Танцующие в темноте - Маурин Ли

Вернувшись домой в тот день, когда Фло впервые встретила Хью у школы, она обнаружила письмо Джерарда у двери на половике. Возможно, это стало несчастливым стечением обстоятельств, иначе она могла бы обдумать его предложение более серьезно. Было бы славно иметь мужа, детей, нормальный дом. Салли, собиравшаяся в январе родить своего первенца, жила в Хьютоне в хорошем муниципальном доме с садом. Джок заканчивал службу на флоте через два года; тогда у них все устроится, и они будут растить детей, думала Фло. Бел в Египте снова вышла замуж — за парня по имени Айвор, утверждавшего, что происходит из венгерской королевской семьи. Бел вложила в конверт свою фотографию: она в роскошном кружевном наряде рядом с надменным молодым человеком, который действительно принял поистине царственную позу. «Айвор словно витает в облаках, — писала Бел. — Он таких же королевских кровей, что и большой палец у меня на ноге, но он меня забавляет. Я никогда не буду любить другого мужчину так, как любила Боба, но нам с Айвором хорошо вместе. Я скоро возвращаюсь в Ливерпуль, и ты сама его увидишь». Письмо было подписано «Бел (Серб!)»; кроме того, приписан постскриптум: «Кстати, кажется, я беременна!»

«Почему же меня не устраивает другой? — спрашивала себя Фло. — Почему же меня постоянно преследуют воспоминания о Томми О'Мара и о наших встречах в "Мистери"? Почему я одержима сыном, который никогда не будет моим?» Встретившись с сыном, она поняла, что, если выйдет замуж за Джерарда, не сможет быть полноценной женой и полноценной матерью другим детям. А ведь это несправедливо по отношению и к нему, и к ним. Фло приклеила марку на конверт, адресованный Джерарду, и с досадой припечатала ее кулаком.

Вернулась Бел с печальной новостью: у нее снова случился выкидыш.

— Врач сказал, что я никогда не смогу выносить ребенка. У меня слабая матка, — сказала она. Фло сочувственно кивнула, как будто знала, что это значит.

Бел огорчилась, но решила не воспринимать вердикт врача как окончательный.

— Мы с Айвором хотим попробовать еще раз. По крайней мере, сам процесс приятный. — Она подмигнула. — Пора, Фло, и тебе выйти замуж и попробовать.

— Может быть, когда-нибудь…

— Я так понимаю, у вас с мистером Фрицем ничего не вышло?

— Ты опять выдумываешь. Мы просто друзья.

Айвор не понравился Фло — надменное лицо, высокомерное поведение. Он ждал, что за него все будет делать жена. У Бел случился уже третий выкидыш. Оправившись, она пошла работать в отдел дамских сумок в универмаге «Оуэн Оуэн», а Айвор бездельничал в их квартире на Верхней Парламентской улице, отказываясь даже помыть за собой тарелку.

— Не хочет идти работать, — возмущалась Бел. Она часто заходила к Фло пожаловаться и успокоить нервы с помощью шерри. — Когда я показываю ему подходящую вакансию в газете, он утверждает, что это ниже его достоинства.

— А сидеть на шее у жены — не ниже его достоинства?

— Очевидно, нет. — Бел так громко фыркнула, что Фло подумала, что сейчас у нее из ноздрей вылетит пламя. — Наверное, я его выгоню, разведусь.

— Тебе не нужно было выходить за него замуж, — сказала Фло.

— Знаю. — Бел горестно вздохнула. — Я так завидую твоей Салли. Ее дочурка просто красавица.

— Салли снова беременна. Наверстывает упущенное — скоро Джок вернется домой насовсем.

— Ты что, видишься с Хью О'Мара, дорогая? — спросила Салли, когда однажды в ненастное декабрьское воскресенье Фло приехала в Хьютон навестить ее.

— Откуда ты знаешь? — запинаясь, спросила Фло.

— Кто-то рассказал Нэнси, а она рассказала Марте. — Салли держала на руках девятимесячную Грейс, ее лицо светилось от счастья.

— Уже больше года каждую пятницу я встречаюсь с ним возле школы. Наверное, ты считаешь меня полоумной.

— Нет-нет, дорогая. Раньше я, может, так и подумала бы, но только не сейчас. — Салли взглянула на дочь. — Я представить не могу, что бы со мной сделалось, если бы кто-то забрал ее у меня еще до того, как я ее увижу… Или вот это маленькое создание. — Салли похлопала себя по выступающему животу. — Все были так жестоки по отношению к тебе, и я в том числе. Я думала, если ребенок останется с тобой, это разрушит твою жизнь.

Все как раз наоборот, с горечью подумала Фло.

— Нэнси злится на меня?

— Марта не смогла понять, злится она или нет. Кажется, она смирилась. Наверное, она думает, что сейчас это уже ничего не изменит.

— Скорее всего, не изменит, — сказала Фло. — Ну а как там наша Марта? — Она спросила это только для того, чтобы сделать приятное Салли, которая по-прежнему пыталась помирить сестер.

Салли состроила гримасу и предсказуемо ответила:

— Сходила бы ты ее проведать, Фло. Она такая несчастная. В январе Кейт пойдет в школу, и ей придется постоянно торчать дома с этой Эльзой Камерон, а та уже окончательно свихнулась. Когда я была у них в последний раз, она постоянно распевала гимны. Я считаю, Марте надо найти собственное жилье. Знаю, Фло, ты скажешь, она вмешивается не в свое дело, но она просто не может оставить Нормана одного с Эльзой — та когда-нибудь просто убьет бедного мальчишку. Кроме того, Норману будет плохо без маленькой Кейт. Они ведь вместе выросли, и он на нее буквально молится.

Хью О'Мара вышел из школы в вязаной шерстяной шапке, длинном шарфе с бахромой и ужасном темно-синем плаще с поясом. Фло подумала, что в таком виде он похож на газовщика.

Зима стояла отвратительная, еще более промозглая и холодная, чем печально известная зима 1940 года. Она казалась еще хуже из-за нехватки топлива и отключений электричества. Продукты продолжали выдавать по карточкам, и в такой суровой обстановке трудно было поверить, что Великобритания одержала победу в этой войне.

Вместе с Хью вышла маленькая девочка с длинными светлыми волосами, красивая, как фея, в гольфах, лакированных туфлях, в слишком просторном зимнем пальто. Ее лицо показалось Фло знакомым, хотя она не могла вспомнить, где видела ее прежде.

— Теперь у меня есть еще один друг. — Хью широко улыбался, глядя на Фло. — Она только на прошлой неделе пошла в школу, но я знаю ее давно. Моя мама иногда ходит к ним в гости. Она на два года младше меня, но мы же все равно можем дружить?

— Конечно, можете. — Через месяц ему исполнялось семь лет, и он стремительно тянулся вверх, словно молодое деревце. Фло уже купила подарок — игрушечную машину, у которой при вращении руля поворачивались колеса. Она надеялась, что Нэнси не будет возражать.

— Можно, она пойдет с нами в «Мистери»? — с надеждой спросил он. — Вы принесли мяч?

Фло хотела уже сказать, что девочке нужно сначала спросить у мамы, когда подошел еще один мальчик — симпатичный смуглый паренек лет десяти, с безобразным багрово-желтым синяком на лбу. Она видела его и раньше. Он был задира, поэтому большинство детей старались держаться от него подальше. Он властно положил руку на плечо девочки.