Моя испорченная кровь - Анастасия Гримальди

— Что, если бы у меня не было этих денег? Что, если бы я была бедная, и вообще моей единственной радостью в жизни был бы этот торт, а ты…

— Судя по твоим украшениям на руке и шее, которые стоят несколько тысяч, ты тоже не бедствуешь, — перебил меня он, и я автоматически посмотрела на свой браслет.

Нэйт. Черт. Зачем он только напомнил. Мне нужно снять его с себя. И кулон. Отдам все этому ублюдку как только вернусь.

— Садись, подвезу, — из раздумий о Нэйте меня вывел «Нэйт постарше».

— Нет, спасибо, я сама доеду, тут слишком далеко, — я прошлась взглядом по парню, достала свой телефон и открыла приложение для такси.

— Ничего страшного. Должен же я хоть как-то отплатить тебе за то, что ты сама же и переплатила за торт, — парень кивнул на свою машину. — Садись.

Не знаю, что на меня нашло в этот момент, но я просто молча пошла к его машине и села на переднее пассажирское место. Обычно я так не делаю. Никогда не принимала предложения подвезти или что-то в этом роде. Но в этот раз почему-то согласилась. Возможно, потому что я была облеплена пакетами и коробками сладостей и было не удобно дожидаться такси, а может быть я не чувствовала в мужчине опасности.

— Можешь не бояться, — он сел на свое место и пристегнулся. — Я не увезу тебя в лес и не съем. И пристегнись.

Я опять молча сделала так, как он мне велел и уставилась вперед. Мне стало дискомфортно. Как будто я опять сидела рядом с Нэйтом, я не могла нормально реагировать на вещи и начать дышать так же легко, как было до того, как я увидела этого человека в кондитерской. Еще это упоминание им вещей, подаренных его клоном помладше.

— В магазине ты была поразговорчивее, — опять меня вывел из транса его голос, и я повернула к водителю голову.

Нет, лучше не смотреть.

— Я просто… — замешкавшись, я отвернулась обратно и уставилась вперед на дорогу.

— Ты просто боишься меня, я понял. Правда недавно ты была настроена воинственно, как амазонка, — он явно пытался разрядить обстановку подшучивая. — Тебе сколько лет?

— Обычно сначала спрашивают имя, а потом уже возраст, — я усмехнулась. — Двадцать один. А тебе?

— Мне тридцать два, — ответил он, глядя на дорогу. — Может, скажешь адрес, куда тебя везти?

— Да, извини… — мне стало неловко от своего странноватого поведения и я назвала адрес.

— Не так уж далеко. Я думал еще дальше.

— Ну, не близкий путь, на окраине.

— Ты там живешь? По тебе и твоему загару не скажешь.

— Там живут мои бабушка с дедушкой. Я приехала к ним погостить. Так я живу с отцом в Майами.

— Учишься?

Все это походило на какой-то допрос, но без имен, уточнений, адресов и остального. Но одновременно с дискомфортом, который вызывал во мне этот человек. Я не чувствовала какой-то опасности, исходящей из него, поэтому не боялась ему отвечать.

— Да, в колледже, на психологическом, — я сделала паузу. — Что насчет тебя?

— Я уже отучился, — боковым зрением я увидела, что усмехнулся. — На инженера.

— Работаешь?

— У меня своя мастерская… — парень как будто раздумывал. — Несколько.

Примерно в таком ключе проходили все наши разговоры. Обо всем и ни о чем. Когда мы подъехали к старенькому дому, я поблагодарила парня, забрала все свои сладости, попрощалась с ним и пошла внутрь. Его машина практически сразу тронулась с места.

Это был самый странный… Человек? Разговор? Не знаю. Странно было все. И я так и не узнала его имени. Мы просто ехали и говорили.

Из размышлений меня вырвала Мия, которая сразу же накинулась на меня с порога с объятиями и в этот момент я забыла про все. Про Нэйта, про парня, чьего имени я не знаю, про все проблемы. На душе стало очень тепло.

— Я так скучала, — пробормотала она сквозь слезы и обняла еще крепче.

— Ты все такая же размазня, — попыталась я разрядить обстановку, отпустила пакеты и тоже обняла ее.

После того, как мы всей семьей попили чай со сладостями, причем торту Мия была несказанно рада и опять практически до слез, что меня изрядно повеселило, мы медленно прибрались, приняли душ по очереди, о, как давно я не ждала своей очереди в ванную, а затем пошли к подруге в комнату, что бы, наконец, остаться наедине и поговорить обо всем, что произошло за последние пару лет, что мы не общались. Мия рассказала про свою учебу, про своего парня, учащегося с ней. Я рассказала поверхностно о своем учебном периоде, без подробностей. Не потому что я стеснялась своих неудач или скрывала что-то от нее намеренно, просто не хотелось вспоминать. Но, все-таки, эта цепкая девушка вытащила из меня информацию о проблемах с «братом», о моем парне Кайле и, в принципе, о сложной ситуации, из-за которой дома не очень хотелось находиться последние дни.

— Ты простишь меня? — сказала Мия, сидя на кровати и устремив свой взгляд себе на руки.

— Мия… За что? — я закатила глаза.

— Я, можно сказать, бросила тебя после смерти Кэрол, а потом даже не звонила, даже когда мы разъехались…

— Послушай, — я подвинулась к ней ближе и взяла ее за руки, на которые она так упорно смотрела. — Я знаю, что это такое. И я знаю, что я в те моменты была не жива практически. При всем желании ты не смогла бы быть рядом, постоянно нянькаться со мной и все такое. Я же овощем была.

— Да, а я предательница, потому что друзья даже с овощными друзьями остаются до последнего, — промямлила подруга и на ее глазах опять начали выступать слезы.

— О-о, нет. Нет-нет-нет. Хватит, — я встала с кровати. — Так, мы уже говорили об этом. Мне нужны были эти два года жизни. Ты меня не бросала, ты мне подарила своих бабушку и дедушку. Одно это — это уже что-то грандиозное. А сейчас подожди, у меня кое-что есть для тебя, — сказала я и быстро сбегала в свою комнату за подарком, который приготовила за несколько недель до приезда в Нью-Йорк.

— Анна, зачем… — протянула девушка.

Вернувшись, я с нетерпением достала из большого подарочного пакета несколько очень ценных медицинских книг по хирургии с ограниченным тиражом и протянула этот довольно увесистый подарок девушке.

— Это… Это же… Где ты их достала? — похоже у подруги даже немного отвисла челюсть.

— Мне помог мой богатый папочка, — весело ответила я и плюхнулась рядом с шокированной девушкой. — Я знаю,