Все к лучшему - Джейн Энн Кренц

— Возможно, Хью и прожил непростую жизнь, но в одном я уверена.

— В чем же? — поинтересовалась Шарлотта.

— Что он никогда не жил и не станет жить бесчестно.

— Гм… Да, пожалуй, я с тобой соглашусь. А теперь — почему бы тебе не попить твоего знаменитого клопового сока, дорогая Мэтти? Не проглотить несколько антистрессовых витаминов, не заняться вплотную аэробикой и не постараться успокоиться насчет Хью? Он обязательно к тебе вернется.

— Он так и сказал.

— Весь вопрос, однако, в том, что ты будешь делать, когда он вернется…

И Шарлотта повесила трубку, прежде чем Мэтти сумела придумать подходящий ответ.

На следующее утро она издалека заметила в подъезде галереи скорчившуюся фигуру. И внутренне вздохнула. Не так уж редко ей приходилось сталкиваться с бездомными, ищущими хоть какого-то крова под козырьком подъезда. Печально, но, увы, ничего необычного.

Она его разбудит и попросит уйти, дав денег на чашку кофе.

Мэтти уже разыскивала в сумочке доллар, когда разглядела, кто именно приютился у подъезда галереи. Бросались в глаза чудовищная шуба из искусственного меха и туфли на огромных шпильках. Вокруг сильно накрашенного лица рассыпались псевдобелокурые волосы.

— Евангелина! — воскликнула Мэтти, переходя на бег. — Что, черт возьми, ты тут делаешь?

— Привет, милочка. Уж извини. Приехала рано утром и сразу явилась сюда. Ты говорила, чтобы я тебя нашла, если приеду в Сиэтл, а на карточке, что ты' мне оставила, был только этот адрес. Когда таксист меня здесь высадил, я решила, что произошла какая-то ошибка. — Она с интересом посмотрела на картины в витрине. — Это заведение и в самом деле твое?

— Мое, мое. — Мэтти сунула ключ в замочную скважину и открыла дверь. — Заходи и грейся.

— Уф! Ну надо же! Это художественная галерея, правильно? — Евангелина пораженно оглядывалась вокруг, а Мэтти тем временем включила свет. — Так, значит, ты делом вовсе не занимаешься, так?

— Ты имеешь в виду, твоим делом? Нет. Но я работаю. Как насчет чашки чая?

— Ага, все, что угодно. Я со вчерашнего дня ничего, кроме дрянной жратвы в самолете, не видела. — Евангелина вошла за ней в офис и теперь наблюдала, как Мэтти включает электрический чайник. — Туалет здесь есть?

— Вон там. — Мэтти кивнула в сторону маленькой двери.

— Спасибо. Я быстро.

Вернулась она уже без шубы из искусственного меха. На ней было яркое платье, облегающее ее, как вторая кожа. В скромном офисе Мэтти она напоминала экзотический цветок, только что сорванный в джунглях.

— Полагаю, ты удивляешься, какого черта я здесь оказалась, — заявила она, с подозрением принюхиваясь к чаю на травах.

— Такой вопрос действительно приходил мне в голову. Хотя я очень тебе рада. Приятно снова встретиться. Ты выглядишь великолепно. Платье просто прелесть.

— Я его сама соорудила пару недель назад. Черт побери, мне столько хороших вещей пришлось там бросить.

— Если я правильно поняла, ты уезжала в спешке? Хью попытался тебе перезвонить в тот же вечер, но портье сказал, что ты уже ушла, причем с чемоданом. Я беспокоилась. Что случилось, Евангелина?

— Помнишь, я сказала, что какой-то чудик идет по коридору к моей комнате и мне надо кончать разговор?

— Да.

— Так вот, это вовсе был не очередной Джон. Один малый по имени Гиббс. Он хотел поговорить со мной о своем приятеле. Того звать Роузи.

— Роузи мертв. Его убили на острове Святого Габриэля.

— В самом деле? Ну, его друг Гиббс именно этого и боялся. Хотел спросить, не знаю ли я, что происходит. Упомянул опять про этого Правдера и сказал, что от него надо держаться подальше. Рассказал мне, как твой приятель Эбботт украл его катер, чтобы сбежать с Чистилища, и как он предлагал деньги за имя человека, убившего его друга Кормье. Когда

Снова всплыло имя Правдера, я стала нервничать. Мне вдруг пришло в голову, что я уже знаю чересчур много. А я, знаешь ли, всегда доверяла своим инстинктам.

— И ты решила сбежать с Бримстоуна?

— И не только с Бримстоуна. Я решила уехать от этого типа Правдера как можно дальше и выждать, пока все не утрясется. Мне пришло в голову, что пора отдохнуть, и почему бы мне не смотаться в Штаты и не проверить свои финансовые дела. Все эти брокеры и бухгалтеры теряют бдительность, если ты не дышишь им в затылок время от времени.

— Что верно, то верно, — согласилась Мэтти. — Я взяла за правило лично встречаться с моим бухгалтером по меньшей мере дважды в году.

— И правильно. Ну, я и решила убить сразу двух зайцев. Разобраться с делами здесь, и там пока пусть все успокоится.

— Ты очень мудро поступила. Я точно не знаю, что происходит, но наверняка можно ждать беды. Хью вчера утром улетел.

— Улетел? А что он собирается делать?

— Сама хотела бы знать, — печально вздохнула Мэтти. — Слушай, если ты не возражаешь против того, чтобы спать на большом диване, можешь остановиться у меня, пока не решишь, что делать дальше.

Евангелина сначала удивилась, потом растрогалась.

— Очень мило с твоей стороны, душечка. Ты уверена, что я не помешаю?

— Ни в коем случае. Мне сейчас как раз необходима компания.

Евангелина усмехнулась.

— Я приглашаю тебя поужинать. За мой счет.

— Великолепно. Мы поговорим о том, куда надо вкладывать деньги.

Они решительно являли собой странную пару, когда вошли в тот вечер в зал одного из лучших ресторанов Сиэтла и сели у стойки, чтобы выпить. Каждый из присутствующих хотя бы раз вскользь взглянул на Евангелину. Потом, явно оценив ее и придя к определенному заключению, некоторые посетители с любопытством переводили взгляд на Мэтти.

В одном из своих собственных творений Евангелина выглядела сногсшибательно — яркое цветастое платье с низким вырезом и юбкой, едва доходящей до середины бедер. Мэтти была в скромном шерстяном платье с высоким воротом, которое ее спутница сочла единственным пригодным к носке из всех имеющихся — разумеется, за исключением красного наряда. Мэтти красное платье надевать в центре Сиэтла отказалась, мотивируя это тем, что слишком холодно. Ведь не на островах же они в конце концов.

— Слушай, тут здорово. — Евангелина оглядела папоротники, полированное дерево, хорошо одетых посетителей. — Обычно, если я иду в бар, то работаю. А ведь приятно просто прийти, сесть и расслабиться.

— Я рада, что тебе нравится, Евангелина. Слушай, я хочу попросить тебя об одолжении.

— Конечно, душечка.

— Пойдем со мной завтра вместе по магазинам? Я бы не отказалась от совета.

Евангелина расхохоталась, и в их сторону снова повернулись головы.