Грозовая любовь - Джоанна Линдсей

— Черт побери, а с кем же еще! — жестко сказал Брэдфорд. — Теперь она моя жена.

— Я и не думал иначе, mi amigo, — мягко сказал Хэнк, глаза его смеялись. — Хотя до сих пор не понимаю, что она в тебе нашла.

— Держись от нее подальше, — предупредил Брэдфорд.

Саманта была поражена категоричностью его тона.

— Перестаньте вы, оба, — решительно сказала Энджел, и мужчины посмотрели на нее. — Разве так встречаются старые друзья?

— Он все так же ревнив? — спросил Хэнк, и Брэдфорд нахмурился. — Расслабься, дружище. Ты познакомился с моей женой. Как ты думаешь, могу ли я засматриваться на других женщин, если женат на такой красавице, как Саманта?

— Она твоя жена? Ну и ну, будь я проклят. — Брэдфорд начал успокаиваться. — Прими мои поздравления.

— Я так рада за тебя, Хэнк, — добавила Энджел.

— Я был бы и сам счастлив, если бы она не смотрела на меня как тигрица, — произнес Хэнк с мрачной серьезностью. — Кажется, у нас обоих ревнивые супруги, а? — Он подмигнул Энджел. — Я лучше пойду к ней, а то она подумает, что я слишком долго не уделяю ей внимания.

Саманта пришла в ярость, краска выступила у нее на лице. Энджел… Анджелина… Это была любовь Хэнка, та самая женщина, о которой он часто рассказывал и чье имя произнес в бреду, избитый. И Саманта теперь стояла рядом с ней и разговаривала, даже любовалась…

— Потанцуем, querida?

— Нет, — прошипела она, но Хэнк не обратил на ее слова внимания и увлек к танцующим.

— Думаю, наш друг сам создал себе проблемы, — заметил Брэдфорд, последовав примеру Хэнка.

— Не больше, чем я, — многозначительно ответила Энджел. Брэдфорд заворчал при упоминании своей ревности. Женщина, которую он любил, была дорога ему. — Все же он счастлив Она красива.

— Думаю, она тоже счастлива.

— А ты?

— Ей далеко до меня.

Брэдфорд с гордостью посмотрел на жену и привлек ее ближе.

— Как я люблю тебя, Энджел. Саманта посмотрела на танцующих Брэдфорда и Энджел, и глаза ее заблистали зелеными огнями.

— Уйди, Хэнк. Предупреждаю тебя. — Она попыталась вырваться от него, но не сумела.

— Не собираешься ли ты устроить сцену? Твой брат наблюдает за тобой.

— Наплевать!

— Почему ты сердишься?

— Я не сержусь! — парировала она яростно и прошипела:

— Как ты посмел поставить меня в такое неловкое положение, назвав ревнивой?

— А разве это не так?

— Нет!

— Тогда почему ты убиваешь меня взглядом?

— Ты поставил меня в идиотское положение, черт тебя возьми! — Ее громкий голос вызвал любопытствующие взгляды, но Саманта не обратила на них внимания, настолько ослепила ее ярость. — Что подумает Тереза, увидев, как ты любезничаешь с этой женщиной, в то время как ее муж стоит рядом?

— Глупости, я только приветствовал старых друзей, Сэм. Ты придаешь слишком много значения пустякам.

— Старый друг? Думаешь, я не знаю, кто она? Это твоя Анджелина! Ты любил ее!

— Хотел.

— Как и теперь!

— Нет, Самина, теперь я хочу тебя.

— Ха-ха!

— Самое время доказать тебе это. Вечером, когда все улягутся, я приду к тебе.

У Саманты захватило дыхание.

— Только попробуй — наткнешься на ствол моего пистолета.

Хэнк удивился.

— Ты привезла в эту цивилизованную страну оружие?

— Куда бы я ни поехала, пистолет всегда со мной.

Он вздохнул.

— Ты разочаровала меня, Саманта. Что же, ты изрешетишь меня, как того парня из Денвера?

Она споткнулась, услышав его слова, и Хэнк поддержал ее.

— Откуда ты знаешь о нем?

— Я был там. Я всегда хотел знать, почему ты сделала в нем столько дырок?

— Потому что он не хотел уйти, — ответила она и добавила:

— Как ты.

— Это угроза?

— Понимай, как знаешь, — жестко сказала Саманта.

Хэнк наклонился к ней и прошептал:

— Я бы не возражал получить парочку пуль, если ты вновь станешь моей.

Нежность его голоса расслабила Саманту. Близость Хэнка всегда подавляла ее волю. Энджел была позабыта.

— Хэнк…

— Прошло столько времени, querida.

— Не надо, Хэнк.

— Ты забыла обо всем?

— Прекрати! Неужели я не понимаю, чего ты добиваешься. Ты просто используешь меня, чтобы заполучить Джеймса. Ты говорил, что у нас никогда не будет нормального супружества.

— Я был очень сердит, когда сказал такое.

— Да, сердит, потому что не хотел жениться на мне. Никогда не хотел. Ты, может быть, и хочешь меня, но вместе с тем ненавидишь.

— Сэм…

— Оставь меня!

Саманта вырвалась из его объятий и быстро пошла к брату, мечтая уехать домой. Но было слишком рано. Хэнк больше не подходил к ней. Она говорила себе, что чувствует облегчение. Это именно то, что ей хотелось, разве нет?