Тепло наших сердец - Нора Робертс

Цвета, фактура, оттенки, запахи…

А он ей мешает, путается под ногами!

Такой мужественный, эффектный, в шикарном костюме и дорогих туфлях… От него исходил тонкий аромат дорогого мыла и лосьона после бритья.

Наверное, за кусок мыла Брэд Уэйн заплатил больше, чем она за футболку и джинсы, что на ней надеты. И он думает, что имеет право болтаться тут, вынуждая ее чувствовать себя неуклюжей и несоответствующей.

— Для чего предназначена эта комната?

Не поворачиваясь к нему, Зоя записала размеры.

— Главное помещение салона. Стрижка, маникюр, макияж.

Брэд молчал, и ей пришлось оглянуться. Он задумчиво разглядывал потолок.

— Что?

— У нас есть миниатюрные поворачивающиеся светильники. Очень практично и в то же время красиво. Можно направить в любую сторону. Какой стиль вы предпочитаете: непринужденный или элегантный?

— Одно другому не мешает.

— Верно. А тона? Приглушенные или яркие?

— Здесь яркие, в процедурных приглушенные. Послушайте, Брэдли…

— У вас интонации как у моей матери. — Он улыбнулся, присел на корточки и стал листать альбом с образцами. — Складывается впечатление, что такому уничижительному тону всех женщин обучают в специальном центре.

— Мужчинам об этом знать не положено. Если я проболтаюсь, придется вас убить, а у меня на это нет времени. Мы собираемся оформить сделку в течение месяца, и к тому времени у меня должен быть четкий план, чтобы я могла приступать к ремонту, не теряя ни минуты.

— Могу предложить свою помощь.

— Я знаю, что делаю, и знаю, чего хочу. И не понимаю, почему вы…

— Погодите. Нельзя быть такой обидчивой! Вы не забыли, что я бизнесмен? — Брэд постучал пальцем по эмблеме «Сделай сам» на альбоме с образцами. — И не только это. Мне нравится, когда дом раскрывает свой потенциал. Могу помочь с рабочими и материалами.

— Я не нуждаюсь в подаянии.

Брэд отложил альбом и медленно встал.

— Я говорил о помощи, а не о подаянии. Что во мне такого, что вас отталкивает?

— Все. Признаюсь, это несправедливо. — Зоя пожала плечами. — Но тут уж ничего не поделаешь. Я не понимаю таких людей, как вы, и поэтому не доверяю им.

— Каких «таких»?

— Богатых… Владеющих… холдингами. Простите, я не сомневаюсь, что у вас много достоинств, иначе вы не были бы другом Флинна. Но у нас с вами нет ничего общего. Кроме того, у меня очень много дел и совершенно нет времени на… Знаете что? Давайте сразу все выясним, чтобы больше к этому не возвращаться. Я не собираюсь прыгать к вам в постель.

— Видимо, теперь моя жизнь утратила смысл…

Зоя с трудом удержалась от улыбки. Она прекрасно знала, какими коварными бывают такие типы.

— Хотите сказать, что у вас и в мыслях этого не было?

Уэйн понурился. Зоя сняла очки, зацепила дужку за вырез футболки и в упор смотрела на него светло-карими миндалевидными глазами.

— Мы оба знаем, что правильного ответа не существует. Вопрос с подвохом. Из разряда «меня это не полнит?», «ты считаешь ее хорошенькой?». А если вы этого не знаете, я тем более не стану отвечать.

Теперь Зое пришлось прикусить губу, чтобы сдержать смех.

— Это был не вопрос, а утверждение.

— Все равно ловушка, поэтому я ограничусь констатацией факта. Вы чрезвычайно привлекательны. И у нас больше общего, чем вы думаете. Начиная с друзей. Я хочу помочь вам, Дане и Мэлори с этим домом, и никто из вас в благодарность не должен прыгать ко мне в постель. Хотя если вы втроем решите устроить небольшую оргию, я возражать не стану. А пока не буду отвлекать вас от работы.

Брэд стал спускаться по ступенькам и на пятой небрежно прибавил:

— Кстати, в следующем месяце «Сделай сам» устраивает распродажу материалов для стен — обои и краска. Скидка от пятнадцати до тридцати процентов.

Зоя бросилась за ним.

— Когда?!

— Я вам сообщу.

Итак, она не собирается прыгать к нему в постель. Брэд покачал головой и пошел к машине. Зоя Маккорт допустила ошибку. Она ведь не знает, что единственное, против чего Уэйн никогда не мог устоять, — это открытый вызов.

Он всего лишь собирался пригласить ее пообедать вместе, а теперь придется потратить время на разработку стратегии.

Так размышлял Брэд Уэйн, остановившись и разглядывая окна второго этажа.

Зою Маккорт ждала осада.

Мысли самой Зои были заняты совсем другим. Она, как всегда, опаздывала. Обычно перед самым выходом выяснялось, что куча дел еще не сделана.

— Отдашь пирожные маме Чака. Она их поделит. — Зоя свернула на дорожку к дому в двух кварталах от ее собственного и строго посмотрела на сына. — Я серьезно, Саймон! У меня нет времени на то, чтобы зайти с тобой. Стоит мне переступить порог, и она задержит меня минут на двадцать, а я и так опаздываю.

— Ладно. Дойду сам.

— Но тогда я не смогу сделать вот это. — Зоя схватила сына и пощекотала ему ребра.

— Мама!

— Саймон! — передразнила Зоя таким же возмущенным тоном.

Мальчик засмеялся, выскочил из машины и забрал с заднего сиденья сумку.

— Слушайся маму Чака и не буди никого ночью. У тебя есть телефон Мэлори?

— Да, у меня есть телефон Мэлори. И я знаю, что, если я устрою пожар, балуясь со спичками, нужно набрать девять-один-один.

— Умница. Иди сюда и поцелуй маму.

Медленно, волоча ноги и опустив голову, чтобы спрятать улыбку, Саймон подошел к окну машины.

— Только быстро, а то кто-нибудь увидит.

— Скажешь им, что я тебя ругала. — Зоя поцеловала сына, но сдержалась и обнимать его не стала. — До завтра. Не скучай, малыш.

— Ты тоже, малыш. — Саймон хихикнул и понесся к дому.

Зоя включила заднюю передачу и выехала на дорогу, одновременно наблюдая за сыном, пока он не вошел в дом.

Сегодня она ехала к Мэлори на вечеринку с ночевкой — первую с тех пор, как стала матерью.