уходит из ванной. Я в изумлении вижу, что вместе с домашними штанами он принес мне красное кружевное белье, а еще свою чистую черную футболку. Потому что та, в которой он был сегодня, вся в крови.