Донна Роза - Айлин Лин

Подойдя к телеге, с помощью Вэнни забралась внутрь, мне тут же подсветили факелом лицо мужа: бледный с обескровленными губами, лоб покрыт мелкими бисеринками пота. Приложив к нему руку, поняла, что у Дара ошеломительно сильный жар. Недолго думая, откинула покрывало и ахнула, уставившись на какие-то окровавленные тряпки, коими перемотали конечности Дарио. Я даже открывать их не стала, боясь, что хлопнусь без чувств.

- Рассказывайте! - бросила я, беря всю свою волю в кулак и не давая себе расклеиться и удариться в слёзы. Рассказ не занял много времени. А я уже знала, что делать дальше. - Аккуратно, как можно нежнее перенесите дона в дом, уложите на стол. Элен застели столешницу чистой скатертью. Вэнни, Вальтер, седлайте коней, мы втроём поедем за лекарем, каким бы он ни был, должен помочь, - а сама мысленно молилась Единому, чтобы мне повезло с целителем, и он не оказался шарлатаном, только и умеющим пускать кровь людям, в буквальном и переносном смысле.

- Вам не стоит, госпожа, - впервые за всё время заговорил Вэнни, - в такую темень куда-то ехать.

- Нет уж, - сказала как отрезала, - факелы и оружие в полном снаряжении. Никола, ты тут за главного, сторожи Дарио и защищай дом. Запритесь до нашего приезда. От ворот у нас есть ключи.

Вальтер уже ушёл и седлал коней. Впервые за долгое время я села в седло, до этого каталась в маленькой телеге, купленной специально для моих перемещений по Специи. Страха сверзиться с коня не было, у меня была конкретная цель — жизнь моего мужа, его здоровье и благополучие висели на волоске. Я должна сделать всё, чтобы он выжил и смог ходить. Даже если будет хромать, это вообще неважно, главное, чтобы жил.

Три всадника, освещая себе путь двумя факелами, мчались сквозь густую ночь в сторону города в дом, где обретался местный эскулап.

Подъехав к нужному зданию, спешились, и Вальтер резко дёрнул за верёвочку на медном колоколе, висевшим на воротах.

Бом-бом... глухой, но очень громкий звук разорвал тишину.

Долго ждать не пришлось. С той стороны высокой деревянной калитки послышались шаркающие шаги и дверь медленно приоткрылась.

- Чего? - невежливо спросил седой старик с помятой физиономией.

- Нам нужен лекарь Анселмо.

- Так эта, - почесал макушку мужичок, - несколько лун назад он уехал в другой город, - моё сердце оборвалось, я задохнулась от безысходности, но тут привратник добавил: - Новый намедни прибыл, живёт за три дома отседова. Токмо я имя его пока не ведаю.

Надежда воспряла во мне вновь с новой силой! Поблагодарив старика, поспешили в указанном направлении. Я нервничала и непроизвольно дёргалась, стараясь ускорить ход лошади, которую вела под уздцы, поскольку идти было всего ничего.

И снова звон в колокольчик и томительное ожидание. Вот только в этот раз голос человека был молодым и достаточно бодрым для столь позднего времени.

- Нам бы срочно переговорить с господином лекарем. Мой муж попал в беду, - дрожащим голосом ответила я, после моих слов калитка распахнулась и я уставилась на старого знакомца. Как давно это было!

- Синьор Эугенио Бьянчи!

- Донна Роза Росселлини!

Одновременно хором воскликнули мы.

Моей радости не было предела!

- Сама судьба распорядилась, чтобы вы оказались тут, - выдохнула я, и слёзы облегчения потекли по щекам.

- Ну что вы, что вы, дорогая донна. Не плачьте! - мужчина погладил меня по плечу в успокаивающем жесте. Его добрые глаза светились умом и пониманием. - Пока я буду собирать необходимые вещи, расскажите мне, что произошло с доном Росселлини. Идите за мной.

Я вошла следом за ним в небольшой уютный дворик с пышно растущими клумбами и направилась по вымощенной плоским камнем дорожке к двухэтажному аккуратному домику. Всё это время не переставая говорила. Стараясь донести до доктора основную проблему: открытый перелом обеих ног.

- Всё понятно, но времени прошло очень много, не уверен, что я смогу сильно помочь, - но, заметив, как мои глаза снова наполнились солёной влагой, поспешил добавить: - Обещаю лишь, что сделаю всё, что в моих скромных силах.

И вот мы мчимся назад, ветер свистит в ушах, я судорожно сжимаю вожжи, мне тяжело дышать, но я держусь изо всех сил, чтобы не скатиться в банальную истерику.

Как добрались до дома - не помню, всё было в каком-то тумане. И вот мы стремительно заходим в наше с Даром семейное гнёздышко.

Осмотревшись, лекарь приказал:

- Выйти всем, кроме донны. Роза, вы готовы ассистировать мне? - слово, которое он произнёс, резануло по ушам, но я не стала заострять на этом внимание, поскольку мой взор был целиком и полностью прикован к неподвижно лежащему Дарио.

- Вижу, что вы не в состоянии, тогда и вас попрошу удалиться, - вздохнув, распорядился синьор Бьянчи.

- Нет-нет! - поспешила заверить его я. - Я всё смогу, можете на меня полностью положиться.

- Уверены? В обморок от вида крови не хлопнетесь? - недоверчиво прищурился мужчина, разглядывая меня нечитаемым взором.

- Да, - быстро подойдя к мужу, откинула простынь и показала на шов, который сама и наложила, — это я зашила его рану. Я не из тех, кто паникует в стрессовых ситуациях.

- Тогда делайте ровно то, что я скажу, - подойдя к рукомойнику, лекарь намылил руки и тщательно их помыл. - Теперь ваша очередь, до скрипа, - коротко приказал он, сам же открыл свой внушительных размеров саквояж и принялся выкладывать на высокий сундук-комод какие-то тряпичные свёртки. Когда я закончила с омовением и обернулась к столу, мои глаза на лоб полезли: рулоны ткани были размотаны и в свете многочисленных масляных лампадок хищно сверкали металлическими боками хирургические инструменты.

Сам же доктор уже был одет в халат и колпак, половину его лица скрывала светлая маска. И пусть всё это отдалённо напоминало привычную медицинскую хирургическую форму, но тем не менее сходство было поразительным, а для того времени, в котором я сейчас живу такие вещи и вовсе - за гранью фантастики. Вот уж не думала, что увижу нечто подобное здесь.

А ведь ещё тогда, в поместье Росселлини у меня мелькнула шальная мысль, что этот Эугенио далеко не так прост, поскольку перед тем, как меня осмотреть, мужчина обработал свои руки крепким вином. А там спирт. Никто из местных эскулапов так не делает, ибо не ведает.

- Вы такой