Идеальные партнеры - Джейн Энн Кренц

Филип с неодобрением взглянул на Летти:

— Я не уверен, что разумно встречаться с Эскоттами, Летти. Теперь все находится на очень деликатной стадии. Лучше оставьте это мне.

Джоэл встал.

— Вы говорите о деликатных делах, профессор? Филип взглянул на него:

— Простите?

— Я бы хотел узнать ваше мнение по вопросу, который я недавно обсуждал.

— Конечно, конечно.

Летти с тревогой смотрела на Джоэла. Ее насторожил его вкрадчивый, почтительный тон.

— Джоэл… То есть мистер Блэкстоун…

— Производственный вопрос, Летти, — сказал Джоэл тоном, не терпящим возражений. — Это немного выше твоего понимания. — Он подмигнул Филипу. — Что, если мы с вами выйдем в холл перед лифтом, мистер Диксон? Я хочу, чтобы вы взглянули на один вид товаров нашей новой партии.

— Буду рад посмотреть. — Филип поднялся и взял свой портфель. — Увидимся позже, дорогая.

— До свидания, Филип.

Понимая, что Джоэл что-то задумал, Летти со страхом следила, как он выпроводил Филипа из кабинета. Она подождала, пока они вышли в холл, и затем отправилась за ними.

— Мисс Торнквист? — С беспокойством поднял глаза Артур. — Вам что-то нужно?

— Ш-ш-ш. — Летти показала ему рукой, чтобы он замолчал, и осторожно приоткрыла дверь приемной.

Держа палец на кнопке лифта, Джоэл, почтительно склонив голову, слушал, что говорил ему Филип. Летти видела, как подошел лифт и двери кабины раскрылись.

Все еще рассуждая, Филип шагнул в кабину лифта. Понимающе кивая, Джоэл вошел внутрь и нажал на кнопку. Затем тут же вышел обратно в холл. Двери кабины лифта закрылись, и Филип один поехал вниз.

Джоэл повернулся и увидел Летти, наблюдавшую всю эту сцену. На лице его появилась самая невинная улыбка.

— Он уже подъезжает к первому этажу. Видишь, как, оказывается, просто можно избавиться от этого напыщенного осла.

Летти подошла к нему:

— Я запомню этот трюк и использую, если ты будешь мне сильно надоедать.

Джоэл оперся рукой о стену и пристально взглянул на Летти:

— Может быть, скажешь мне, что ты в нем нашла?

— Сама не знаю, — задумчиво ответила Летти. — Возможно, мне понравилось, как он выглядит в костюме. Очень эффектно, ты согласен? — Она перевела взгляд на расстегнутый ворот его рубашки. — Мне всегда нравились мужчины в галстуках.

Морган позвонил в три тридцать, сразу после занятий. Летти как раз закончила писать замечания по поводу супермена в рекламе новых палаток. Она взяла трубку:

— Привет, папа. Что случилось?

— В другой ситуации я бы не стал тебя беспокоить, Летти. Но я немного волнуюсь. Летти положила ручку на стол.

— Это касается Стефани?

— Ты в курсе?

— Ты имеешь в виду выкидыш, который у нее был раньше? Да, она мне вчера рассказала. Я рада, что она наконец решилась и тебе все рассказать.

— Стефани говорит, что это ты убедила ее мне довериться. Ужасно, что все эти месяцы она держала эту тревогу в себе. Она должна была с самого начала поделиться со мной своими опасениями.

— Она не хотела, чтобы ты думал, будто она ведет себя нерационально, нелогично. Морган помолчал.

— Да. Я и не догадывался. Я сказал ей, что понимаю, сколько ей пришлось пережить. Мэри была беременна до того, как родилась ты. И у нее тоже был выкидыш.

— У мамы был выкидыш? Я не знала об этом.

— Мы никогда не говорили тебе. Это случилось много лет назад, но я помню потрясение, которое мы пережили. Я также помню, как Мэри нервничала, когда снова забеременела, уже тобой. Она боялась, что история вновь повторится. Первые месяцы ее беременности мы оба жили в постоянной тревоге.

— Ты рассказал обо всем этом Стефани? — спросила Летти.

— Конечно. И кажется, это ей помогло. Она все еще волнуется, но теперь она по крайней мере может говорить об этом. — Морган мгновение колебался. — Я хочу тебя поблагодарить, Летти.

Летти улыбнулась, глядя на телефонный аппарат.

— За то, что я ей посоветовала все тебе рассказать? Но это же просто. Я объяснила, что у тебя за внешностью важного ученого бьется сердце доброго паренька с фермы на Среднем Западе.

Морган усмехнулся:

— Вы с Мэри всегда хорошо разбирались в таких вещах.

— В каких вещах?

— Понимали эмоциональную сторону поведения людей. Представляли, что может на них подействовать.

— Мама действительно все это потрясающе чувствовала. О себе я не могу этого сказать со всей уверенностью. Как доказательство того, что я часто ошибаюсь в оценке людей, можно привести мою помолвку с профессором Диксоном. Сегодня Джоэл спросил меня, что я нашла в Филипе. На этот вопрос я не смогла найти подходящего ответа.

Морган кашлянул.

— Теперь поговорим о другом. Я размышлял над тем, что ты мне сообщила вчера.

— О чем сообщила?

— О твоей романтической связи с Джоэлом Блэкстоуном.

— Для меня это больше, чем романтическая связь, папа. Я люблю этого человека.

— Понимаю, — вздохнул Морган. — Я этого боялся. А он как к тебе относится?

Этот вопрос заставил Летти задуматься.

— Сейчас он слишком занят всеми этими делами с «Судовой компанией Копленда», чтобы разобраться в своих чувствах.

— Означает ли это, что его чувства к тебе не так сильны, как твои? — сухо спросил Морган.

Неприятный холодок прошелся по спине Летти. Она сердито посмотрела на телефонную трубку, которую держала в руке.

— Ему просто нужно дать немного времени.

— Летти, ты уже ошиблась в Филипе Диксоне. Не сделай еще одну ошибку. Ты не построила матрицу решения?

— Нет, — ответила Летти.

— Сделай это обязательно, Летти. Женщина в твоем положении должна думать головой и не поддаваться сердечным порывам. Владелица компании «Спорттовары от Торнквиста» не может позволить страсти руководить своими поступками. Я не хочу, чтобы ты страдала.

Летти попрощалась и повесила трубку. В одном отец был прав. Она должна начать смотреть правде в глаза. И в глубине души она чувствовала, что в действительности не хочет иметь роман с Джоэлом Блэкстоуном.

Что скрывать, вначале ей это было внове и это было самым восхитительным в ее жизни. Она не может этого отрицать. Но в ней крепло ощущение, что она не создана для романов.

В тот самый день, когда она стала спать с Джоэлом, что-то в ней уже готовилось к браку с ним.

Она не понимала сути романов. Если подумать, они бессмысленны. Для нее главными были такие понятия, как долг, любовь, семья. Так ее воспитали.