А может по-соседски? - Ксана М

От выпитой сангрии меня начало клонить в сон. Проснулась в своей комнате на тех же самых подушках, укрытая пледом, уже около девяти, понимая, что, по всей видимости, пропустила ужин. Кое-как добралась до душа, чтобы взбодриться, а затем переоделась и спустилась вниз.

Открыла холодильник, взяла оттуда готовый сэндвич и достала упаковку сока. Затем уселась на стул за островок. Съела уже половину, когда услышала шаги. Свет я не включала, так что Терренс не сразу заметил меня, а когда заметил ― чуть помедлил.

– Прости. Думал, тут никого.

– Я тоже, ― осторожно ответила, ещё жуя.

Я смотрела на него. Он смотрел на меня. Затем прошел к холодильнику, и буквально через несколько секунд я услышала звук отлетающей крышки. Он запрокинул голову, наклонил бутылку, а затем в несколько больших глотков выпил добрую половину пива.

– Так ты не уехал? ― Спросила я, когда он перестал пить.

– Как видишь, ― заметил Терренс, и я поняла, что хоть он и успокоился, всё равно всё ещё злился, ― это проблема? Потому что я не уеду.

– Хорошо. ― Согласилась я. ― Я этого и не хочу.

– Правда? ― С интересом спросил он. ― Утром хотела. И даже требовала.

– Утром я была… сбита с толку. И наговорила много лишнего.

На этот раз он посмотрел мне в глаза.

Сбита с толку ― не совсем то состояние, в котором я в тот момент пребывала, но ничего лучше я просто не придумала.

– Правда? ― С тем же интересом спросил Терренс, явно ожидая продолжения.

Что ж, ладно.

– Ты не похож на Джорджа.

– Ну спасибо, ― саркастично усмехнулся он и, запрокинув бутылку, глотнул пива.

– Знаю, как это звучит, но я сожалею, что сказала это. Вы разные. Совершенно. А мне просто нужен был повод отстраниться.

Ну вот… призналась. Но не сказать, чтобы сильно полегчало. Убеждая меня в обратном, Кэрри облажалась. Причем серьезно. Утром обязательно ей об этом скажу.

– Отстраниться? ― Услышала я и подняла на Терренса глаза. ― От меня?

Собралась с мыслями и ответила:

– Да.

– Потому что боишься?

И снова:

– Да.

– Из-за того, что не доверяешь мне.

– Дело не в этом…

– Я не вижу другой причины, ― мягко перебил меня Терренс, и я осознала, что он прав. Дело было именно в этом.

Опустив глаза на стакан с соком, я немного помолчала, а затем кивнула.

– Ты вправе злиться на меня.

– Я не злюсь, Саманта. Я пытаюсь понять.

– Ты всё ещё хочешь понять? ― Осторожно спросила я, поднимая на него взгляд.

– Иначе не был бы сейчас здесь.

Не знаю, оно ли это было на самом деле, но мне показалось, что я испытала облегчение. Выдохнула, собираясь с силами, а затем сказала:

– Когда мне было пятнадцать я влюбилась в первый раз. Это был старшекурсник из школы ― красивый, умный, популярный. Мечта многих девчонок. И моя. ― Слабо улыбнулась, сжимая ладонями стакан. ― Его звали Мэтт.

– И он не замечал тебя? ― Предположил Терренс, и я качнула головой.

– Замечал. И ещё как. Я была довольно красивой, знаешь. ― Снова улыбнулась прежде, чем продолжить. ― Красивой, но не популярной. Больше прилежной, нежели бунтаркой. Так что… естественно, что в школе у меня были соперницы. И главная ― Джессика Пратт ― высокомерная любимица всех малолетних модниц. Она обожала, чтобы всё было по её. И, если она чего-то хотела ― то получала. Всегда. А, если что-то или кто-то вставал у неё на пути ― уничтожала. Она была…

– Дрянной, ― подсказал Терренс, когда я немного замешкалась, и я вновь сосредоточилась на его лице.

– Даа… ― подумав, согласилась я, ― наверное, именно такой она и была.

– И она захотела Мэтта, ― вновь угадал он, и я снова кивнула.

– Она хотела его всегда. Но слетела с катушек, когда Мэтт пригласил меня на выпускной. Меня, а не её. Она едва не лопнула от злости, когда узнала. Поэтому превратила мою жизнь в Ад. ― Затем я посмотрела на Терренса и прошептала. ― Использовав для своей мести Мэтта.

– Каким образом?

– Ну… ― я ухмыльнулась, осознавая, что вспоминать об этом было больно до сих пор. ― Если вкратце ― он соблазнил меня на вечеринке за неделю до выпускного, а затем оказалось, что нас снимали. Лица Мэтта не было видно, чего нельзя было сказать о моём. Видео разослали абсолютно всем ― ученикам, преподавателям, родителям. ― Я усмехнулась, пытаясь скрыть, как пальцы неестественно дрогнули. ― Я пыталась поговорить с Мэттом, чтобы мы вместе придумали, что со всем этим делать. А затем увидела, как Джессика Пратт целует его в коридоре у шкафчиков, и всё поняла. Тогда я сломалась впервые.

– И теперь из-за него ты не доверяешь мужчинам?

– Не только из-за него, ― прошептала я, останавливая на Терренсе взгляд, ― Мэтт был моим первым, но далеко не единственным ― их было трое, включая Джорджа. И каждому следующему довериться было всё сложнее. Каждый из них лгал мне. Каждый изменял. После Джорджа я… ― качнула головой, сглатывая, ― …не знаю, наверное, просто сдалась. Решила, что не заслуживаю чего-то столь же замечательного, что есть у моих родителей. Что есть у Кэрри с Риком.

– Ты решила неправильно.

Я судорожно вдохнула.

– Тогда почему они все делали мне больно, Терренс? Почему?

– Просто они все были мудаками. И не заслуживали тебя. Ключевое, Барнс ― ОНИ не заслуживали тебя. Ты всегда была достойна большего.

– Ты так думаешь?

– Я знаю. ― Терренс поставил бутылку на столик, а затем приблизился ко мне. ― Потому что ты удивительная. И, если ни один мужик, который был рядом с тобой, не понял этого ― он слепой осел. Они все слепые ослы.

Я сидела с запрокинутой головой, чтобы лучше видеть его глаза. Дышала его ароматом ― уже таким необходимым ― и понемногу успокаивалась.

Господи, что со мной творилось…

– Терренс, я…

– Тебе нужно время, ― заявил он, но не в упрек.

И как он так хорошо меня понимал?

Я кивнула, а затем прошептала:

– Нужно.

– Хорошо.

На этот раз кивнул Терренс.

Отошел на расстояние ― будто так было безопаснее ― а затем забрал со стола свою бутылку и направился к лестнице. Я хлопнула глазами, ничего подобного не ожидая.